Пасынок удачи
Шрифт:
– Я посланник Отца, проводник его священной воли.
– Если ты проводник его воли, шаман, то защити нас! Смотри сколько врагов!
– Шурзак покачнувшись, посмотрел на скачущих всадников, их было много очень много и они неслись со всех сторон. – Враги! Откуда? – проморгавшись, спросил он.
– Да откуда мне знать. Нас застали врасплох. Если ты посланник отца, то защити нас своей силой, Шурзак. – Не отставал от него Честрог. Он видел как неумолимо надвигалась волна чужих всадников. Еще немного и она захлестнет лагерь.
Шурзак расправил щуплые плечи. Поднял руки
– Шурзак, ты посмотри сколько их! Нам не справиться. Чудо давай! – тоскливо глядя на вал врагов, мчавшихся на обозный лагерь, – прокричал Честрог.
– Чудо? Будет вам чудо. Шаман воздел руки к небу. Потряс ими и перед наступавшим врагом стала подниматься стена земли и пыли. Честорг увидев преграду на пути всадников повеселел.
– Вот так-то лучше Шурзак. Теперь и по сражаться можно. – Он направился к своему лорху. Взобрался на него и громогласно закричал.
– Воины племени Курдала, благословленные отцом. Покажем этим отступникам, как велик гнев нашего отца. Орки сбившиеся в кучу до этого, воспрянули духом. Послышались радостные крики, —покажем отступникам. Смерть еретикам!
Все видели как поднимается стена на пути врагов. Они видели силу их Отца и верили что он их защитит.
Честорг, выхватил топор и замахал им над головой. – Встретим врага лицом к лицу! – проорал он. В это время стена что поднималась перед нападающими, вдруг разорвалась на куски, завертелась и образовав с десяток пыльных крутящихся столбов, понеслась на защитников обоза. Порывы пыли опережая их накрыли обороняющихся. Рот Честорга забился землей и травой. Он закашлялся, отплевываясь и не оглядываясь, на стремительно набирающие скорость темные столбы, погнал лорха прочь.
Шурзак тоже открыв рот от удивления, смотрел на то, что произошло с его чудом. Он тоже закашлялся и согнулся отплевываясь и харкая, а когда поднял голову, то увидел как из-за завесы пыли выскочили закрученные столбы они подхватывали поленья, пожитки, закручивали их, гасили костры, сбивали палатки и срывали с повозок холстину. Уносили воинов расстраивая их ряды и те не выдержав дрогнули. Они стали отступать. Сначала по нескольку бойцов, потихоньку покидавших свои ряды, а потом побросав оружие, побежали все, стараясь спрятаться в облаке пыли, забыв обо всем. Враг что разрушил стену, внушал им суеверный ужас.
– Стойте… Кх… Кх. Стойте трусы! Кх. – откашливаясь попытался перекричать царящий гвалт шаман. – Отец вас проклянет! Кх…
Но его не слушали. Общая паника захватила всех. Бежали орки, бежали лорхи, спасаясь от пыли и смертоносных столбов. Перед шаманом из пыли вынырнул всадник на боевом быке. Он воинственно размахивал мечом и радостно скалился. Шаман отпрянул и создал заклинание вызова. Перед всадником возник огненный человек он поднял руки и стал формировать огненный шар. Но всадник не отклоняясь и не сбавляя скорость, проскочил мимо и ударом меча разрубил существо на двое. Тот развалился и исчез. Следующий взмах меча обрушился на голову
Шыргун вел три десятка воинов, что сражались за Худжгарха в других мирах в первом ряду атакующих. Они были щитом и мечом всего наступавшего отряда. Облаченные в боевые доспехи сделанные их Кумиром и вооруженные его оружием, они не знали сомнений и жалости. Набрав скорость всадники выскочили из-за холма и устремились к беспечно живущему лагерю. Они не орали боевые кличи, а молча и грозно, сплотившись плечом к плечу, несли на своих клинках смерть врагам Хъуджгарха. На пол пути к лагерю, впереди них, стала подниматься стена земли и пыли. Шыргун выставил вперед руку и из нее сорвалось торнадо. Тоже самое сделали и остальные воины гвардейцы Худжгарха. Они выполнили команду – делай как я.
Десятки заклинаний разорвали начинающую формироваться стену, не дав ей укрепиться и закрутили разорванные куски в круговерть. Следуя указанному направлению подхватили мусор, заготовки для дров, животных попавшихся им на пути и набирая скорость, понеслись на выстроившихся в обороне орков.
Эта картина поразила даже Шыргуна видавшего многое во время службы у Худжгарха. Его сердце наполнилось азартом и восторгом. – Вот она сила их господина! Вот она его слава! – Он пришпорил быка и поскакал догоняя тучу из пыли. Он даже не стал рассматривать существо, возникшее перед ним. А просто зарубил его волшебным мечом. А следом и какого-то орка стоявшего с разинутым ртом.
Еще через час на месте обоза оседлых пылали повозки, валялся кругом вырезанный скот. А степь устилали тела убегавших, но не спасшихся орков. И над всей этой гарью, и травой пропитанной кровью детей степи витал скорбный Дух Мщения.
Грыз обходил побоище и скорбя от увиденного, поднял руки к небу и закричал.
– Страшитесь неразумные дети, гнева Отца вашего. – Его крик улетел высоко и вернулся через десять лиг к лагерю оседлых. Упал с неба на орков и придавил их словно непосильный груз.
– Страшитесь неразумные дети, гнева Отца вашего! – Разнеслось по степи. Умолкли птицы, замер ветер, шевелящий траву. Замолчали лорхи. И над лагерем установилась непривычная тишина.
Где то в открытом космосе
Капитан пошевелился. Открыл глаза и увидел перед собой пол с ковровым покрытием.
– Я у себя в каюте и на полу. – пришла к нему первая мысль. Он повел глазами и увидел Лиранду Монади, сидящую на стуле. Девушка молча смотрела на него. Ее руки были сложены на коленях.
– А она-то, что тут делает? – подумал он. Попытался встать, но резкая боль в голове и неожиданное головокружение не позволили ему подняться.
– Монади! – Еле слышно позвал девушку капитан, – помогите мне подняться.
Лиранда живо вскочила и подхватив капитана под руку, положила ее себе на плечи, напряглась и помогла ему встать, они сделали пару шагов и она осторожно опустила капитана в кресло.
– УФ-ф. – проговорил он. – Так-то гораздо лучше. Листер, что со мной произошло? – морщась и ощупывая шишку на голове, спросил капитан.