Печать демона
Шрифт:
– И что дальше? Убьешь меня?
– Я вмешался, чтобы избежать твоей смерти. – Губы Адрамелека коснулись моей щеки. Его ладонь медленно ласкала мою талию, а потом спустилась к бедру. Он коснулся печати. Его касание исказило мою собственную энергию. Ее содержание изменилось. Броня подернулась рябью и исчезла. Обмякла в его руках. Адрамелек просто отпустил меня, позволяя мне упасть на землю. Он подошел к Асмодею, взвалил его на плечи. Крылья унесли их прочь за считанные секунды.
– Лилит? – Силилась подняться, но мне удалось перевернуться на спину. Солнце слепило глаза. Тучи быстро растворялись в небе.
– Натали! – Надо мной
– Помоги мне подняться.
– Ты ранена! – Я протянула ему руку. Он все же послушался. Ушибы отдавались резкой болью. Блузка промокалась кровью из раны.
– Натали! – воскликнула Лилит.
– Не ори! – Я схватилась за виски, чуть снова не упав.
– Я не кричал. – Отец поддержал меня за локоть, когда я покачнулась.
– Я не тебе. То есть. Голова трещит. – Нас окружили стражи. К нам уже рванули медики.
– Уносите раненых! – Командовал Уитхем. – Через сколько восстановят барьер? – Я вновь подняла глаза к небу. Барьер вокруг академии действительно спал.
– Мисс. – Ко мне подошел врач. Отца уже обрабатывал другой доктор.
– Помогайте тем, кому нужна помощь. – Прыгнула к академии.
– Мистер Берк, я по вашу душу! – Ворвалась в медицинский кабинет. Здесь никого не оказалось. Возможно, мистер Берк убежал к штаб-квартире, когда барьер спал. Первым делом я вколола себе обезболивающее. Расселась на койке и принялась за осмотр раны. Благо в кабинете было зеркало. Обезболивающее уже действовало. И, кажется, я переборщила с дозой, потому как ощущала легкость и эйфорию. Надо было искать что-то лучше морфия. Либо я потеряла слишком много крови.
– Надо было остаться у докторов. – Лилит злилась на мой поступок и была обеспокоена. – Открой энергию.
– Я сейчас обмотаюсь пластырем и умотаю из академии, – заявила я, смеясь. Было так хорошо, хотелось смеяться.
– Бинтом, Натали. Срочно введи себе адреналин! У тебя внутреннее кровотечение. Ты забыла об ударе о землю!
– Тебе нужно быть внимательнее на лекциях. – Я щедро смазала рану эпиловой мазью и заклеила ее бинтовой повязкой, когда в кабинет ворвался Крис.
– Крис, можно мне ввести себе адреналин или не стоит? С морфием я переборщила. – Глупо захихикала над своими словами. Он подбежал ко мне. Его беспокойный взгляд носился по моему телу.
– Не делай такое лицо. А то я могу решить, что ты действительно переживаешь за меня. – Я соскочила с койки, но покачнулась. Кабинет кружился вокруг меня. Крис поддержал меня.
– Что за глупости ты говоришь? Меня волнует только твое благополучие.
– Ты, как и все мужики, просто хочешь затащить меня в постель. Адрамелек не исключение. Вы все одинаковые. – Оттолкнула его руки и двинулась к двери, правда она все отдалялась и смещалась в сторону. Я закашлялась. Во рту ощущался вкус крови.
– Я ее нашел. – Крис разговаривал по телефону.
– Ты снова меня сдаешь? – Я ударила по его руке, отчего телефон ударился об пол.
– Тебе нужна профессиональная помощь.
– Я уже оказала себе профессиональную помощь. – Вновь закашлялась, прижав ладонь к губам. На пальцах осталась кровь. Во взгляде Криса слились невыразимый ужас и страх. – Похоже, Лилит права и у меня внутреннее кровотечение.
– Тебе нужно к врачу. – Он поднял меня на руки. Я смотрел на сосредоточенное лицо Криса. Мир несся вокруг нас. Он бежал к госпиталю. Меня окружал его аромат и аура силы, его энергия вихрилась, кружила голову. Я еще помнила
– Знаешь, что спросил меня Скотт? – проговорила я слабеющим голосом, когда Крис внес меня в госпиталь.
– Что он спросил?
– Люблю ли я тебя. – Мир погрузился во мрак.
Я проснулась в больничной палате. Возле меня сидела мама на стуле, положив голову на койку. Она спала. Напротив на кровати на стуле дремала Китти. Возле кровати тихо пикал прибор регистрации сердечной деятельности точно в такт ударам моего сердца. К вене вела трубка от капельницы с кровью. Грудь была обмотана бинтом. И ощущала я себя просто отвратно. В дверь вошел отец в сопровождении врача. Они что-то обсуждали, но прервали разговор, когда увидели, что я проснулась. Отец подбежал к моей кровати. Он схватился за мою ладонь. Мама проснулась и приподнялась.
– Натали! – Она схватилась за мою вторую ладонь.
– То есть у меня и правда открылось внутреннее кровотечение?
– Да, тебе сделали операцию. – Подтвердила мама. Ее глаза покраснели от пролитых слез, лицо осунулось. Сколько беспокойства я причинила родным. Нудно было послушать Адрамелека и отступить.
– Натали! – Ко мне подлетела Китти. Она крепко обняла меня за шею. Она задела капельницу. Игла вылетела из моей вены под мой крик. Китти потом долго просила прощение. Благо доктор был рядом и быстро перемотал мою вену, но пришлось проткнуть вену на второй руке. Оказалось, что после боя с Высшими, я провалялась без сознания сутки. Еще по своей глупости чуть не сбежала из академии с внутренним кровотечением, переборщив с морфием. Мама с Китти ушли обедать. Отец не отходил от меня.
– Кого еще ранило?
– Вэлинг погиб. Трое стражей сопровождения тоже в госпитале. И я должен был погибнуть. – Отец мне улыбнулся грустной улыбкой.
– Я пыталась быстрее. – Почему-то внутри кольнуло чувство вины. Вэлинга я не любила, но и смерти ему не желала. Могла ли я подоспеть раньше. Если бы не этот браслет…
– Ты спасла много жизней, – возразил отец. – Кто это были, Натали? Ты с ними разговаривала.
– Асмодей и Адрамелек.
– Высшие демоны?
– Ты знаешь других демонов с такими именами? – Отец молчал, осмысливая поступившую информацию. – Я бы могла потеснить Асмодея. Но против них двоих моих сил маловато. Не думала, что Адрамелек пойдет против меня.
– Все наоборот. – Возразила Лилит.
– Да, наоборот, - отозвалась я вслух. – Я пошла против Высших.
– Расскажи, что там было.
– Адрамелек предложил разойтись миром.
– Адрамелек – светловолосый. Ты его ударила после разговора.
– Да. – Я отвернулась. Значили ли слова Асмодея хоть что-то? Сказал он это чтобы меня разозлить? Либо я была очередной девушкой, на которую Адрамелек положил глаз. Возможно, Адрамелек мне врал с самого начал. Причастен ли он к убийству студентов и стражей? Мне этого не узнать. На глаза наворачивались слезы. Я ощущала себя последней дурой, которую обвели вокруг пальца. – Я смогла бы им противостоять, если бы не ваш запрет на мое обучение. Может, я смогла бы перемещаться быстрее! – Обернулась к отцу. Куда легче обвинить других в своей слабости. – Знаешь, больше всего на свете мы ненавидим чувствовать себя побежденными. Именно это случилось. Адрамелек мог убить меня, но просто не стал этого делать по прихоти.