Пенелопа лайф
Шрифт:
– Боря, успокойся.
– Сказал Олег, притягивая друга за руку к дивану.
– Садись. И ты, Виктория, присаживайся и поешь. У тебя голодный взгляд. Ты вчера только пила коктейли Бориса... Один за другим... Мы даже со счёту сбились.
– Что я делала?
– На возмущённом выдохе проговорила девушка, опускаясь на диван.
– Коктейли?! Точно! Коктейли... мы все пили. Я помню. И каждый со своим льдом.
– Она посмотрела на Олега.
– А, как ты себя чувствуешь после "крокодиловых слёз"?
Олег так искренне и с таким удивлением посмотрел на неё,
– Что ещё за "крокодиловые слёзы"? Что это такое?
– Лёд для коктейля и только для тебя. Я пила с корицей, Борис с перцем, а ...- она посмотрела на Лию, -... эта девушка с клубникой.
Лия отрицательно замотала головой.
– Я не могла пить ничего с клубникой. У меня на неё аллергия.
– А я ...с перцем? Что за абсурд, Вика? А бы огонь после этого извергал!
– А я никогда бы ничего не стал пить со слезами рептилий. Это можете делать только Борис и ты, Виктория. Хватить сочинять!
– Возмутился Олег.
– Хватит выдумывать, лучше спокойно расскажи свой сон. Мы удивимся, посмеёмся и... забудем этот бред.
– Да какой сон?!- Виктория вскочила с дивана и заходила по гостиной.
– Вот здесь, посередине комнаты, был шатёр из розовой ткани... Красивый, высокий. Свисал прямо с люстры.
– Она указала пальцем на потолок, и все дружно туда посмотрели. Лица у "слушателей" были внимательными и серьёзными, что немного смутило Викторию, но она продолжила говорить.
– В шатре были диваны... низкие, покрытые цветными платками... Затем стоял стол, закрытый бархатом...
– И из-под стола, на свет Божий, выбегали розовые кролики...?- Спросил Борис.
– Нет. Ежик... Федя!
Олег прикрыл глаза ладонью, вздохнул, затем потёр себе виски и изобразил удивление на лице. Он свёл брови на переносице и сказал строгим голосом.
– Вика, тебе не стоило столько пить коктейлей. Я тебя останавливал, но тебе хотелось попробовать все специи, которые приготовил Борис для своих коктейлей. Вот тебе и результат!
Девушка минуту стояла, не шелохнувшись, лицо её "переживало" массу чувств. Затем она села на диван и, придвинув к себе поднос с едой, стала кушать.
Друзья переглядываясь, боялись произнести любой звук. Они дождались, когда она наелась и только тогда. Олег предложил выпить кофе. Когда и кофе было выпито, он решился задать девушке вопрос.
– Виктория, ты вчера попросила меня пригласить сегодня ко мне на дачу Лукаса Ксенакидиса. Зачем, я так и не понял?
Щёки девушки порозовели, и она нервно заморгала.
– Я это просила? А зачем?... Он сейчас сюда приедет? Один?
– Виктория нервно погладила ладонью свои волосы и проверила чистоту и идеальность своего платья.
– О чём мне с ним говорить?
– Ну, если ты не знаешь, то откуда это могу знать я.
– Олег был искренним и Виктория ему улыбнулась.
– Возможно, это знает Пенелопа.
– Сказал Борис, получая удивлённый взгляд Виктории.
– Ты и её сюда пригласила. А она-то тебе зачем? Ты говорила, что хочешь её... разоблачить.... Рассекретить? Она, что тайный агент иностранной разведки?
– Он
– Ты нас так насмешила этим, Виктория. Мы долго смеялись, когда ты называла её шпионкой, работающей на... Шмеля. Утверждала, что она его... любовница. И кто? Секретарша Олега?! Виктория, ты её видела? От её взгляда кровь стынет в жилах... Стынет, а не загорается... любовью, да ещё у Игоря Шмеля!
– Действительно смешно.
– Кивая, согласилась Виктория.
– Это абсурд!
– Ну, вот! Твоя голова начинает светлеть и... трезветь. Хорошо, что ты поела.
– Сказал Олег, улыбаясь.
– Надеюсь, что больше подобного бреда ты не произнесёшь, да ещё в присутствии секретаря Генерального директора иностранной фирмы. Помни, что у нас с этой фирмой очень дорогой контракт.
Девушка утвердительно закивала.
– Да, я помню. Не волнуйся... Хотя волнуюсь сейчас я...
Когда Пенелопа и Лукас Ксенакидис вошли в гостиную дачи Олега, Виктория "была уже готова" к встречи с ними.
Пенелопа был облачена в свой "секретарский вид". Чёрный шёлковый костюм с тремя серыми полосками по краю юбки. Чёрные туфли - лодочки на ногах. Высокий столбик волос на макушке головы. Чёрные горошинки-серьги в центре мочки уха усиливали её замёрзший взгляд чёрных глаз.
– Я выполнила ваше приказание, Олег Олегович, - обратилась она к хозяину дома, после того, как они со всеми поздоровались, - привезла сеньора Ксенакидиса. Мне оставаться или поехать в город?
– Оставайтесь, Пенелопа. Возможно, Виктории нужен переводчик для разговора с сеньором. Присаживайтесь, сеньор Ксенакидис.
Но вместо Пенелопы, заговорил Ксенакидис.
– Я должен вам признаться, господа, что могу разговаривать по-русски, правда, плохо ещё читаю.
Его слова удивили буквально всех, особенно Викторию. Она то бледнела, то краснела, не зная, что сказать, куда посмотреть...
Олег пригласил всех присесть, и предложил кофе. Лия ушла готовить кофе, а Пенелопа, заметив волнение Виктории, невольно улыбнулась и попыталась скрыть улыбку лёгким кашлем.
– Выпейте воды, Пенелопа.- Произнёс Олег, подавая девушке стакан.
– Вы заболели?
Она приложила стакан и губам и тихо ему проговорила.- Спасай Викторию. Она очень боится. Лукас тоже к ней неравнодушен.
Глаза Олега чуть расширились от удивления, он усмехнулся и слегка кивнул.
– Я узнал, что вы прибыли в Россию, сеньор Ксенакидис, - произнёс Олег, поворачиваясь к своим гостям, - поэтому решил вас пригласить к себе на дачу провести день в неофициальной обстановке. Спасибо за то, что вы согласились.
Ксенакидис кивнул и, чуть задержавшись взглядом на Виктории, ответил.
– Я принял приглашение с благодарностью, тем более, здесь находится госпожа Викторию. Я был сражён её красотой и умом ещё при первой нашей встречи в ресторане.
– Он взял руку девушки, поцеловал её и договорил.
– Я очень рад, что мы будем вместе работать. Но сначала мне нужно решить один вопрос с господином Орловым.