Печать Тора
Шрифт:
Шорох заставил нас отпрянуть друг от друга. Он раздавался из кустов позади нас.
Адам тут же вскочил на ноги и поднял руки, приготовившись к бою.
— Подожди, — сказала я и сощурилась в полумраке, вглядываясь в кусты. И вот, уже была видна голова со светлыми, взлохмаченными волосами, с трудом пробиравшаяся сквозь ветви. — Это Лиана.
— Привет, влюблённые пташки, — задыхаясь поприветствовала нас Лиана, когда вошла в павильон. Затем с сомнением посмотрела на боевую стойку Адама. — Спокойно, тигр. У меня есть здесь привилегии и защита. Я уже много лет пролезаю через
— Ладно, убедила.
Адам улыбаясь, опустил руки и снова занял свое место рядом со мной.
— Привет, Лиана, садись к нам, — поприветствовала я. — Ты была у родителей?
— Да, — ответила она с довольной улыбкой и села напротив на раскладной стул. — Мы долго разговаривали. Появление Морлемов в Конквере сильно смутило моих родителей и вообще, вся эта напряжённая атмосфера, которая везде сейчас преобладает. Их сильно это беспокоит. Такое чувство, как будто все ожидают, что Морлемы снова нанесут удар. Но это в первый раз, когда мы так открыто поговорили обо всём, что случилось.
— Звучит не плохо, — заметила я.
— Так и есть, — кивнула Лиана. — Однако было бы намного лучше, если бы я могла просто привести к ним сестру.
— Знаю, — вздохнула я. — Мне бы самой хотелось пойти и позаботится об этом.
— Никаких самой. Мы уже над этим работаем, — сразу вмешался Адам. — Но Бальтазар действительно чертовски хорошо спрятался. Через две недели я вернусь на Корво и сменю оперативную группу. Мы обыскиваем весь остров, но до сих пор нет ни малейшей аномалии.
— Я надеюсь, адмирал не потеряет голову и не прервёт поиски преждевременно, — забеспокоилась я.
— Я позабочусь о том, чтобы мы, при необходимости, перевернули на этом чёртовом острове каждый камень три раза.
Адам почти прорычал слова, и я поняла, что он не собирается сдаваться.
Как раз, когда я собиралась спросить, нашёл ли он какие-нибудь признаки пребывания дракона Латориос на острове, в наш сад кто-то зашёл, суетливо оглядываясь по сторонам. Адам сразу выпрямился, сузив глаза.
Но и это был не Морлем. Фигура показалась мне знакомой.
— Это Флавиус Гонден, — удивилась я. — Что он здесь потрял?
— Привет, — крикнул теперь Флавиус, озираясь. Между тем стало темно, а павильон был хорошо спрятан за кустами. — Вы где-то там на улице?
Я высвободилась из объятий Адама и встала.
— Флавиус, мы здесь, — крикнула я, и Флавиус быстрыми шагами сразу поспешил к нам.
— Привет, что случилось? — спросила я, когда он вошёл в павильон. — Твоей бабушки плохо?
— Нет, дело не в этом, — ответил Флавиус. В его глазах было загнанное выражение. — Я нашёл кое-что странное в нашем доме, и не хотел расстраивать бабушку. Ты же знаешь, что она всегда очень чувствительная и сразу начинает ужасно беспокоиться.
Его выражение лица было трудно разгадать.
— Ты единственная, о ком я подумал, с кем можно поговорить об этом. После того случая, когда ты нашла проход в нашей кладовой. Ну ты понимаешь.
Флавиус бросил на меня многозначительный взгляд. В прошлом году конечно
— Да, понимаю. Значит ты нашёл кое-что странное, — ухмыльнулась я. Адам и Лиана тоже с озорством улыбнулись. — О чём речь?
— Недавно мои родители приезжали сюда на несколько дней, и их визит был действительно необычным.
— Почему? — спросила я и наклонилась вперёд.
— Ну, мой отец был усталым и раздражённым. При любой мелочи, которая не получалась, он начинал беситься.
— А обычно он себя так не ведёт? — спросила Лиана.
— Нет, он вообще не такой, — ответил Флавиус. — Обычно он очень спокойный и не позволяет никому себя провоцировать. И это важно, в конце концов, он ведь дипломат по профессии. Он ведёт переговоры с упрямыми гномами, когда речь заходит о вопросах земельного права и даже справился с группой мятежных фавнов, когда они в прошлом году решили создать собственное государство в регионе Амазонки. Он так долго уговаривал их, пока они не вернулись в Конкверу, откуда прибыли. Для этого дипломаты и существуют. Мой отец уже мирно разрешил многие конфликты. Он очень в этом хорош.
— Хорошо, — прервал его Адам. — Мы поняли. Значит его поведение отличалось от обычного. Что именно было таким необычным во время его последнего визита?
— Ну, — начал мрачно Флавиус. — Меня бы не удивило, если бы у него было несколько плохих дней. В конце концов, он часто находится под большим давлением. Но он постоянно расспрашивал меня об отце Сельмы, и я подумал, что это довольно странно. Я имею в виду, что общего отец Сельмы имеет с его работой? Он ведь никогда не бывал в Южной Америке, верно?
— Нет, не бывал, — протянула я, удивлённо глядя на Флавиуса. Мне пришло в голову одно слово. Миндора. По словам Парэлсуса она находится в туманных лесах Южной Америки. Дело становилось всё более странным. — Что он хотел знать о моём отце?
— Он хотел знать всё, что ты когда-либо рассказывала о нём. Знаю ли я места, куда он ходил, места встреч с друзьями. Он постоянно приставал ко мне, чтобы я повторил то, что ты когда-либо рассказывала. Любая деталь может быть важной, неоднократно повторял он. Даже моя мать подумала, что это странно, — Флавиус провёл пальцами по коротким светлым волосам. — Однажды он заснул на диване и что-то бормотал о том, что время истекает, и они должны успеть. Это было действительно жутко. У него под глазами появились тёмные круги, и выглядел он совсем не хорошо.
— Звучит действительно странно, — задумчиво произнёс Адам, пристально глядя на Флавиуса.
— А как он себя чувствует сейчас? — спросила Лиана. — Может у него действительно было несколько сложных дней, и он был немного сбит с толку.
— К сожалению, этого я не знаю, — ответил Флавиус. — Я нашёл вот это, — он вытащил из рюкзака помятый лист бумаги и положил на стол. — Когда я нашёл эту записку, я попытался связаться с ним и спросить, что это значит. Но нет никаких шансов, он не отвечает и у меня такое чувство, будто он даже не получает мои сообщения, а просто закрыл свой разум.