Паутина любви

Холт Виктория

Наконец, Джоуэн позвонил мне. От звука его голоса у меня поднялось настроение.

— Я вернулся и хочу поговорить с вами!

— Да, да! — с готовностью согласилась я. — Когда?

— Предположим, я заеду к вам через час. Мы съедим завтрак в «Оленьем роге», там и поговорим.

Я обрадовалась: пелена печали развеялась.

Джоуэн приехал вовремя и тепло приветствовал меня, но, пока мы не оказались в таверне, не сообщил ничего существенного. Он выбрал уединенный столик, где можно было спокойно поговорить.

Мне

было трудно сдержать нетерпение, но было ясно, что он ничего не скажет, пока не будет к этому готов. Мы сделали заказ, и, только когда он появился на столе, он, склонившись ко мне, сказал:

— Я сделал открытие! Думаю, оно может оказаться очень важным.

— В Лондоне?

Он кивнул:

— Это единственное место, где можно было раздобыть сведения. Я решил промолчать на случай, если мои предположения окажутся неверными. Дело оказалось не слишком простым: я не знал точной даты, полагаясь лишь на догадки. Все было бы проще, будь у меня исходные данные. — Вы интригуете меня!

— Я раздобыл в архиве копию свидетельства о рождении Гордона Льюита: он сын Матильды Льюит и Джеймса Трегарленда!

— Ах! — только и произнесла я.

— Я подозревал это, но хотел обрести полную уверенность.

— Я думала, что его отец умер, а поскольку Матильда — какая-то дальняя родственница семьи, они и переехали в Трегарленд…

— Так они это объясняли! Если бы Джеймс заявил, что привозит в Трегарленд свою любовницу и незаконного сына, возник бы большой скандал! Впрочем, Джеймса Трегарленда это не слишком волновало. Должно быть, у него были свои мотивы. Вы понимаете, что все это может значить?

— Скажите, что именно вы имеете в виду?

— Мне очень неприятно, что вы там живете! Все это кажется очень подозрительным, не верю я в такое количество совпадений! Первой погибла Аннетта Парделл…

— Полагаю, местные жители сказали бы, что первой была ваша прабабка!

— Она утопилась, так что это подбросило им идею.

— Кому — им?

— Давайте попробуем разобраться! Примечательно то, что Аннетта должна была родить ребенка и после Дермота этот ребенок наследовал бы Трегарленд — большое поместье, ставшее в последнее время весьма процветающим.

— Скорее благодаря Гордону, чем Дермоту…

— Вот именно! Я, конечно, только предполагаю, но ничего иного мне не остается: я боюсь за вас.

Меня охватила приятная волна тепла, и виной тому был вовсе не искристый напиток.

— Я бы посоветовал вам как можно быстрее уехать, — продолжал Джоуэн, — но без ребенка вы не тронетесь с места. Не очень представляю, как вы сможете похитить Тристана. Итак, предположим, что Аннетта умерла оттого, что носила ребенка, которому предстояло стать наследником. Теперь мертв и Дермот!

— А Дорабелла?

— Она в эту схему не вписывается: ее сын уже рожден, и это мне непонятно. Почему это произошло с вашей сестрой?

—

Вы считаете, что кто-то убил Аннетту, потому что она должна была родить ребенка? Но она же пошла купаться!

— Я в это не верю, она не стала бы этого делать, будучи беременной. Она была слишком умной для того, чтобы сделать такую глупость.

— То же самое говорит миссис Парделл, но она убеждена в том, что ее убил Дермот.

— Дермот никогда никого не смог бы убить!

— Миссис Парделл считает, что ему надоела Аннетта, а потом и моя сестра… Что он был кем-то вроде Синей Бороды, который женился на женщинах, а потом, когда они ему надоедали, просто убивал, их.

— Это полная чепуха! Неожиданно меня пронзил испуг, и я выпалила:

— А помните, как внезапно заболел Тристан? Должно быть, кто-то зашел в комнату, раскутал его и открыл окно, надеясь, что это погубит ребенка?.. Так и случилось бы, если бы нянюшка Крэбтри вовремя не зашла в детскую!

— Все совпадает! Потенциальный наследник — ребенок Аннетты, потом Тристан! А Дермот?

— Вы намекаете, что кто-то убил и Дермота?

— Это значительно упростило бы проблему, не правда ли?

Я недоверчиво взглянула на него:

— Вы имеете в виду… для Гордона? Он кивнул.

— Вот послушайте! Гордон воспитан здесь. Он управляет поместьем, причем превосходно, и относится к поместью как к своему. Он — сын Трегарленда, но, поскольку его мать не была замужем за его отцом, когда он родился… — Вы думаете, сейчас она замужем?

— Нет. Не знаю, почему Джеймс не женился на ней, но, судя по всему, этого так и не произошло. Тем не менее, я уверен в том, что, если не останется законных наследников, все перейдет к Гордону.

— Вы хотите сказать, что Гордон убил Аннетту… и, возможно, Дермота? Но считается, что Аннетту врасплох захватил прилив, или течение, или судорога.

— Вы в это верите? И в историю с Дермотом?

— Он мог принять эти таблетки сам, с другой стороны, мог и не сам, то есть путь расчищен, если не считать… — я в ужасе уставилась на Джоуэна. — Если так, то Тристан в опасности, в смертельной опасности!

Он кивнул.

— Джоуэн, я боюсь!

— Я предполагал это: за ребенком нужно следить круглосуточно. Если мои предположения верны, то следует ждать нового покушения на его жизнь!

— Каким образом?

— Попытка уже была! Меня смущает одно — смерть вашей сестры: она никому не мешала, мешал Дермот… а теперь — Тристан. Дермот мертв, и в обстоятельствах его смерти мы сомневаемся. Он мог уйти из жизни добровольно, как и гласит заключение. Это вполне убедительное заключение… если не считать одной мелочи: кое-кто выгадывает от его смерти. Но причин избавляться от вашей сестры не было, если бы она вынашивала ребенка — другое дело… Но об этом ничего не известно, это слабое место моей теории.