Печать Иуды
Шрифт:
Наконец Грею удалось совладать с собой. Конечно, родителям Сейхан ничего не угрожает. Ей гораздо легче рисковать. Она хладнокровно приняла решение, действовала быстро, и последствия пойдут на пользу всем.
И все же…
Обернувшись, Сейхан протянула руку:
— И еще мне понадобится этот парень.
— Кто? Я? — встрепенулся Ковальски.
— Как я уже говорила, меня Насер пристрелит, едва увидев. Как, вероятно, и Ковальски.
— А меня-то почему? — Великан озадаченно наморщил лоб. — Я-то ему чем помешал, черт побери?
— Ты
— Эй, полегче!
Сейхан пропустила его вспышку мимо ушей. — Другие заложники Насеру не нужны, раз у него в руках мистер и миссис Пирсы. Ему не будет никакого смысла оставлять нас в живых.
Грей поднял руку:
— Но что, если Насеру уже известно о том, что Ковальски здесь, с нами?
Сейхан устало посмотрела на него.
Он все понял.
«Не надо переоценивать "Гильдию"».
Нахмурившись, Грей тряхнул головой, стараясь расстаться с представлением о всемогуществе «Гильдии». От одной этой попытки у него заболела голова. И все же, подумав хорошенько, изучив проблему со всех сторон, он пришел к выводу, что Сейхан права.
Грей повернулся к Ковальски.
— Ты пойдешь с Сейхан.
— И я найду ему хорошее применение, — пообещала та, хлопая бывшего моряка по заду.
— По крайней мере, хоть кто-то считает, что от меня может быть польза, — проворчал Ковальски, потирая ягодицы.
Собрав вещи, все направились вниз. Последними уходили Сейхан и Грей. Молодая женщина хотела было пройти мимо, но Грей схватил ее за руку.
— Что ты намереваешься сделать? — спросил он, когда они остались на крыше одни. — Чтобы нам помочь?
— Не знаю. Пока что не знаю.
Она пристально посмотрела на него, потом отвела взгляд. Очевидно, ей хотелось сказать Грею что-то еще, но она никак не могла на это решиться. Это чувствовалось по ее учащенному дыханию, по легкому дрожанию век.
— В чем дело? — тихо спросил обеспокоенный Грей. Казалось, его ласковый тон возымел обратное действие.
Сейхан высвободила руку, но, постояв, вздохнула.
— Грей… я очень сожалею… — начала она, не глядя на него. — Твои родители…,
Помимо тревоги, в ее взгляде и жестах было что-то еще. Определенная доля вины. Но почему? Вина подразумевает ответственность. Однако с родителями Грея Сейхан столкнулась совершенно случайно. Грей уже свыкся с этой мыслью. Так чем же объясняется это внезапное чувство вины?
Грей мысленно перебрал различные возможности, восстанавливая в памяти недавние разговоры. С Насером, с Сейхан. Что ее сейчас больше всего беспокоит…
И вдруг он все понял.
Сейхан ведь буквально несколько минут назад сама ему все объяснила.
«Не надо переоценивать "Гильдию"».
Схватив молодую женщину за руку, Грей прижал ее к стене рядом с дверью. Он склонился к ней так, что их губы едва не соприкоснулись.
— О, господи… никакого предателя в «Сигме» нет. И никогда не было.
Сейхан начала было что-то объяснять, запинаясь. Но Грей не дал ей сказать ни слова.
— Насер предупреждал меня, что лучше
Вздрогнув, Сейхан дернула плечом, стараясь сбросить руку Грея, но тот лишь крепче стиснул пальцы, пронзая мягкие ткани чуть ли не до самой кости.
— Когда ты собиралась открыть мне правду? — резко спросил он.
Наконец молодая женщина обрела дар речи — теперь ее голос прозвучал зло, с вызовом:
— Я обязательно сказала бы тебе правду. Когда все было бы кончено. — Сейхан раздраженно вздохнула. — Но теперь, когда твои родители оказались в руках Насера, я больше не могла молчать… если только остается надежда их освободить. Я не настолько бесчеловечна, Грей. Сейхан попробовала было отвернуться, но Грей шагнул так, чтобы смотреть ей прямо в глаза.
— Но если никакого предателя не было, — спросил он, — каким образом Насер узнал про охраняемый дом? И устроил засаду?
— То был мой просчет. — Ее глаза превратились в два кусочка кремня. — И это все, что я тебе скажу. Ты должен верить, что я исходила из лучших побуждений.
— Я должен тебе верить, — насмешливо повторил Грей. Казалось, ее слова ранили Сейхан. Она чуть опустила подбородок.
Грей не унимался:
— Если бы у меня за спиной с самого начала была поддержка «Сигмы»…
Лицо молодой женщины стало твердым.
— Грей, тебя затянула бы бюрократическая трясина. А меня отправили бы за решетку. Выключили из игры. А мне нужно было как можно быстрее и чище вывести нас обоих из-под удара. Поэтому я не стала опровергать твои подозрения.
Грей пристально смотрел на Сейхан, пытаясь найти какой-нибудь едва заметный оттенок противоречивых чувств, указывающий на ложь. Тщетно. Молодая женщина выдержала его взгляд, спокойная, принимающая вызов. Она даже не трудилась скрывать то, что многое еще осталось невысказанным.
Грей скорчил гримасу, злясь на себя за то, что относился к Сейхан без должного внимания.
— Надо было бы просто дать Насеру пристрелить тебя.
— Но кто в таком случае стал бы прикрывать тебя сзади, Грей? На кого ты здесь можешь положиться? На Ковальски? Лучше уж действовать в одиночку. Но у тебя есть я. Есть — и все, черт побери. Так что давай закончим с этим. Можно спорить до бесконечности, терять то драгоценное время, которое у тебя есть, чтобы связаться с «Сигмой», а можно оставить все на потом. — Сейхан кивнула в сторону двери. — В вестибюле гостиницы есть телефон-автомат. Это еще одна причина, из-за которой я постаралась убедить Насера в том, что мы находимся не здесь, а в другом месте. Вероятно, к настоящему времени «Гильдия» уже прослушивает все телефоны-автоматы рядом со Святой Софией. Но этим, в гостинице, можно пользоваться безопасно. Относительно безопасно. И ты должен быть краток. Времени у нас и без того очень мало.