Павлик Морозов [1976]
Шрифт:
Татьяна с ласковой улыбкой взглянула на подругу:
— У тебя нрав крутой… — Она помедлила и вздохнула. — А я вот…
Ксения положила руку на плечо подруги, тихо спросила, заглядывая ей в глаза:
— А как твой?
— Не знаю… — Татьяна неопределенно повела плечами…
— Таня… нехорошо про него болтают…
— Пусть болтают! — вдруг вспыхнула Татьяна, и ее сложенные на коленях руки дрогнули. — Ведь председатель сельсовета — завистников
— Ты не серчай, — мягко сказала Ксения.
— Я не серчаю, — Татьяна вздохнула, помолчала. — А вообще-то трудно мне с ним, Ксеня.
— Я вижу.
В соседнем дворе мелькнула белая рубашка. К жердяному забору, разделяющему дворы, быстро подошел Данила, окликнул:
— Дядя Трофим!.. Дома он или в сельсовете?
— Дома, — неохотно ответила Татьяна и полуобернулась к двери избы: — Трофим!
— Слышу, слышу… — раздался сонный, сипловатый голос.
— Племянник кличет.
На крыльцо вышел Трофим — худощавый мужчина с седеющими усами и мешками под глазами. Он длинно зевал и, просунув руку под расстегнутый ворот, почесывал грудь.
— Чего тебе, Данила?
— Дело есть, дядя Трофим.
— Ну?
Данила не ответил, предостерегающе кивнул на Татьяну и Ксению. Трофим кашлянул.
— Татьяна, поди-ка в избе прибери.
Ксения быстро поднялась, сказала с сердцем:
— Ты уж скажи лучше: уходи, соседка, подобру-поздорову!
Трофим пожал плечами.
— Сиди, коль охота есть…
Ксения поправила платок, подняла коромысло с ведрами.
— Ты заходи, Таня… — Она ушла, не взглянув на Трофима, покачивая пустыми ведрами на коромысле.
— И мне уходить, что ли? — повернулась Татьяна. — Что за секреты завел с Данилкой?
— Поди, поди… — Трофим выждал, пока жена скрылась в избе. — Какое дело?
Данила открыл узенькую калитку в заборе, не спеша подошел к Трофиму.
— Осоку я сегодня резал…
— Ну так что ж?
— Встретил одного хромого… из кубанских кулаков.
— Что ж такого? Вон на речке Чернушке целый поселок кубанских кулаков.
— С тобой повидаться он хочет, дядя Трофим.
— Со мной? — Трофим, прищурив глаза, подозрительно взглянул на Данилу. — Чего ему надо?
— Я так понял, дядя Трофим, что не хочет он у нас на Урале оставаться. Я, говорит он, к своей Кубани привык.
Трофим усмехнулся.
— Кто же его обратно на Кубань пустит, раз он кулак и против колхозов выступал? Пускай теперь к нашему северу привыкает.
— Так он, может, и привык бы, дядя Трофим, ежели бы на Урале колхозов не было. А то ведь у нас тоже коллективизация
Трофим поморщился, потрогал пальцами ус.
— Ну, когда еще до нашей деревни дойдет… Так чего ж он хочет?
Данила опасливо оглянулся, протянул ему листок бумаги.
— Вот такое удостоверение он хочет.
Председатель медленно читал. Наконец свернул бумажку и вернул ее Даниле.
— Ишь ты, чего захотел! За такое дело меня за решетку посадят!
— Дядя Трофим, — горячо зашептал Данила, — да ведь он хорошо заплатит!
Стукнула калитка. Во двор вошла девушка — молоденькая, застенчивая, с большой русой косой.
Трофим прошептал:
— Тише, учительница пришла. Нелегкая ее носит! — и с веселой улыбкой поднялся ей навстречу. — Доброго здоровья, Зоя Александровна. Рады вас видеть.
— Здравствуйте, Трофим Сергеевич. — Она остановилась у крыльца, смущенно оправила блузку, заметив косой взгляд Данилы. — Что же вы к нам в школу на праздник не пришли?
— Дела, Зоя Александровна… Дохнуть некогда.
— Жаль… Такой веселый утренник был у нас в честь окончания учебного года. Ваш сын лучше всех выступал!
— Павел-то? Он мастак выступать. Что только дальше из него выйдет!
Учительница порозовела и вновь оправила кофточку. Ее раздражал нагловатый взгляд Данилы.
— Павлик очень способный мальчик, Трофим Сергеевич! Ему обязательно дальше учиться надо. Нельзя останавливаться на начальной школе. Потом в вуз поступит.
Председатель сельсовета коротко рассмеялся:
— Эк хватили — в вуз! Горячая у вас головка, Зоя Александровна.
— А вот и поступит! — сказала Татьяна, выходя на крыльцо. — Может, учителем или там доктором станет!.. Здравствуйте, Зоечка!
— Здравствуйте, Татьяна Семеновна! Правильно вы говорите, обязательно Павлику учиться дальше надо.
— Вот пущу его по торговой части, — нахмурился Трофим. — Парень смышленый, хорошо арифметику знает… Вы ко мне по какому вопросу, Зоя Александровна?
— Я насчет ремонта школы. — Учительница села на порожек, повернувшись спиной к Даниле.
— Не предусмотрено в смете, Зоя Александровна, — покашливая, сказал Трофим. — Я же говорил вам.
Она быстро расплетала и заплетала кончик косы.
— Этого не может быть, Трофим Сергеевич! Зимой нельзя будет с ребятами заниматься!
— Не предусмотрено, — повторил он и, давая понять, что разговор окончен, прибавил: — Вот так, стало быть…
— Это ваше последнее слово? — вспыхнула учительница.