ПЕНРОД И СЭМ

Таркинтон Бус

– Что случилось? – спросил Пенрод, который в это время стоял возле водяной колонки и наполнял ведро. – Что она там делает?

– Что делает? Да она ест вместе с листьями дерево. Отхватывает целые куски! По-моему, она спятила.

Пенрод прибежал в конюшню и, увидев все собственными глазами, не на шутку встревожился за лошадь.

– Знаешь, Сэм, отними у нее эту ветку, – сказал он.

– Сам попробуй отними, – ответил друг.

– Не надо было ей давать эту ветку, – сказал Пенрод. – Каждый, у кого есть голова на плечах, сразу бы понял, что такая ветка лошади

не подходит, потому что она может заболеть. А ты вот, взял и дал.

– Но ты же меня не предупреждал, что не надо давать!

– Ну, и что с того? Я же тебе не говорил, что эту ветку надо дать! Верно? Вот теперь пойди и отними ее!

– Ладно, сейчас отниму, – безо всякого энтузиазма согласился Сэм.

Уайти тем временем вытащила кусок ветки из кормушки и положила его на пол. Сэм заглянул в кормушку.

– Знаешь, тут уже и отнимать нечего. Она оставила всего чуть-чуть щепок, – сказал он. – Дай ей лучше воды. Пусть хотя бы запьет все это.

– Нет, ты только посмотри, как эта лошадь пьет! – воскликнул он после того, как Пенрод поставил перед Уайти ведро воды.

Они дали Уайти четыре ведра воды, потом стали обсуждать, чем же все-таки кормить ее дальше. Они уже убедились, что ветки ей давать опасно. Они попытались накормить лошадь травой, но у них начали болеть спины, а брюки промокли насквозь, ибо траву они рвали руками. И тут Пенрод вдруг вспомнил, что лошади любят яблоки. Всякие яблоки, и те, которые «для еды», и те, которые «для готовки». А Сэм немедленно объявил, что кузен его отца каждую осень присылает им из деревни целый бочонок «яблок для готовки». Недавно кузен как раз прислал им очередной бочонок, и родители Сэма убрали его в подвал. Потом Сэм добавил, что сейчас как раз очень удобный момент: вход в подвал не заперт и можно попасть туда не через дом, а прямо с улицы.

Пенрод и Сэм тут же отправились за яблоками. Они вернулись в конюшню, нагруженные «плодами для готовки». Поспорив немного о возможностях лошадиного пищеварения (Сэм был уверен, что если они дадут Уайти яблоки прямо с зернышками, у нее в желудке вырастет яблоня), они начали кормить ее. Вскоре они были вынуждены спуститься в подвал за новой порцией. Потом они ходили еще несколько раз к бочонку с яблоками. Всего им пришлось совершить шесть заходов, и каждый раз они приносили столько, сколько могли утащить на себе. А Уайти все ела и ела, и аппетит ее не уменьшался. Они боялись снова лезть в бочонок: результаты их набегов и так уже стали достаточно явными. Поэтому Пенрод решил нанести неофициальный визит в свой подвал. Он пробрался изнутри, отворил окно и передал Сэму изрядное количество овощей. Тот поспешно сложил их в ведро и отбыл в конюшню. Пенрод же, как ни в чем не бывало, прошел с пустыми руками через дом. О мере его хладнокровия и выдержки может свидетельствовать хотя бы тот факт, что, проходя мимо кухни, он, как ни в чем не бывало, крикнул Делле:

– Эй, посмотри, что творится сзади!

И пока она смотрела, Пенрод преспокойно стянул с кухонного стола буханку хлеба и вышел во двор.

Уайти уже съела девять реп, два кочана салата, кочан капусты, одиннадцать

сырых картофелин и буханку. Последнее лакомство она уже ела не столь рьяно и затратила на него несравненно больше времени.

– Ну, сэр, – совершенно справедливо заметил Пенрод. – Сдается мне, мы ее, наконец, накормили. Готов поспорить, предложи мы ей сейчас блюдечко мороженого, она бы и то отказалась.

– Мне кажется, она стала лучше выглядеть, – сказал Сэм, критически осмотрев Уайти. – Она вроде даже немного потолстела. Она должна к нам очень хорошо относиться, ведь мы столько для нее сделали.

– Нам надо продолжать в том же духе, – важно ответил Пенрод, – пока эта лошадь у меня, она ни в чем не будет знать нужды.

– А как мы дальше поступим, а, Пенрод?

– Да как-нибудь уж поступим, – ответил Пенрод. – Дай только подумать.

Пенрод глубоко задумался, а Сэм выдвинул несколько проектов, но Пенрод решительным жестом руки отверг их все разом.

– А, знаю! – воскликнул Сэм. – Нам надо вымыть ее, чтобы она стала совсем белой. Мы можем протянуть шланг прямо в кормушку.

– Не сейчас, – сказал Пенрод. – Неужели ты не знаешь, что после еды нельзя мыться? Теперь надо устроить ей постель. Вдруг ей захочется полежать или еще что-нибудь…

– Что устроить? – спросил ошеломленный Сэм. – Из чего же ты собираешься делать ей постель?

– Из опилок, – объяснил Пенрод. – Мы так всегда устраивали нашу лошадь. Постель мы сделаем в соседнем стойле, и она сможет пойти и прилечь, когда захочет.

– А как мы это сделаем?

– Вон, взгляни на ящик для опилок. Видишь дырку внизу? Засунь в нее лопату, набери опилок, а потом посыпь ими пустое стойло. Вот и все, что ты должен сделать.

– Все, что я должен сделать! – возмутился Сэм. – Ну, а ты что будешь делать?

– А я послежу за лошадью, – невозмутимо ответил Пенрод. – Тогда она не станет лягаться, и ты спокойно можешь пройти в соседнее стойло.

– Откуда ты знаешь, что она не станет лягаться, если ты будешь следить за ней?

– Знаю, не станет. А если и станет, ты можешь огреть ее лопатой. А потом я буду рядом. Так ведь?

– А какая мне разница, где ты будешь? – рассудительно ответил Сэм. – Если она меня лягнет, ты мне уже не…

– Да ведь ты же сам пошел прямо в стойло, когда ее увидел. Схватил грабли, да еще начал орать на нее. А теперь…

– Мало ли, что я тогда делал, – возразил Сэм. – Тогда я не знал, что она может лягнуть. Я так разошелся…

– Ну, а сейчас, кто тебе мешает разойтись? – уговаривал Пенрод. – Никто тебе не мешает…

– Смотри, смотри! – закричал Сэм и показал на Уайти. И действительно снова осмелев, добавил: – Она ложится!

– Что ж, – ответил Пенрод, – если она хочет лечь раньше, чем мы устроили ей постель, это ее дело. Значит, и так сойдет.

Но Сэм не согласился. Наоборот, он решил, что, наконец, настал удобный момент, и надо воспользоваться им для устройства лошадиной постели.

– Пойду, пока она лежит, – сказал он, – а ты, Пенрод, полезай на кормушку и, если она начнет вставать, крикни мне. Я успею отпрыгнуть.