Печать Сансары

Лим Дмитрий

Ибо если я хотел найти «шестого», мне нужно было идти именно туда в толпу… К людям… Мне нужно поговорить с Юрой и «третьем» о транспорте и жилье. У меня все еще не было денег на мое «роскошное» дворянское имя.

Мне действительно нужно устроиться на работу или что-то в этом роде, но большинство дворянских должностей доставались либо по наследству, либо через учеников. Будучи аутсайдером, не имеющим подготовки или реальных связей, Дитрий не мог рассчитывать на то, что такая предопределенная должность не будет доступна. Много раз конкретная семья держала полный контроль над

определенной отраслью на протяжении поколений без участия посторонних.

Я всегда буду аутсайдером, во всех смыслах этого слова. Если я не сделал какой-то политический брак? Фу. Меня не интересовали такие отношения, не говоря уже о такой банальной причине, как деньги.

Нет, лучше продолжать быть пиявкой Арна и Юры, чем полностью продать свое будущее.

Как только мы вернулись домой, я написал Юре второе краткое письмо, объясняя, что я слышал, и просил его помощи в финансировании моего возвращения в Мину.

На следующее утро Юра ответил, что будет рад помочь.

Просто у него были друзья в Мине.

Кстати, Мари подтвердила, что у ее брата была фиолетовая сила, как и у нее. Разве это не было интересно?

Ну, по крайней мере, это был еще один Арн из списка.

Когда я рассказал «третьему» о своем плане, он, казалось, испытал большее облегчение, чем что-либо еще. Я не мог не заметить, что он не спросил, когда я вернусь. Я подумал, не решил ли он, что моя сомнительная помощь не стоит смущения от того, что его больше видят со мной.

Все было хорошо. Мне он все равно был не нужен.

Я рано покинул последнее мероприятие и полетел на север. Новая «туса» намечалась в самом южном Минайском городе, до которого я мог добраться примерно за два с половиной часа полета. Не нагружая себя тяжелым зимним снаряжением против ветра, я даже справился с поездкой с одним отдыхом и без чрезмерного напряжения сил.

На этот раз я взял с собой еду. Много всякой всячины.

Я начал понимать, что мой повышенный аппетит был напрямую связан с использованием моей энергии: чем больше я использовал свою силу, тем голоднее я становился после этого. Не знаю, почему это произошло, но никто не прокомментировал это, и дворяне, казалось, просто потребляли пищу с гораздо большей регулярностью, чем мы. Факт жизни, прими его и живи дальше.

Так я снова оказался в Мине, всего через несколько недель после побега. К счастью, не в том же городе.

Эрин располагался на краю того же раскидистого леса, что покрывал большую часть центра континента, примерно в двухнедельном пути от Ады на лошадях или в трех часах по воздуху. Я покачал головой, вспомнив, сколько времени я провел в поездках из города в город в своей прежней жизни, сколько потраченных впустую усилий, которые были бы совершенно ненужны дворянину.

Хм. Это была мысль. Должен ли я был зарабатывать деньги на работе среди знати? Я знал, что некоторые дворяне общались с простолюдинами, по крайней мере, в крупных городах. Я лично избегал их, как чумы, даже до моей роковой встречи с камнем Астаза, но не всем это удавалось.

Могу ли я выступить в роли воздушного курьера? Если бы я мог доставлять сообщения и посылки в течение нескольких

часов, а не недель, этого, безусловно, было бы достаточно, чтобы обеспечить стабильное существование.

Это было бы нетрадиционно, и я мог бы привлечь к себе внимание, но сейчас я предпочел бы отказаться от того, чтобы оставаться незамеченным. Я бы не стал намеренно выставлять себя напоказ, но если то, что Арн намекал на отсутствие у меня социальной грации, было правдой, я уже был заметен, хотел я этого или нет.

Ну, это все проблемы в другой раз. А пока пришло время найти «шестого».

Глава 34

Шестой

«Шестого» найти было нетрудно.

Хотя слухи о скандале вокруг него несколько уменьшились с его новым «появлением», они не утихли полностью. И тот факт, что он оставил после себя толпу презираемых любовниц и не только, означал, что у очень многих людей были причины его не любить.

В некоторых случаях довольно интенсивно…

Я нашел его, следуя за звуком яростной тирады, направленной против него. Хотя, если честно, он кричал в ответ по громче некоторых. Рядом с ним сидела очень непримечательная женщина, выражение ее лица было каменным, когда она смотрела, но не вступала в контакт с кричащим дуэтом.

— Ты смеешь отрицать это мне в лицо? После всего, что ты обещал? Лжец!

— Я никогда не даю обещаний, которые не могу сдержать! Никогда! Я ни разу в жизни не обещал того, чего не смог и не выполнил. Если вы настолько дезинформированы, что искренне верите в клевету, которую вы так постоянно извергаете в мой адрес, то вы поистине жалкая особа!

— У моей дочери есть ваши письма, ваши собственные слова в вашей собственной руке, а вы все еще отказываетесь от своих обещаний?

— Я не даю обещаний! Ты считаешь меня идиотом? Я знаю эту игру лучше, чем ты, старуха, и, безусловно, я играл в нее с мастерством, намного превосходящим все, что ты могла предложить.

Она ударила его по лицу, вызвав короткое золотое сияние, когда его сила пульсировала, чтобы исцелить раздражитель.

— Вы шарлатан и вор. Если вы не вернете моей семье то, что принадлежит нам, к тому времени, когда вы покинете этот город, я буду требовать суда!

— С удовольствием, — прорычал Арн. — Я не стал бы прикасаться ни к чему из наследства вашей глупой дочери, если бы оно не было навязано мне по ее собственному настоянию. На твоем месте я бы тверже взялся за ее дисциплину. Она явно не понимает, как отдать честь своей семье.

— Тогда я ожидаю, что мои фамильные реликвии вернутся.

— Да-да-да. Отправьте список моим слугам. У меня есть дела поважнее, чем заниматься доставкой.

Женщина подняла подбородок.

— Типичный представитель Рамма. Думает, что ты выше всех нас!

— Только, в моем случае, я на самом деле выше вас. Значительно так. И я подозреваю вас в том, что вы намеренно подтолкнули ко мне свою дочь, чтобы ухватиться за какую-то долю моей славы, если бы такой план не потребовал бы от вас хотя бы капельки ума и предусмотрительности. — прошипел «шестой», вставая со своего места. — А теперь уходи.