Пенсионер
Шрифт:
– Я не воевал с русскими!
– А я не убивал вашего друга.
– Как тебя зовут?
– Гена.
– Выпьешь?
– Не сегодня, Курт. У меня ещё много дел. А вот завтра, если вы...
– Ты!
– ...если ты не против, мы разопьём бутылочку. Тем более, мне нужно узнать, где я могу отстрелять свои пушки и потренировать девчонок.
– Каких девчонок?
– Я везу домой пятерых... уже четверых девушек. Одну во вчерашней стычке убили бандиты.
– Прости, Гена. Я был несправедливо груб с тобой, - глаза старика заслезились, видимо, он был
– Оставь, Курт. Нельзя же жить только своим горем. Так долго не протянешь.
– Зайди завтра, отведу тебя на стрельбище, - он достал из-под прилавка следующую банку.
По пути 'домой', в представительство Ордена, мне вдруг очень захотелось пива. Последствия похмельного синдрома, подумал я и пошёл искать общепит.
Бар я сначала услышал, и только потом увидел. Это был открытый павильон, обшитый бамбуком. Все столики, и внутри, и снаружи, были заняты мужчинами разных оттенков кожи в одинаковых рабочих комбинезонах на голое тело. А возле входа лежала пирамида ярко-оранжевых строительных касок. Похоже, обедала одна бригада - парни друг друга знали, добродушно переговаривались, и время от времени передавали один другому специи. Ну понятно, обеденный перерыв у лесорубов.
А прямо перед баром, в кругу азартно хлопающих работяг, улыбалась Анжи. Перед ней на земле стояло толстенное полено. В руках у Анжи был блестящий топор на длинной, не меньше метра, ручке. Внезапно она махнула, и деревяшка со звоном раскололась пополам. Стоящие вокруг громко захлопали, к девушке полетела бутылка пива, которую она ловко поймала одной рукой.
Я подошёл и удивлённо посмотрел сначала на топор, потом на Анжи.
– Гена, ты удивлён?
Я кивнул.
– Я из Сан-Бруно, Гена. И у меня там, - она неопределённо махнула рукой, - остались два брата. Они тоже рубят дерево, - Анжи поставила бутылку на землю, сноровисто перехватила топор двумя руками и ловко отколола от полена четверть.
Ко мне подошёл фиолетово-чёрный мужчина, судя по возрасту, старший в этой группе. В руке он держал за горлышки две бутылки.
– Мистер Гена Стринг?
Я молча кивнул.
– Я Михаэль Окочукво, бригадир этих обормотов. Спасибо за брата, за Джозефа, - он протянул мне бутылку.
– Не за что, - ответил я и с удовольствием глотнул. Как же я хотел пива!
Новая Земля, Дагомея, Лимпо. 24 год, 6 месяц, 38 число. 18:45
Урча, Хамви въехал во двор представительства и пристроился за уже стоящей там Нивой. Я спрыгнул на землю и тут же попался в цепкие руки выходившей из служебного помещения Мэри.
– Клайд, где твоя Бонни?
– спросила она и рассмеялась. Мне нравилось смотреть как она смеётся - широко, заливисто. На щеках при этом появляются ямочки, а глаз вообще становится не видно.
– Может, это ты?
– спросил в ответ я.
– Или я тебе нужен не для того, чтобы грабить дилижансы?
Мэри мгновенно стала серьёзной и, внимательно глядя мне в глаза, раздельно произнесла:
– И в кого ты такой умный?
– Папа был следователь.
– В КГБ?
– Почти. Военная прокуратура.
– Гена, ты умеешь готовить?
– внезапно сменила
– Всякий одинокий мужчина рано или поздно учится готовить. А почему ты спрашиваешь? По дому бродят четверо неприкаянных девушек. Пусть готовят.
– Трое. Жанна смоталась куда-то ещё с утра. Но я хочу, чтобы готовил именно ты. Мясо. Сочное и на углях. Правильно его приготовить может только мужчина.
– Где мы его возьмём? Или ты предлагаешь мне пойти в джунгли на охоту?
– Не волнуйся, уже сходили.
– ???
– Джеку Акумбе сегодня принесли антилопу и красноголовку. Он только что звонил, предлагал свежее мясо. Ты что предпочитаешь?
– А красноголовка это кто?
– Это змея.
– Такая, метров трёх? Черная с красной головой?
– Метров она бывает до десяти, а в остальном верно.
– Она вкусная, мне понравилось.
– Где ты уже успел её попробовать?
– В горах. На углях жарил.
Мэри аж запрыгала на месте
– Вот и отлично. Будет у нас сегодня на ужин жареная на углях красноголовка. Иди, милый, на пилораму за дровами. А, ты же не знаешь! Обойдёшь представительство и прямиком на северо-запад, в промзону.
Новая Земля, Дагомея, Лимпо. 24 год, 6 месяц, 38 число. 19:20
За дровами со мной увязалась Фарида. Она всю дорогу щебетала, сначала о том, что с детства приучена собирать дрова, носила 'вооот такенные, Геночка, правда-правда!' охапки и поэтому в тягость не будет. Потом долго рассказывала, как скучно ей было дома, а со мной очень интересно, и со мной она совсем-совсем никого не боится 'потому что мой падишах - самый сильный'. В общем, мы сами на заметили, как пришли.
На вопрос об обрезках, негр в оранжевой каске только махнул рукой - мол, собирайте. Мы и собрали так, что обратно шли перегруженные и было не до разговоров.
Новая Земля, Дагомея, Лимпо. 24 год, 5 месяц, 37 число. 23:00
Первое, что я увидел во дворе - были рыжие кудри нашей Жанны
– Ты где была?
– Гена, я из Солнцегорска. Я же должна сообщить родственникам и друзьям, что жива. Ходила отправить письма.
– Подожди, почта находится в представительстве Ордена...
– Гена, орденская почта может доставить мои письма только в Новую Одессу. Больше в ПРА представительств нигде нет. Я оставила письма в Фиссе. Туда приходят караваны с одеждой и тканями, это надёжнее, хоть и дольше. Приедешь на Родину, сам всё увидишь.
И она, развернувшись на пятке, зашагала к дому. И только сейчас я заметил, что она переоделась в длинные, широкие брюки и лёгкую рубашку. Я пожал плечами и занялся мангалом.
Новая Земля, Дагомея, Лимпо. 24 год, 6 месяц, 39 число. 10:00
Ровно в десять мы впятером входили в магазин Курта. Хозяин нас уже ждал. Сегодня он был опрятен и абсолютно трезв. Он подошел, крепко пожал мою руку и сказал:
– Спасибо, Гена. Я вчера долго думал. Вот у тебя бандиты убили любимую девушку, и ты не замкнулся в себе, не спрятался в бутылке. Ты продолжаешь жить. Без злобы, без депрессии. Мне бы, старому дураку, поучиться у тебя, а я на тебя всех собак спустил. Прости.