Пассионарий
Шрифт:
Глава 3
Именно добыванием оружия и денег и был занят Терентий.
Но что-то нынче ему не особенно везло. При нападении голышом на римского гражданина, получил он палкой в лоб и теперь с синей шишкой на лбу и гладием в правой руке, в набедренной повязке стоял на арене амфитеатра. Зрители орали и неистовствовали. Служители амфитеатра шустро посыпали песочком свежие пятна крови. Сколько Терентий не учил в перерывах между миссиями, латынь ему давалась тяжело. Удавалось лишь понимать с пятого на десятое, а уж говорить и тем более писать он не умел.
Да и что тут понимать. Сейчас казнить его будут на потеху толпе. И палачу платить не
Деревянная дверь сбоку открылась и под рёв толпы на арену вышел гладиатор. Арбелас!
– взревела радостно толпа. Терентию стало кисло. Взглянув на гладиатора он подумал: "Сливайте воду, сушите вёсла!". На голове гладиатора был закрытый шлем с высоким гребнем, Чешуйчатый панцирь покрывал всё его тело до колен, а на ногах поножи. Правую руку защищала маника - это многослойный стеганый наруч из кожи или ткани (у данного экземпляра был наруч из кожи). В правой гладиатор держал гладиус. А вот левая рука и в кошмаре не присниться. От самого плеча рука была защищена трубчатым металлическим наручем, завершавшегося полукруглым лезвием. Таким только рваные раны наносить. С одной стороны римляне-прагматики. Не выпускать же против полуголого преступника тяжеловооруженного мирмиллона с солидным щитом. А так, шансов на победу никаких, зато противник может пошинковать тебя различными способами, хоть правой, хоть левой рукой. А вот нефиг было нападать на римского гражданина в наглую средь бела дня да ещё и голышом.
Арбелас повернулся к Терентию и не торопясь двинулся явно прицеливаясь ему чего-нибудь оттяпать. Ой, что-то под повязкой зачесалось. Не хватало ещё вошек подхватить. Опять ему не везёт. Ну вот Терентий созрел. А когда Терентия довести до стадии "созрел" становился Терентий очень опасным и главное здравомыслящим. Вот и тут, едва взглянув на босые ноги гладиатора, план атаки созрел мгновенно и почти так же мгновенно осуществился.
В левую руку Язвицкий взял горсть песку с арены, в правой зажал меч острием вниз и кинулся на арбеласа. Песок он кинул врагу в глаза, а сам кинулся ему в ноги, распластавшись всем телом в прыжке. Даже вслепую арбелас рубанул обеими руками перед собой, и лезвия прошли в миллиметрах от головы Терентия. Зато удар гладием пробил незащищённую ступню гладиатора насквозь и мало того, что почти перерубил её, а ещё и пригвоздил к арене врага. Хитрый "хроник" не стал испытывать судьбу и перекатившись от противника подальше встал и отошел на почтительное расстояние. Кровища из ноги хлестала знатно. Публика орала и свистела на трибунах. Поступил по-местным понятиям Терентий не по-спортивному. В результате и гладиатор был не повержен и сам казнимый оказался без оружия. Арбелас выдернул из ноги меч. Только подвижности это гладиатору не прибавило. Он двинулся на своего врага, оставляя кровавый след. Язвицкий не торопясь, прогуливался вокруг кровоточащего арбеласа. Наконец, гладиатор ослаб и остановился, он делал руками приглашающие жесты, но они не очень привлекали его ускользающую добычу. Публика откровенно требовала прекратить это позорище и швыряла с трибун чем попало. В затылок Терентию прилетел солидный огрызок яблока. Тут наш хронопутешественник вспомнил, что давно не ел и подобрав несколько достойных внимания продуктов сдул песок, пошёркал их о пузо да и принялся за трапезу. От арены к нему подбежал служащий с отменным таким бичём и попытался всыпать ему "горяченького".
Всыпать не получилось и Терентий обрёл вполне сносное оружие - бич. Пара профессиональных ударов и противник на песке, а его гладиус в руках Язвицкого. Скрутить обескровленного и полубезоружного - дело техники. Обычаи посещаемой эпохи в фирме "Вектор" вдалбливали на инструктажах жестоко. Арбелас был повержен и преступник, приставив к его шее гладиус, ждал решения зрителей. Зрители показали в основном палец вверх и гладиатору оставили жизнь. Теперь хоть и калекой, зато на арене не прикончат.
