Пепел Эдема
Шрифт:
– Добрый вечер, капитан.
Кирк усмехнулся в ответ на приветствие Спока. Так официально. Так типично.
– Привет, Джим. Пир горой, не так ли?
Улыбка Маккоя была шире, чем у Кирка. И как Кирк знал, с точки зрения Маккоя, у него была для этого отличная причина.
Прием был удивительным. Национальные костюмы гостей Звездного Флота, вместе с радужными оттенками их кожи – с мехом, с чешуей, с перьями и всем, что только может быть – взрывались цветами, соревнуясь только экстравагантным калейдоскопом нагруженных
Только одно Маккой любил больше, чем хорошо повеселиться самому. Это чтобы другие тоже отлично повеселились.
– Очень выразительно, – ответил Кирк. – Не это ли вы хотели сказать, мистер Спок?
– Возможно, – согласился Спок, с обычным вулканским бесстрастием.
Маккой вскинул голову.
– Большая часть знаменитостей Звездного Флота за десять лет. Верхушка послов Федерации и неприсоединившихся миров. Лунная Филармония на эстраде. И все, что ты можешь сказать – это «возможно»?
– Что вы хотите этим сказать, доктор?
Маккой дал полный выход своему раздражению.
– То, что ты можешь отлично повеселиться.
– Это было бы…
Маккой перебил.
– Не говори это. Нелогично. Я знаю.
– Возможно, вы не совсем безнадежны, – заметил Спок.
Маккой закатил глаза.
– Не принимай это близко к сердцу.
Кирк заметил, что Спок изучает его.
– С вами все в порядке, капитан?
– Разве это не мой вопрос? – спросил Маккой.
Кирк, успокаивая доктора, придержал его рукой, зная, что Спок видит его насквозь.
– Я почти не спал этой ночью.
Спок кивнул.
– Да. Дождь не был запрограммирован.
– Это было не из-за дождя, – сказал Кирк и почувствовал, что его настроение скисает при мысли о последней ночи, с пробуждением чувств, с которыми он боролся.
Маккою показалось, что он понял, что могло произойти.
– Кэрол не пришла вечером?
Кирк проигнорировал это замечание. Он не хотел об этом говорить. Маккой понял.
– Почему бы мне не принести нам что-нибудь выпить?
– Как доктор прописал.
Маккой начал пробираться сквозь толпу.
Кирк вздохнул, готовясь сказать Споку то, что хотел, пробуя воду перед прыжком. Но Спок перебил его.
– Капитан, я покину Звездный Флот по окончании этого квартала.
Кирк открыл рот. И ничего не сказал. Это было то, что он хотел сказать сам.
– Я присоединюсь к вулканскому дипломатическому корпусу.
– Ага, – сказал Кирк, продолжая удивляться. – Семейный бизнес.
Спок задумчиво кивнул.
– Я буду работать с отцом по нескольким вопросам. Хотя ромуланский вопрос – это то, на что я буду направлять наибольшие свои усилия. Эта тема представляла наибольший интерес на конференции Хитомера.
– Ромуланский вопрос?
– Объединение, – ответил Спок. – Вулканцы и ромуланцы были очень долго разделены.
Кирк
– Спок, это может занять десятилетия. Если не столетие.
– Я надеюсь на это, капитан. Будет интересно увидеть, как процесс завершится в течение моей жизни.
Для Кирка эти простые слова были подобны шлепку. Вулканская наследственность Спока означала, что он только начал подходить к середине своей жизни. И следующий век будет, безо всякого сомнения, для него полностью продуктивным временем.
Спок смотрел на Кирка с пониманием. Между двумя друзьями не оставалось секретов.
– Вы хотели мне что-то сказать? – спросил Спок.
– Я… думаю тоже уйти из Звездного Флота.
Кирк пожалел об этих словах, как только они были сказаны. Они прозвучали как-то странно.
– Я удивлялся, насколько долго вы будете принимать это решение.
– И ты думаешь, что это хорошая идея?
– Это не мое дело – судить о ваших планах.
– Итак… ты хочешь сказать, что думаешь, что я должен остаться?
Спок заколебался перед ответом. Кирк знал, что он осторожно подбирает слова.
– Капитан, какое бы вы не выбрали будущее, оно не может быть выбрано другими. Только вы можете принять подобное решение.
Кирк нахмурился.
– Ты совсем не облегчаешь его.
– Такие решения редко бывают легкими.
Из толпы неожиданно появился Маккой.
– Что за решения?
Он держал в руках два стакана густой голубой жидкости. Впихнув один из них в руку Кирка, Маккой выжидающе стоял.
Кирк, сомневаясь, вытаращил глаза на свой стакан.
– Боунз, я дал зарок не пить ромульский эль год назад. Ты там был, помнишь?
Маккой подмигнул.
– Что за решения?
Спок выглядел невинно нейтральным. Это у него отлично получалось.
Кирк глотнул эля и удивился, что забыл, как сильно он обжигает глотку.
– Я думаю… – начал он, затем кашлянул. – Я думаю…
ГРАЖДАНЕ ФЕДЕРАЦИИ И УВАЖАЕМЫЕ ГОСТИ!
Усиленный голос гудел посреди Большого Зала, тотчас останавливая все разговоры. Кирк, Спок и Маккой повернулись к сцене, так же как и все остальные. Десятиметровая голограмма президента Совета Федерации была спроецирована над ней. Руки голограммы президента тянулись к каждому.
Настоящий президент, стоящий под проектором, был маленькой фигуркой, почти незаметной среди голов, других выпуклостей и частей тела, стоящих впереди Кирка гостей. Его можно было отличить лишь по его белоснежной длинной гриве и усам.
Кирк был удивлен, увидев несколько клингонов в доспехах возле сцены. Это выглядело бесконечной попыткой Федерации дотянуться до Империи.
ОТ ИМЕНИ СОВЕТА ФЕДЕРАЦИИ Я ПРИВЕТСТВУЮ ВАС.
Затем президент начал повторять свое приветствие на вулканском.