Печать Тора

Лёвенштейн Карола

Краем глаза я увидела мужчину в кожаном пальто, который завернул в соседний зал. Я спокойно пошла в том же направлении. Как раз, когда я хотела последовать за ним через дверь, он захлопнул её прямо перед моим носом. На двери висела табличка с надписью: закрытое общество.

— Потрясающе, — пробормотала я и села прямо за стол рядом с дверью.

Возможно, с ринусовой мазью мне всё же удастся уловить парочку слов. Если только мужчина не знал разные заклинания, с помощью которых можно так себя прикрыть, что никто не сможет услышать разговора.

— Столик

уже занят, — мои размышления прервал невежливый женский голос.

Я испуганно обернулась. Я так сосредоточенно смотрела на дверь, что даже не заметила свободен ли столик, за который я села.

— Извините, — пробормотала я и уже собиралась встать, как вдруг узнала девушку, которая с недовольным видом смотрела на меня поверх меню. У нее были короткие, темные волосы и такие знакомые зеленые глаза. Это была моя младшая сестра Лидия, а рядом с ней, также спрятавшись за меню, сидел Леандро.

— Ты? Здесь? — спросила она, и недовольство на ее лице в один миг сменилось удивлением, когда она узнала меня. — Что ты здесь делаешь? Я думала, ты хотела взять что-нибудь почитать в книжном магазине.

— Что я здесь делаю, роли не играет, — уклончиво ответила я. — А вот вам чего здесь надо? Вы же еще недавно были дома в Каменном переулке. Вы что, тайком ускользнули из дома?

Некоторое время мы оценивающе смотрели друг на друга, понимая, что имеем друг от друга тайны.

— Лучше тебе не знать, — также уклончиво, как и я ответил Леандро и недовольно посмотрел на дверь, которая только что закрылась перед моим носом.

И в этот момент до меня дошло.

— Вы здесь, чтобы следить за этим парнем в пальто, — сказала, я убежденная в своей правоте. — Он имеет какое-то отношение к печати Тора или вы следите за ним по какой-то другой причине?

Лидия и Леандро удивленно замерли, и я тут же пожалела, что напрямую спросила их об этом. Они обменялись коротким взглядом.

— Откуда ты знаешь про печать? — спросил Леандро, испытующе глядя на меня.

Я медлила. Стоит ли мне поговорить с ними начистоту? Все указывало на то, что они не были такими уж нежными и ранимыми, как думали Жизель и Филипп. Иначе зачем им было пробираться сюда?

У меня появилась возможность сблизиться с ними и довериться, то чего мне до сих пор не хватало в наших отношениях. Честность — это ведь самый лучший способ достичь желаемого. Жизель и Филипп наверняка поймут меня.

— Ну хорошо, — быстро сказала я и наклонилась к ним. — Какое-то время назад я случайно подслушала в коридоре несколько слов. Больше я ничего не знаю о печати. Хотя это звучит действительно интересно. Я хорошо могу понять, что вы хотите выяснить, в чём тут дело.

— Почему ты здесь? — допытывался Леандро.

— Я хочу знать, кто этот мужчина в кожаном пальто, — я напряжённо посмотрела на Лидию и Леандро. — Итак, я всё сказала вам начистоту. Расскажите мне, кто этот парень, и что представляет собой печать Тора!

Леандро пожал плечами.

— Мы понятия не имеем. Мы последовали сюда за нашим отцом, то есть Филиппом, — сказал он, качая головой.

— Филипп

встречается с парнем в кожаном пальто? — я недоверчиво посмотрела на брата и сестру. Это становилось всё интереснее.

Лиандр кивнул.

— Он внезапно получил сообщение, вскочил и побежал сюда. Мы подозреваем, что это имеет какое-то отношение к печати Тора, потому что он снова вёл себя так же необычно, как тогда, когда мы в первый раз заговорили с ним о наших открытиях.

— Именно, — подтвердила Лидия, её зелёные глаза энергично вспыхнули. По ней было видно, что ей очень хочется узнать, что Филипп от них скрывает. — Тогда он тоже повёл себя также странно. Мы спросили, что это за записная книжка, которую он один раз оставил лежать на кухне. Там мы в первый раз прочитали о печати Тора.

— Он разозлился и сказал, чтобы мы не вмешивались в дела, которые нас не касаются, — вспомнил Леандро. — Он ещё никогда не разговаривал с нами таким тоном, и мы были в недоумении. Затем он унёс записную книжку, и нам больше так и не удалось её найти.

— Если бы он не отреагировал так бурно, в нас, вероятно, даже не проснулось бы любопытство, — Лидия озорно улыбнулась, и на её щеках появились маленькие ямочки. — Нам было тогда четырнадцать, и мы не знали, что с этим делать. Тогда мы исследовали всё, что можно узнать о боге грома и молнии и его молоте. Прочитали, наверное, половину библиотеки. Но хотя у Тора есть молот, но точно никакой печати. Затем мы исследовали всё, что касается печати, всё, что можно о ней узнать и теперь хорошо разбираемся в перстнях-печатках, штемпелях и печатях. Но мы не нашли печать, которая бы имела что-то общее с богом грома и молнии, а папа отказался говорить на эту тему, мы не смогли добиться от него ни слова.

— Тогда мы попытались думать в другом направлении, — сказал Леандро. — Печать может быть также знаком, картиной или фигурой.

— Но и здесь мы потерпели провал и, в конце концов, оставили этот дело в покое, — разочаровано сказала Лидия, и я могла себе представить, как сложно им должно быть было больше не обращать внимание на нераскрытую тайну и перейти к повседневной жизни. Теперь глаза Лидии восторженно сияли. — Но с тех пор, как мы узнали, что мы маги, дело приняло совсем другой оборот. Мы надеемся, что наконец найдём ответ в магическом мире.

— Мне это знакомо, — вздохнула я. — Эта тревога и любопытство видимо у нас врождённые.

— Может и так, — ответил Леандро. — Но сейчас нам это не поможет, потому что дверь закрыта, и мы снова не узнаем ничего, что могло бы поспособствовать решению загадки.

— Тогда сегодня ваш счастливый день, — с триумфом сказала я и вытащила из сумочки баночку с ринусовой мазью. — Посмотрим сработает ли мазь.

— Что это такое? — подозрительно спросил Леандро.

— Могу я предложить вам что-нибудь выпить? — спросил кто-то в этот момент, и я в испуге чуть не выронила ринусовую мазь. Перед нами с записной книжкой стояла Ширли и смотрела на меня широко ухмыляясь. — Может воду в качестве алиби, пока ведёте наблюдение.