Патриций
Шрифт:
– Октавий. Гней Октавий Лепид, - быстро напомнил ветеран.
– Легион «Августа», третья когорта, центурия Гая Манция.
– Ах да, да, Октавий.
– Папирий закивал.
– Как же, как же, помню. И что за дело у тебя, Октавий?
– Хотелось бы взглянуть на кое-какие таблички.
– Октавий обернулся к Юнию.
– Как бишь они?
– Земельный кадастр, - быстро напомнил Рысь.
При этих словах интендант вздрогнул, и в маленьких глазках его на миг
– Земельный кадастр?
– пожевав губами, тихо повторил Папирий.
– Э… даже не знаю, смогу ли помочь.
– А что так?
– Непростое дело.
Рысь незаметно подмигнул Октавию и с готовностью пообещал заплатить за труды. Странно, но это приятное предложение тоже не вызвало у интенданта никакого энтузиазма.
– Видишь ли… э… гмм… Октавий, я уже говорил уважаемому юристу о том, что у нас осенью был пожар… Вряд ли записи сохранились. Хотя, если хочешь, я поищу.
– Вот-вот, поищи, славный Папирий, - осклабился ветеран.
Канцелярский работник со вздохом вышел из-за стола и принялся истово рыться в сундуках, что-то неразборчиво бормоча себе под нос. Надо признать, активность в деле поиска нужных табличек он проявлял большую, только вот пользы от нее было - ноль. Папирий так ничего и не нашел и виновато - и, как показалось Юнию, с облегчением - развел руками:
– Ну вот видишь, Октавий… Я бы и рад бы помочь, но, видно, все сгорело.
– Жаль, жаль, - сокрушенно покачал головой ветеран и беспомощно обернулся к Юнию.
– Похоже, мы так и не выиграем это дело.
– Отчего ж?
– уже выйдя на улицу, обнадежил юрист.
– Насчет гречишного поля ты теперь можешь не беспокоиться. Раз именно твои люди начали его обрабатывать, то Манлий вряд ли сможет подтвердить свои права на этот участок. Кстати, а тебе самому на руки разве не выдавали грамоту, подтверждавшую право владения?
– Да я же ее показывал!
– удивился Октавий.
– Ах, да, - вспомнил Рысь.
– Только вот насчет гречишного поля в ней ничего не сказано. Будем надеяться, что подобного нет и у Манлия. Если бы было, он бы давно у тебя все отсудил.
– Значит, поле-то мое?
– Старый легионер несколько повеселел.
– А пастбище?
– А вот с пастбищем, честно сказать, будет труднее, - признался юрист.
– Кто знает, какие документы имеются у старосты Гретарка? Скорее всего - никаких. Но не будем забывать о традиции.
– О чем?
– Это такое словечко, принятое у нас, юристов. Эта деревушка, Гретарк, здесь всегда была?
– Не знаю.
– Октавий покачал головой и вдруг, бросив внимательный взгляд вперед, проворно затащил Юния в какой-то попавшийся на пути переулок.
– Что такое? В чем дело?
– удивленно воскликнул
– Тсс!
– Ветеран приложил палец к губам и, осторожно выглянув из-за угла, поманил Юния.
– Глянь-ко.
Рысь внимательно осмотрел площадь, но не заметил ничего подозрительного.
– Да ты не на площадь смотри, - громким шепотом пояснил Октавий.
– Во-он, видишь толстяка, что подходит к дворцу?
– В зеленом плаще?
– присмотрелся Рысь.
– С ним еще пара слуг.
– Ну да, да. Это он!
– Кто - он?
– Да Манлий же, мой прохиндей сосед! Видно, решил еще раз попытать счастья, гнусная морда.
– Ах, вот оно что… - Рысь едва не присвистнул.
Неожиданным появлением Манлия он был удивлен не меньше старого легионера. Называется - напророчил! Интересно: выходит, Манлий тоже решил судиться? Все ж таки прознал о намерениях Октавия, впрочем, и не мудрено - славный воин вовсе не семи пядей во лбу.
– Вот что, Октавий, - подумав, предложил Рысь.
– Давай-ка подождем здесь немного.
– А чего ждать-то?
– Да посмотрим, с каким настроением твой сосед выйдет обратно. Знаешь, я почему-то сильно сомневаюсь, что с хорошим.
– Посмотрим, - хмуро кивнул ветеран.
Ждать пришлось недолго - едва появившись на крыльце, Манлий от души отвесил зазевавшемуся слуге хорошего пинка, от которого бедняга свалился с ног и покатился по широким ступенькам. Рысь улыбнулся - похоже, его ожидания оправдались: настроение толстяка, мягко говоря, нельзя было назвать хорошим.
Дождавшись, когда разъяренный Манлий и его рабы скроются из вида, Юний с Октавием покинули свое убежище и, миновав площадь, расстались. Прежде чем попрощаться, Рысь договорился о скором посещении виллы - за неимением нужных документов хотелось рассмотреть все на месте, так сказать, в максимальном приближении. Уговорились через три дня, сразу после нундин, - Октавий как раз в это время собирался возвращаться домой.
По дороге домой Рысь неожиданно столкнулся с рыбником - тот крикливо подгонял рабов, волокущих огромную корзину с рыбой и загородивших всю улицу.
– Позволь пройти, уважаемый Фульвий, - улыбнулся Рысь.
Рыбник обернулся и тут же растянул тонкие губы в улыбке:
– А, это ты, славный поборник Фемиды! Не хочешь ли купить у меня свежей рыбки? Только что пойманная, прямо тает во рту. Да что говорить, смотри сам!
Юний склонился над корзиной:
– И в самом деле, свежая.
– Свежайшая! Тебе, так и быть, уступлю по два асса за фунт.
– По два асса за фунт?
– Юний усмехнулся. Примерно столько же стоила хорошая жирная курица или куропатка. Впрочем, рыба тоже была отнюдь не дурна, а старый слуга Флакс умел ее замечательно жарить.