Печаль на двоих

Апсон Николь

— Миссис Амелия Сэч? — спросил он, и она кивнула. — Инспектор Кид из городской полиции. К сожалению, должен уведомить вас, что сегодня мы арестовали женщину по подозрению в убийстве грудного младенца — мальчика. Женщину задержали с убитым ребенком на руках, и у нас есть основания предполагать, что этот ребенок родился в вашем доме. В каких вы состоите отношениях с Энни Уолтерс, проживающей в Ислингтоне на Дэнбери-стрит?

От облегчения Амелия чуть не рассмеялась. Если Уолтерс поймали с младенцем сегодня, тот никак не мог быть ее питомцем — ребенок, с которым Уолтерс ушла в субботу, наверняка уже

давно умер. Уолтерс явно одолела жадность, и она начала работать на кого-то еще, что Амелия и раньше подозревала, — возможностей кругом хоть отбавляй.

— Я эту женщину не знаю, — дерзко заявила она, взбодренная мыслью о том, что несчастье свалилось сегодня не на нее, а на кого-то другого. — Простите, но ничем не могу вам помочь.

Однако от инспектора не так-то легко было отделаться.

— Миссис Уолтерс сказала, что вы ее наняли.

— Значит, миссис Уолтерс лжет. Я, инспектор, медсестра и опытная акушерка. Я принимаю сюда женщин для того, чтобы они здесь рожали. Им тут обеспечен самый лучший уход, и уверяю вас, что, когда младенцы покидают этот дом, они не только живы, но и абсолютно здоровы.

Инспектор улыбнулся, и тут впервые в выражении его лица мелькнуло нечто, от чего Амелии стало страшно.

— Я в этом, мэм, не сомневаюсь, но, возможно, вы все-таки вспомните: миссис Уолтерс лет за пятьдесят, коренастая…

— Я ее не знаю, инспектор, — перебила его Амелия, — и, разумеется, не давала ей никаких младенцев, если вы на это намекаете. Мне необходимо поддерживать хорошую репутацию, и для работы в этом доме я подбираю людей очень тщательно.

— То есть, насколько вам известно, миссис Уолтерс здесь никогда не бывала?

Амелия покачала головой.

— Странно, что… она весьма подробно описала эту комнату. Но не важно. Кажется, в субботу здесь родился мальчик?

— Верно. При родах присутствовал доктор Уайли — были всякие осложнения. Я уверена, что он это подтвердит.

— Не сомневаюсь, мэм. А где сейчас мать и ребенок?

— Они, инспектор, там, наверху, — промолвила Амелия чуть дрогнувшим голосом.

— Если вы не возражаете, мэм, я бы хотел посмотреть на ребенка.

— Боюсь, что мать еще совсем плоха, ей сейчас не до визитов. Как я уже сказала, роды были трудные, и они оба еще очень слабы. И я никому не позволю их потревожить.

Едва Амелия смолкла, как поняла, что резкостью она ничего не добьется. Когда инспектор Кид снова заговорил, в его тоне от вежливости не осталось и следа.

— Я увижу этого ребенка, мэм, хотите вы того или нет. И если вы не отведете меня к нему сами, боюсь, что у меня не будет другого выхода, кроме как вызвать доктора Уайли и попросить его навестить мать и ее младенца. Вы ведь, разумеется, не станете возражать, чтобы на них посмотрел врач?

Инспектор вышел из комнаты и двинулся к парадной двери, а Амелия, не произнося ни слова, проводила его взглядом. На дворе послышались голоса, и она подошла к окну, чтобы посмотреть, что там происходит. К ее ужасу, в садике перед домом инспектор разговаривал с двумя полицейскими, которые, очевидно, стояли там все это время. Один из них вдруг развернулся и поспешил на улицу, а второй вместе со своим начальником вошел в дом, и теперь они вдвоем молча стояли в гостиной.

Амелия отчаянно

пыталась придумать хоть что-нибудь: доктор Уайли жил за углом, и у нее почти не было времени придумать, куда пропал ребенок. И почему она раньше не избавилась от Уолтерс? Амелия ведь знала, что от этой женщины добра не жди. Она злилась на саму себя за то, что довела дело до такого положения, — яснее ясного, что Уолтерс полиции все про нее рассказала, и теперь ей придется признаться, что они были связаны, и найти этому какое-то безобидное объяснение.

Казалось, прошли считанные секунды, как в комнате снова появился инспектор, но уже в сопровождении полицейского и доктора Уайли, а за ними, к ее изумлению и ужасу, вошел муж.

— Амелия, что все это значит? — спросил Джейкоб, едва войдя в комнату, но инспектор Кид не дал ей и рта раскрыть:

— Миссис Сэч, проведите, пожалуйста, доктора Уайли в комнату вашей пациентки. — Он повернулся к доктору. — Мне только надо знать, сэр, что ребенок здоров и в безопасности.

Доктор напряженно уставился на Амелию, потом повернулся, чтобы выйти из комнаты, и тут она не выдержала.

— В этом нет нужды, — прошептала Амелия еле слышно.

— Простите, мадам, что вы сказали? — переспросил Кид.

— Нет нужды подниматься наверх. Ребенка там нет. Его забрали. Но это совсем не тот ребенок! — вскричала она, умоляюще глядя на мужа. — Такого просто не может быть! — Амелия повторяла эти слова снова и снова, а сама в это время пыталась навести порядок в своих мыслях. Ребенка унесли из дома в субботу вечером — ей было невыносимо, чтобы младенцы оставались в доме надолго после рождения, — а сегодня уже вторник. Почему Уолтерс держала его у себя три дня, вместо того чтобы избавиться от младенца при первой возможности? О чем эта женщина думала? — Какого бы вы ребенка ни нашли, — сказала она наконец, — это не тот, что родился здесь в субботу.

Инспектор Кид кивнул полицейскому, и тот протянул ей детское одеяльце.

— Вы его узнаете? — спросил Кид.

Одеяльце было совсем простенькое, типовое, и Амелия отрицательно замотала головой.

— Странно. — Кид развернул одеяльце и протянул его Амелии. — А вот миссис Робертсон из прачечной, что на Марин-пэрейд, сказала, что метка на нем ваша.

Он поднес одеяльце к ней поближе, но Амелия не стала на него смотреть, наконец осознав всю значимость происходящего. Наверняка она уже была объектом обсуждения и сплетен в Финчли, и если даже одна соседка на Хартфорд-роуд заметит возле ее дома полицейского, новость об этом вмиг разнесется по всей улице. Даже если ей на сей раз удастся выпутаться из беды, позора не миновать. Как это отразится на Лиззи? И что будет с ее, Амелии, браком?

— Вы признаете, что «Эф двести тридцать шесть» ваша метка? — нетерпеливо спросил инспектор.

И Амелия, не зная, что сказать, беспомощно кивнула.

— Доктор Уайли, вы присутствовали при родах в Клеймор-Хаусе в субботу?

— Да, присутствовал. У молодой женщины по имени Ада Голли в пятницу утром начались роды. Однако когда в субботу она все еще не разрешилась младенцем, миссис Сэч вызвала меня. В конце концов, в субботу около полудня ребенок родился, но пришлось как следует этому поспособствовать. Без щипцов никак было не обойтись.