Педофил: Исповедь чудовища

Крыжановский Пётр

Альфред подошел к напуганным детям максимально близко и опустился перед одним из них на колено.

— Сейчас, потерпите! — дрожащим голосом говорил он, ощупывая руками тугой ошейник. — Я вас освобожу.

Вспомнив молодого мужчину, чей образ за два года практически стерся из памяти, дети заволновались. Когда-то человек, которого звали Джейсон, наводил своим хладнокровием и жестокостью на них еще больший ужас, чем Говард. Несмотря на то, что тот явно изменился внешне и внутренне, они по-прежнему опасались его.

— Черт! — шепотом произнес

Альфред.

Его пальцы судорожно бегали по небольшому замку, который он то и дело, чувствуя свою беспомощность, постоянно дергал в надежде оторвать от ошейника. Каждый рывок сопровождался тем, что мальчишка, на шее которого он висел, всхлипывая от страха, дергался, упираясь руками в пол, стараясь приближаться к Джейсону не слишком близко.

— Прости, — после нескольких неудачных попыток устало сказал Альфред.

Присмотревшись к замку, он внимательно осмотрел замочную скважину. Оглядевшись по сторонам, старясь заметить на стеллажах с инструментами нечто, что позволит избавить детей от ошейников, он ненадолго задумался и вдруг замер. Его рука потянулась в карман брюк, из которых он достал связку ключей — тех, что передал ему Говард. Среди прочих на хромированном сверкающем кольце висел небольшой ключ, сделанный из черного каленого металла. Альфред сунул его в замок, и, щелкнув, тот открылся.

Стянув с шеи тугую удавку, Эндрю глубоко, очень сладко вдохнул полной грудью воздух.

— Освободи остальных, — отдал ключ мальчику Альфред. — Где девочка? — встав с колена, тревожно спросил он.

— Какая? — не понял тот, о ком речь.

— Лили, — с грустью в голосе сказал Альфред, вспомнив имя своей любимицы.

— Она там, за дверью, — ткнул пальцем Майкл, ожидая своей очереди на высвобождение.

Альфред спешно перескочил через ящики. Обойдя стеллажи, он оказался у серых металлических дверей. Отворив грубый тяжелый засов, он открыл их.

Лили, чей слух был обострен до невозможности, сквозь обитые тканью и наполнителем двери слышала, что в подвале что-то происходит. Теперь вместо привычного одного мужского голоса, снова звучат два, и один из них кажется знакомым. После того как двери распахнулись, Лили наконец увидела человека, чей голос был ей знаком. Смотря в глаза Джейсона, она, сжавшись от страха, стала пятиться назад. Упав на пол, девочка, прижав колени к груди, забилась в угол.

— Нет, прошу, не надо, только не это! — испуганно лепетала она, предчувствуя ужасы, которые вернулись в ее жизнь вместе с Джейсоном.

— Вставай, — виновато смотря на порабощающую своей красотой девочку пятнадцати лет, сказал Альфред.

Ее волосы немного отросли, что добавило ей еще больше привлекательности. Одетая в рваную майку и старые джинсы, она походила на подростка с улицы, который должен получать удовольствие от жизни, а не быть узником психопата.

— Я не хочу, прошу, не надо! — плакала Лили, смотря на монстра глазами, полными ужаса.

— Я пытаюсь вас спасти! Поверь! — сдерживал слезы Альфред, смотря на истерзанного ребенка. — Выходи, пожалуйста!

Взгляд

Джейсона был иным, Лили видела это. Нет, он не был добрым, отзывчивым, внушающим доверие, но в том блеске будто впервые чувствовалось наличие души, хотя бы самую малость.

— Отойди, — прошептала она.

Альфред отошел от дверей комнаты, которая все эти годы была для Лили тюрьмой. Оттолкнувшись от стены, она, став на четвереньки, не отрывая глаз от нового странного Джейсона, выкарабкалась из зловещей ямы.

— Все сюда, — подозвал к себе освободившихся детей Альфред.

Опираясь о деревянную лестницу, ведущую из подвала, Лили встала на ноги. Она с опаской следила за каждым движением, мимикой и взглядом Джейсона.

— Сейчас он вернется, — тихо рассказывал детям свой план Альфред. — Я скажу ему, чтобы он принес вам нормальную одежду, вы в этот момент выберетесь из подвала и заберетесь в машину. Кто-то из вас умеет водить?

— Я немого, — тихо сказала Лили.

— Если я не вернусь в течение пяти минут, бегите в машину и просто езжайте по шоссе, полицейские или ФБР сами найдут вас, — после этих слов Альфред направился к лестнице.

— Джейсон, что ты делаешь? — остановил его стоящий сверху в дверях Говард.

Альфред испуганно оглянулся. Он бы мог кинуться на него, ему доводилось справляться и не с такими, но он был слаб. Жизненные силы вместе с трезвым рассудком практически покинули некогда крепкого молодого мужчину.

— Еще рас повторяю, зачем ты освободил их, Джейсон, и почему сказал все то, что я только что услышал? — кричал растерянный Говард.

— Меня зовут Альфред… Джейсон умер, — уверенно говорил молодой мужчина, веря в сказанное. — Кем бы он ни был, он был чудовищем. Если в тебе осталась хоть капля человеческого, уйди. Дай мне спасти этих детей.

Зубы Говарда сжались до скрежета, он почувствовал себя обманутым и преданным.

— Как скажешь, босс, — еле слышно прошептал он.

Сказав это, Говард исчез. Выглядел он при этом очень спокойным и неторопливым. Альфред смотрел на открытую дверь в ожидании какого-то подвоха. Подождав десять секунд, он, пересилив оцепенение и страх, стал аккуратно подниматься по лестнице.

— За мной. Держитесь вместе.

Выбравшись из подвала в коридор, Альфред оглянулся. Там было пусто.

— Давайте, выходите, — несмело сказал он, вслушиваясь в тишину.

В восьми метрах от него, выйдя из-за угла, показался Говард. Размерено прохаживаясь, шаркая тапочками, он подошел к входной двери, запер ее и вытащил из замка ключ. В руках у него был огромный кухонный тесак.

— Я все закрыл, Джейсон, — обратился он к старому другу, остановившись в прихожей. — Все двери и даже окна в гостиной и на кухне, — вдруг на его лице появилась больная улыбка, полная отчаяния и разочарования. — Джейсон! — сладко произнес он. — Как там тебя теперь зовут, Альфред? — подняв руку, указал он сверкающим тесаком на оппонента. — Что с тобой случилось? Кто тебя так изуродовал?!