Павлина

Софронов Анатолий Владимирович

Павлина. Мы и так хорошим людям верим. Познакомьтесь, Галина Чайка, бригадир.

Судакова (заглядывая в список). В крайкоме партии рекомендовали написать Чайку... Но его Серафимом зовут. Родня вам?

Галина. Да уж родня... Муж.

Судакова. Как приятно иметь такого мужа.

Галина. А вы не имеете такого мужа?

Судакова. Я никакого не имею.

Галина.

Потеряли, что ли?

Павлина. Галя, что ты?

Судакова. Я понимаю, шутки.

Павлина. У нас много людей хороших есть... Например, Трофим Григорьевич Соломка, председатель наш бывший. Много сил вложил в хозяйство.

Судакова. Я с ним ехала сюда.

Павлина. А больше вам никого не рекомендовали?

Судакова. Вас, если разрешите?

Павлина. Рановато. Мне еще поработать надо.

Входит Чайка.

А вот и сам Серафим Чайка.

Галина. Мой супружник в натуральную величину. Познакомься, к тебе приехали...

Судакова (знакомясь). Портрет ваш буду писать.

Чайка. Это для чего ж?

Судакова. На выставку!

Чайка. Сельскохозяйственную?

Судакова (смеясь). Не-ет... Художественную.

Галина. Тебя на выставку в качестве експоната пошлют! Вы его в профиль или в анфас рисовать будете?

Судакова (профессионально). Анфас хороший — открытое лицо... Глаза тоже... В общем, потом определим, во время трудового процесса.

Галина. Процесс у комбайнеров и ночью бывает на уборке.

Судакова. А что же, это мысль... При луне.

Чайка. Ты тоже, Галя, скажешь что такое...

Галина (Судаковой). А може, вы его при солнце малювать будете?

Павлина. Спасибо, что приехали. (Чайке.)Серафим, проводи товарища.

Входит Слива.

Галина. Я так думаю, что мы вместе с Серафимом проводим товарища женщину-художника. Бо еще не ясен вопрос — чи у профиль, чи в анфас его рисовать. И дам ли я еще согласие на то, чтобы его физиономию на портрете изобразить.

Чайка. Ну, шо ты, Галю...

Галина. Решим по дороге!

Павлина. Ну, решайте.

Судакова,

Галина и Чайка уходят.

Слива (очень вежливо). Товарищ председатель, я имею возможность до вас обратиться?

Павлина. Дел много, дедушка.

Слива. К числу других важных обчественных дел я имею до вас свое важное личное дело.

Павлина. Как вышла, не могу в контору вернуться.

Слива. А ты не ходи в контору. Ты будь всегда среди народа.

Павлина. Бумаги подписать надо.

Слива. А ты уже читала их?

Павлина. Читала.

Слива. Сколько раз?

Павлина. Один раз.

Слива. А ты семь раз прочти, а подписать дай другому. Безопасней так.

Павлина. Кому безопасней?

Слива. Тебе... Ты еще председатель молодой. Опыту у тебя не поднакопилось. Неровен час, не то подпишешь. А нам тебя жаль. У тебя дюже доброе жизненное движение намечается...

Павлина. Да что ты, дедушка?

Слива. Я жалеючи тебя. Сколько работаешь, а уже с лица сдала.

Павлина. Забот много, задачи большие.

Слива. Ты задачки решай, а себя не забывай. Вам, женщинам, об себе беспокоиться надо. Должность - это почет, а лицо — это фотография. Теперь тебя начнут сымать, в газетках печатать. Нам интересно, чтобы ты гладкой с лица была. Твоя фотография должна отражать нашу действительность.

Павлина. Что у тебя, дедушка, говори?

Слива. Ты сурьезно меня на пензию замыслила пустить?

Павлина. Пора, возраст у тебя почтенный.

Слива. Это правильно, почетный. Спасибо. Благодарю, Павлина Федоровна. Токо я не хочу на пензию. Я хочу проживать без пензии и еще быть несколько десятилетий трудовым елементом.

Павлина. Что ж ты хочешь?

Слива. Омоложению имею желание себе сделать.

Павлина. Это как же?

Слива. На предмет установления себе долголетия путем оздоровления организма.

Павлина. Дедушка, некогда мне...

Слива. Как же ты могешь так бездушно относиться, ежели речь идет о продлении моей жизни?

Павлина. Что ты хочешь?

Слива. Читал я одну газетку... «Литературную» вроде... Одним словом, где писатели друг друга чешут...

Павлина. При чем здесь писатели?