Паутина
Шрифт:
ЧАСТЬ I
Глава 1
Сделав глубокий вдох, Сабрина дунула на свечи именинного пирога, и те погасли. Их было тридцать три и еще одна — на счастье. Потом она закрыла глаза и загадала желание. Пусть все остается по-прежнему. Дети, возлюбленный, друзья, дом — пусть они будут рядом, и пусть ничто им не грозит. И пусть они действительно будут моими.Открыв глаза, она с улыбкой посмотрела на сидящих за столом и взяла серебряный, старинной работы нож для пирога. Она привезла его
— Мам, что ты загадала? — спросил Клифф.
— Нельзя об этом говорить, — ответила Пенни. — А то желания не сбудутся.
— Они и так не сбудутся, — безапелляционно заявил Клифф. — Об этом каждый знает. Сказки!
— Какой цинизм, подумать только! — шутливо возразила Линда Тальвиа, дотрагиваясь до руки Марти. — У меня желания сбывались столько раз, что я сбилась со счета!
— А у меня сбылись все до единого, — сказал Гарт, встречаясь взглядом с Сабриной, которая сидела на противоположном конце стола. — Раз-другой сбылось даже то, о чем я и не мечтал.
— Да как они могут сбываться, если ты сам этого не хочешь? — фыркнул Клифф.
— Сбываются, да еще как! — возразил Нэт Голднер. — Мы с Долорес даже и не думали о том, что поженимся, а потом взяли и поженились и нисколько не жалеем.
— А я загадала желание, чтобы у меня были прекрасные дети, — сказала Сабрина, — умные, забавные, полные любви. Разве это сказки?
— Ну… Ладно, время от времени желания все-таки сбываются, — ухмыльнулся Клифф. Остальные рассмеялись. — Конечно, если правильно загадать желание…
Правильно загадать желание.
Когда-то я загадала желание. И Стефани тоже.
Ах, Стефани, посмотри, чем все это кончилось!
Пока остальные беседовали, Сабрина задумалась. Она вспомнила Стефани, ощутив непреодолимое желание услышать ее голос, посмотреть ей в глаза и увидеть свои глаза, в упор глядящие на нее, свое лицо, свое зеркальное отражение, свою сестру, с которой они похожи как две капли воды. Сегодня не только мой день рождения, Стефани, но и твой тоже, сегодня у тебя тоже праздник, ты должна быть…
Здесь. Она должна быть здесь. Будь Стефани жива, она сейчас сидела бы за столом, в кругу семьи и давних своих друзей. Если бы они с Сабриной не вздумали поменяться местами. Безумная, опрометчивая мысль, хотя тогда она показалась им забавой, увлекательным приключением. Год, всего лишь год назад у каждой из них были проблемы в личной жизни, и они легкомысленно мечтали пусть недолго, но пожить по-другому.
А потом задумались об этом всерьез. И вот, после поездки в Китай, Сабрина под именем Стефани Андерсен отправилась к мужу и двоим детям домой, в очень старый и порядком обветшавший дом Викторианской эпохи в Эванстоне, в окрестностях Чикаго. А Стефани превратилась в Сабрину Лонгуорт, которая после развода жила в великолепном особняке на Кэдоган-сквер, в Лондоне. Всего неделя, говорили они себе, всего неделя жизни по-другому, а потом они снова поменяются местами и останутся каждая при своем.
Но они не поменялись. Сабрина сломала кисть, упав с велосипеда. Стефани, чей брак с Гартом и так трещал по швам, упросила Сабрину остаться в Эванстоне: кость срастется, сделают
Но за те недели, что продолжалось лечение, в их жизни все так неожиданно переменилось. Сабрина влюбилась в Гарта с такой страстью, какой до сих пор не испытывала. Она сильно привязалась к Пенни и Клиффу, а Гарт обнаружил, что жена разительно отличается от той женщины, что он знал прежде. Раньше он чувствовал, что жена все больше отдаляется от него, и он едва удостаивал ее взглядом в течение месяца. Найдя ее теперь очаровательной и забавной, он подумал: после поездки в Китай она ради спасения их брака сознательно решила изменить свое отношение к нему.
А Стефани в Лондоне завела новые знакомства и закрутила роман с Максом Стювезаном — богатым, загадочным мужчиной со связями в мире искусства. Еще на ее попечении оказался «Амбассадорз» — роскошный антикварный магазин Сабрины. С каждым днем, который Стефани проводила в роли своей неотразимой сестры, она проникалась все большей уверенностью в себе. Они уже готовы были поменяться местами, но Стефани попросила несколько дней отсрочки, чтобы провести их с Максом на его яхте. Пофлиртую напоследок — и все, сказала она Сабрине. Пофлиртую напоследок.
И вот ее не стало. Яхта взлетела на воздух вблизи берегов Франции. В сообщении говорилось, что все находившиеся на борту, в том числе и леди Сабрина Лонгуорт, погибли. Сабрина и Гарт поехали в Лондон, где все оплакивали смерть сестры. В похоронном зале Сабрина попрощалась со Стефани. Слезы застилали ей глаза, она была оглушена постигшей ее утратой и сознанием своей вины. Там, на похоронах, пытаясь сказать правду, она опустилась на колени у могилы, бормоча сквозь слезы: «Это не Сабрина умерла… Не Сабрина!» Но ее никто и слушать не хотел; все решили, что она обезумела от горя. Сабрина же, охваченная отчаянием и смятением, не стала им возражать.
И вот теперь она вернулась в семью Стефани. Она понимала, что это ненадолго, — не может же она строить свою жизнь на обмане. Но вот прошло три месяца. И даже не оправившись от горя, она чувствовала себя счастливой. Счастлива больше, чем когда-либо могла себе представить: страстное чувство к сильному мужчине, тепло, ласка, смех, общение с двумя сообразительными, любящими ее детьми.
Но к Рождеству, почти через четыре месяца после того, как сестры поменялись местами, прежде чем Сабрина собралась с духом, чтобы сказать Гарту, что уезжает, он сам догадался об обмане. Вне себя от гнева, он изгнал ее из своей жизни, из жизни своих детей. Она уехала в Лондон, чувствуя, что жизнь разбита из-за их безумного, опрометчивого поступка.
Оставшись дома один, Гарт мало-помалу пришел в себя и постепенно понял, как сильно Сабрина любит его и детей. Он понял, что она сама в ловушке, сама жертва обмана. И еще он почувствовал, что любит ее так, как никогда никого не любил.
— Стефани? Ты слушаешь?
Сабрина слегка вздрогнула и поймала на себе участливый взгляд Нэта Голднера, близкого друга и врача. Это он вправил ей кисть, когда год назад она сломала руку. Нэт ласково смотрел на нее.
— Прошу прощения, — ответила она, виновато улыбнувшись. — По-моему, я забылась.