Зрители, однако, были недовольны, и вот под рёв толпы из-за открывшейся деревянной двери показался второй противник. Это был мирмиллон. Раз на башке шлем с изображением рыбы, значит к гадалке не ходи, он самый и есть. Его защитное вооружение было представлено шлемом, маникой на правой руке, короткой поножью на левой ноге и щитом-скутумом. Зато чешуйчатого панциря у этого гладиатора не было. Демонстрируя могучие мускулы он поднял руки в приветствии толпе и тут же рухнул на песок с торчащим
Опять открылась деревянная дверца и показался третий противник с сетью и трезубцем. Ретиарий. Из защитного вооружения на ногах обмотки до колена и на левой руке наруч - манника, поверх которого крепился на плечо щиток - галер, прикрывавший частично и шею. За широким поясом, был заткнул нож. Язвицкий сплюнул на песок остатки яблока, другой огрызок сунул в рот, и взяв щит убитого мирмиллона, и его гладиус в левую руку, а свой в правую, потопал к очередному противнику. Бич Терентий просто обмотал вокруг пояса. Ретиарий выверенным движением расстелил свою сеть на песок перед Терентием. "Ага, я встану, ы ты у меня её из под ног выдернешь!" - подумал Терентий. Потому "хроник" оба меча-гладиуса всадил в песок и таким образом припечатал сетку. Теперь он обоими руками держал щит и двигался на ретиария, боясь проморгать его удар трезубцем. У ретиария был шанс отступить, но только для этого надо было вытащить из-за пояса нож и отрезать веревки которыми сеть была привязана к левой руке. Поскольку враг надвигался, ретиарий швырнул в него трезубец и тут же выхватив нож принялся резать веревку. Терентий только этого и ждал. Отбив щитом трезубец в сторону, он отбросил ненужный щит и кинулся на ретиария. Две руки лучше, чем одна. Вскоре ретиарий был повержен, обезаружен, и прижат к земле. Зрители ревели уже одобрительно. На радостях и преступнику и ретиарию даровали жизнь. Программу минимум Язвицкий выполнил и теперь его ждал невольничий рынок. Так думал он, не зная, что уже полчаса как продан знатной, но немолодой матроне для интимных утех.
Глава 4
Постоянная соперница Терентия Павловича Язвицкого Светлана Сергеевна тем временем находилась в СПА-салоне и блаженствовала под руками массажиста, заодно ей делали педикюр. Кругом благоухали свечки с цветочными ароматами. После клоак Неаполя всё нутро Светланы нуждалось в отдохновении и забытии пережитых ощущений. Нужные для фирмы деньги "чуйка" добыла вполне законным способом, явилась в богатый дом к больному под видом странствующей знахарки и поставив диагноз, быстро излечила его. Деньги, полученные за свои услуги, она спрятала в условленном месте и вернувшись с задания, релаксировала.
В отличие от Терентия Светлана Белогорлова относилась к столичной богеме. Однажды ей предложили, новинку - Хронос и она попробовала. Из десяти погрузившихся вернулось в тот раз только семеро. И Светлана была в числе вернувшихся. Они все семеро хохотали и курили из одного кальяна. А рядом были уже закоченевшие трупы их троих товарищей.
Кто-то думал, что Хронос просто наркотик, позволяющий смотреть и главное ощущать дивные картины. Были и те, кто надеялся с помощью Хроноса попасть в иные миры. И те и другие потеряли очень много сторонников в вихрях времени. Время не прощает ошибок.
Сами по себе деньги Светлану Сергеевну мало интересовали, но она просто обожала их тратить, даже если траты были бессмысленны. Работа в "Векторе" давала ей необходимые средства в нужном количестве. Но главное из-за чего Белогорлова числилась в штате ООО "Вектор" были не деньги и не сама работа. В какой-то момент своего существования Светлана Сергеевна почувствовала себя одинокой. Её друзей, а позже, просто знакомых, время беспощадно поедало. Сначала ей восторгались, потом начали бояться, вскоре шарахались как от прокажённой. Она всегда возвращалась и могла уходить во время надолго.
Однажды она вернулась и оказалась в ООО "Вектор". Где Кашин нашёл её полумертвое тело и как переправил в Россию, осталось для Светланы загадкой, но с тех пор она стала работать в "Векторе" и находила это приятным, здесь к ней относились с не меньшим уважением, чем древние греки к небожителям. Юные разведчики даже приносили ей в жертву кофе или пирожное перед принятием Хроноса, искренне веря, что это даст им лишний шанс почувствовать опасность.
Иваном Петровичем Кашиным Светлана пренебрегала и всячески неуважала, до того момента как не нашла первого хронотрупа.