Пастырь мертвецов

Вильгоцкий Антон Викторович

Чмокнув его в щеку, Алиса встала и взяла с лавки свой розовый рюкзачок. «Надо будет новый купить, черный, с перевернутым крестом, – подумала она при этом. – И вообще гардероб сменить – я же, все-таки, теперь гот, а не эмо».

– Ну что, ребятки, вы готовы? – дед Платон, на удивление легко для своего возраста, поднялся со скамейки. Впрочем, для Гарика, который был уже в курсе истинной сущности этого человека, ничего удивительного в произошедшем не было.

– Да, – практически синхронно ответили панк и выглядящая как эмо «готесса».

– Тогда идем, – Платон

неторопливо пошел в сторону Ворошиловского. Неформалы двинулись за ним.

– Гарри, не задерживайтесь только, – крикнул им вслед Завулон. – У меня к тебе базар есть. Деловой.

– Да конечно, через час-полтора вернемся, – полуобернувшись, пообещал панк.

– В машине особенно не болтайте, – предупредил неформалов старик, когда рядом с троицей притормозила желтобокая «Нексия». – Ни к чему нам лишние свидетели.

– Да это и так понятно, – Гарик провел ребром ладони по горлу. – Могила.

В глазах Платона при этих словах сверкнул мрачноватый огонек. Но Гарик с Алисой его не заметили…

С поправкой на пробки и светофоры они прибыли на место через сорок минут – будь улицы посвободнее, добрались бы и за двадцать. Как оказалось, «настоящий некромант» проживал на улице Нансена, неподалеку от стадиона «Труд».

– Двести рублей, – буркнул хмурый небритый водитель в широченной кепке.

– Ты чего, мужик, какие двести? – возмутился Гарик. – Я сюда и за полтинник из центра доезжал.

– То ты на частнике за полтинник ехал, да?! – став вдруг очень эмоциональным, воскликнул шофер. – А я, все-таки, таксист, слушай, да?!

– Успокойся, – сидевший на переднем сидении дед Платон укоризненно посмотрел на панка. – Все равно не тебе платить.

Гарик, чутка перебравший дармового пива, пребывал сейчас не в самом адекватном состоянии, а потому был готов сорваться в демарш, посвященный прижимистости одного отдельно взятого таксиста и кавказской экспансии в России, как таковой. Вплоть до извлечения водилы из автомобиля с последующим рукоприкладством. Такое уже случалось. Но уважение, которым Гарик проникся к деду Платону после фокуса с пивом, помешало наци-панку позволить себе озвереть.

«Ничего, хач, я тебя запомнил. Как-нибудь еще пересечемся, земля-то круглая», – подумал Гарик, с нескрываемой неприязнью глядя на шофера. Дед Платон тем временем выудил из внутреннего кармана пиджака внушительных размеров портмоне и, достав оттуда купюру номиналом в пятьсот рублей, протянул ее кавказцу. Панк успел приметить, что таких лиловых бумажек в кошельке у старичка больше, чем зарабатывают в месяц оба его, Гарика, родителя. Что-то в этом факте шло вразрез с объективной действительностью. «Хм, а еще говорят, что пенсионеры в России плохо живут, – подумал панк. – А впрочем, он же колдун, ему, наверное, ничего не стоит прямо из воздуха деньги делать. Глядишь, и меня научит. Нет, ну надо же, с каким клеевым чуваком познакомился!».

– Идемте, ребятки, – молвил старик, выходя из машины.

Перед тем, как перейти дорогу вслед за колдуном, Гарик, не сдержавшись, плюнул на капот такси. Кавказец за рулем посмотрел на него полным ненависти

взглядом, но ничего не сделал и не сказал. В данной ситуации он отвечал не только за себя, но и за машину, с которой пьяный нацист мог сотворить и что-нибудь посерьезнее плевка.

Глава 9

Неожиданный удар

Очередной звонок (на этот раз – в дверь дома), хоть он и заставил Киреева проснуться, раздался очень своевременно. Ибо снился некроманту все тот же гадкий сон, что и минувшим утром в квартире Софии. Бой, где он из последних сил в одиночку отражал натиск легиона мертвецов, стоя на вершине холма… «Кто бы ты ни был, случайный путник, – подумал, улыбнувшись, Егор, – ты меня просто спас».

Но путник на пороге стоял не случайный, и явился он сюда, будучи ведомым вполне определенными намерениями. Был то Ян Грушницкий – Егоров однокашник по Академии и коллега по «трупогонскому» ремеслу. Судя по звону стекла в наплечной сумке, пришел он вовсе не для того, чтобы порубиться по домашней сети в трехмерные стрелялки.

«Опять пить, – подумалось Егору. – Ну сколько можно?».

– Здравствуй, брат, – молвил Егор, – хлопая Яна по спине. – Давно не виделись.

– Привет. А ведь и правда – очень давно. Весомый повод появился. Даже два…

– Заинтриговал, – усмехнулся Киреев. – Проходи.

Через несколько минут некроманты были уже на кухне. Ян, сидя за столом, доставал из сумки бутылки с пивом и водкой, а Егор извлекал из недр холодильника упаковки и банки с холодными закусками.

– Так что там за поводы у тебя? – поинтересовался Егор, расставляя на столе маринованные огурцы и кукурузу, тарелки с хлебом, копченым салом и ветчиной.

– Уманск ты зачищал? – вопросом на вопрос ответил Ян.

– Ага, – кивнул Егор, присовокупив к натюрморту на столе двухлитровую коробку томатного сока. – А ты как про то прознал?

– Слухом земля полнится, – тряхнул седыми прядями Грушницкий. – Ты наследил там, Егор. Нехорошо наследил…

– Пришлось, – вздохнул Киреев, присаживаясь за стол напротив Яна. – Гнилой там народец, вконец оборзевший.

– Это не только там, – пристально глядя на него, промолвил друг. – Но таких вещей лучше не делать. У Тьмы и без того хватает врагов. Если кто-нибудь из Светлых затеет расследование… – Ян многозначительно замолчал.

«А вот об этом я как раз и не подумал, – пронеслось в голове у Киреева. – Ну да ладно, всякие бывают в жизни передряги. Выкарабкаюсь, если что».

– Ничего, отбояримся, – махнул рукой хозяин дома. – С нами Тьма.

– Именно это в глазах врагов является нашим тягчайшим грехом, – невесело усмехнулся Ян. – Чем ты, кстати, того барыгу припечатал?

– «Поцелуем вампира», – ответил Егор. О существовании Олеси Ян не знал. Да и не должен был он об этом знать. Никто не должен был.

– Этим бы тоже нежелательно против хомячков пользоваться, – сказал Ян. – Большая вонь подняться может, ох, большая. Ну да ладно. Что сделано, то сделано. Не воротишь. Смотри, если вдруг прижмут – я всегда помогу.