Печать бездны
Шрифт:
— У меня в медчасти оплавлена половина зала вокруг стазис-капсулы Лизы, а рядом лежит обгоревший Анес в боевой ипостаси. Ему надо срочно к Источнику, а меня Вход Регулов не впускает!
Глава 23. На Грани
Анес
Зверь взбесился. Абсолютно бесконтрольная глухая тоска сменялась вспышками ярости с того момента, как Лиза оказалась в стазис-капсуле. Днем я еще удерживался от оборота, но ночами не принадлежал себе. После первой ночи очнулся в состоянии полуоборота под утро с неясной ноющей болью в груди. Боль не проходила. Она
Чем дальше я удалялся от медчасти, тем сильнее болело в груди. Если бы не результат обследования, решил бы, что инфаркт мне гарантирован. Едва я пересёк вход в амфитеатр, оборот произошёл стремительно. Очнулся снова под утро рядом со стазис-капсулой. Грудь уже не ныла, она горела, словно меня насквозь проткнули раскалённым прутом. Кое-как забрался в пустующую стазис-капсулу. Но облегчения она не принесла.
День прошёл как в тумане. Все хлопоты, связанные с пребыванием Пелагеи, взяли на себя Шиас и Кассиус с Инисом. Меня не трогали. Необъяснимо, просто до боли и зуда под кожей, меня тянуло к Елизавете.
На третью ночь я не стал дожидаться оборота и сам пошёл к партнерше. Самочувствие было настолько паршивым, словно по моим внутренностям прошли миксером. Голова раскалывалась, а кожа в районе солнечного сплетения начала темнеть и обугливаться. Уже не особо соображая, что делаю, я вскрыл капсулу Лизы и умостился рядом. Места отчаянно не хватало, но мне было всё равно. Я вцепился в тело девушки, которое было ледяным и бледным до синевы. Жар понемногу отступил, и я провалился в забытье.
Сон пришёл почти сразу, я барахтался в белесом киселе, забивающем рот, нос, уши, глаза. Невозможно было определить даже собственное положение в пространстве.
Я злился, пытаясь хоть что-то рассмотреть, но пелена окутывала, мешала, сбивала с толку. Зверь внутри впервые за последнее время отозвался и предложил помощь. Я с благодарностью согласился. Тело привычно трансформировалось, но моё сознание не подавили. Мы вновь делили боевую ипостась на двоих, как в старые добрые времена.
— Я здесь уже две ночи брожу. Удивлён, что ты решил присоединиться, — сыронизировала моя вторая ипостась.
— Всегда пожалуйста. Мог бы и раньше пригласить на поиски, а не доводить до состояния полусмерти.
— М-да, тебе связь похоже мозги оплавила вместо сердца, если ещё не догадался. — Рэкс вполне уверенно гребками передвигался в этом киселе, умудряясь рассекать плотную массу когтями. — Ей плохо, вот и нас накрывает откатом. Найдём нашу непоседу и посадим под замок, а то у неё пятая точка — магнит для приключений.
— Давно метлой по горбу не получал? Есть все шансы получить, если вздумаешь реализовать свои хотелки. И хорошо, если только метлой, может ещё и проклятием нас приголубить, — описал я перспективу
— А вот это вообще без разницы. Хоть у Бездны в заднице, — с готовностью отрапортовал Рэкс. — Главное, что связь ещё существует и открывает хоть убогий, но путь. И мы с тобой, хочешь ты того или нет, будем каждую ночь сюда отправляться на поиски нашей партнёрши. Я, в отличии от тебя, хоть связь успел создать. — Зверь останавливался, принюхивался и менял направление движения по одному ему известным признакам.
— Вот же наградила Мгла боевым товарищем, сразу нельзя было обсудить? — я решил высказать всё, что накопилось за эту неделю. — Отгородился он. А я, может, тоже в растерянности, не знаю, как это всё работает! Ещё и ты права качаешь. А сам, как только ведьму увидел, так и поплыл.
— Я тебе, дураку, помогаю! Ты же у нас рыцарь без страха и упрёка, а ещё без мозгов и личной жизни, аскет отмороженный. Тут такая партнёрша досталась — огонь! А ты только ходишь, мечтаешь да издали глазками стреляешь. Тьфу, смотреть противно! Тут, наоборот, как в древности у людей надо, хватаешь, по голове дубинкой и в пещеру тащишь. Там уже на месте притиркой заниматься, лучше всего в горизонтальном положении.
— Маньяк, ты где такого насмотрелся?! Я посмотрю, как ты притираться со стихийной ведьмой будешь. Судя по её способностям, она твою запечённую тушу на завтрак сожрет и не подавится!
— Это она тебя запечет, а я ей, между прочим, нравлюсь! — припечатал самодовольно Рэкс. — Я, в отличии от тебя, милый и обходительный!
— Слышишь ты, милый и обходительный, греби давай! — беззлобно огрызнулся. — Тут недели не прошло, когда бы я успел поухаживать? Тем более, она к нам на работу устраиваться пришла. А романы между начальником и ассистенткой — полнейший моветон.
— А если исключить рабочие взаимоотношения? — дотошно выпытывал мой клыкастый и шипастый психотерапевт.
— Если исключить это, то да! Мне она тоже с первого взгляда понравилась. Но кто я сейчас? Даже в гражданские права не вступил, Кассиус опекуном ходит. Не хочу её во всё это впутывать.
— И это всё, что тебя останавливало? — заинтересованно уточнил Рэкс.
— Нет. Если начистоту, то меня смутило, что связь у неё с тобой образовалась. — Я задумался, как бы вернее высказать мысль. — Вдруг у неё интерес к нам исключительно зоологический, как к зверушке неопознанной? Не хотелось бы сейчас сорваться, а потом страдать тысячелетиями от разбитого сердца, как Кассиус.
— В чём-то ты прав, интерес к нам проявлен пока исключительно судмедэкспертно-зоологический, — хмыкнула невесело моя боевая ипостась. — Иными словами, мы ей до смерти интересны. Причём, до смерти одного конкретного представителя вида.
— Это вообще как? Она приехала с целью убить кого-то из нашего Осколка, а Око её не определило, как враждебную персону? — Я ошарашенно переваривал информацию.
— А ты хотел, чтоб Боги отвадили единственную подходящую тебе женщину? — Мы остановились, Рэкс перестал перемещаться в киселе, будто решаясь поведать что-то очень важное. — Есть у меня подозрения, что претензии Елизаветы Мглою признаны законными. Сейчас покажу тебе один фрагмент из её памяти, поймёшь, о чем речь.