Парящий
Шрифт:
приблизилась к разгадке. Этот сон - или кошмар, или что-то еще, - лишь добавил сомнений в мой беспокойный разум, потому что шансы на то, что это правда, были малы. Одно я знала точно. Мы с Люком были знакомы. Его вопросы прошлой ночью подействовали на меня, как электрический разряд. Когда в последний раз ты видела своих родителей? Когда в последний раз общалась с кем-то кроме меня?
Я отправилась в круиз со своими родителями. Каждое утро мы виделись за завтраком, а вечером - за ужином. Оставшееся время они проводили в казино, а у меня начинались собственные приключения. Я все время общалась с людьми. Экскурсоводы, команда инструкторов,
родители, друзья моего отца...
Воспоминания и реальность сложно отличать, знаю. Но ты должна попытаться.
Что это значит? Это моя реальность. Я в ней живу. Как я могу верить в обратное?
Я скинула с себя одеяло и оделась. Мне было душно в этой комнате без окон. Даже не обуваясь, я направилась на верхнюю палубу и расположилась в шезлонге у края бассейна. Зажмурившись, я откинулась на спинку кресла и тяжело вздохнула. Разум был чист, я расслабилась, стараясь выхватить первое проявившееся воспоминание. Постаралась вспомнить, когда в последний раз виделась с родителями. Большую часть поездки мы не виделись, но были вещи, которые я помню. Например, когда мы встречались, мама говорила безумолку.
Отец, как и я, говорил, лишь когда его спрашивали. Настроение мамы зависело от того, каких успехов добился в этот момент папа. Если он проигрывал за покерным столом, то она ворчала и раздражалась. Но если он выигрывал... о, боже. Она смеялась, внезапно рассказывала о том, как прекрасна наша жизнь. Наш последний совместный завтрак был вчера, но воспоминания о нем были не четкими. Я не могу сказать, о чем мы говорили, или что я ела, но списывала все это на мысли о
Люке. Я думала о нем все последнее время.
Я первая сошла с корабля, когда мы пришвартовались, желая выяснить, где я должна встретить Люка. Он должен многое мне объяснить. Часами я ходила по городу в поисках какого-нибудь знака, который подсказал бы мне, куда отправиться, или натолкнул бы на какое-то воспоминание. Я так и не нашла его,
пока не вернулась на корабль после обеда и не заметила над горами объект, привлекший мое внимание.
Он парил.
Разве это не достаточный знак, чтобы запрыгнуть в туристический автобус, отправляющийся в аэропорт через две минуты. Я успела заскочить в него перед самым закрытием дверей. Я заняла свободное место и улыбнулась своему соседу, который в ответ сморщил нос и отвернулся к окошку.
Это было грубо.
Мурашки побежали у меня по спине, заставляя меня содрогнуться. Казалось, человек даже не видел меня, но чувствовал.
Я повернулась к мужчине и постаралась привлечь его внимание, помахав рукой у него перед глазами, но он продолжал смотреть на деревья, растущие край дороги. Водитель автобуса рассказывал что-то Глэйшер-Бэй, где были самые большие айсберги, из которых добывали ледниковую воду, востребованную в любой точке мира. Я коснулась плеча женщины, сидящей передо мной.
Ее плечо слегка дернулось, но она не развернулась.
– Привет, - прошептала я.
Ничего.
Паника наполнила мои легкие, а сердце учащенно забилось. Я встала в проходе и замолотила руками, отчаявшись хоть с кем-то поговорить. Я даже не хотела думать о том, что означает то, что меня никто не слышит и никто не видит. Нет.
–
– кричала я, не в состоянии совладать с собой. Эмоции переполняли меня.
Когда водитель туристического автобуса продолжил бормотать, не отреагировав на мои вопросы, я плюхнулась обратно на сиденье и опустила голову на руки. Как такое возможно? Лишь вчера я каталась на тарзанке с инструктором, спрыгивая с деревянной платформы. Инструкторы страховали меня, говорили, когда мне двигаться. Было ли это правдой?
Воспоминания сложно отличить от реальности...
Люк пытался сказать, что мое катание на тарзанке было лишь воспоминанием?
А мои родители? Они тоже лишь воспоминание?
Я снова постаралась вспомнить, когда в последний раз виделась с родителями, и не смогла. Не вспомнила даже, ела ли я завтрак. Словно все мои мысли занимал Люк. Он тоже был моим воспоминанием?
Это не мои воспоминания. Они твои. Тебе нужно вспомнить.
Когда автобус остановился в аэропорту, я вылетела из дверей так быстро, как только смогла, отчаянно пытаясь найти Люка. Я бежала к глайдерам, расположенным на другом конце взлетного поля. Там. Я узнала его глайдер. Не знаю, как, но у меня не возникало сомнений, что это именно он. Яркие белые
инициалы Л.И. были нанесены на голубом ребре аппарата.
Когда я приблизилась к планеру, изображение передо мной стало меняться. Вместо блестящей белой поверхности появилась ржавая груда, вместо нового глайдера - старый, вместо целого... половина. В этот миг я осознала, что глаза больше меня не обманывают. Опустившись на колени, я стала вспоминать все, кусочек за кусочком.
Глава седьмая
Была зима 1953 года, когда мы с семьей отправились в круиз на теплоходе "Аляска". Оставалось меньше года до того, как теплоходная компания разорится. Мне было восемнадцать. Приходилось скрывать истинное положение вещей в семье за улыбкой и дружелюбием, а одевать лишь то, что одобрит мама. Отец был самым низким представителем торговой сферы. Аферистом, который продавал поддельные страховки всем тем, кто поддавался его чарам. Я усердно училась в школе и работала на полставки, желая как можно скорее стать независимой. Все, что я делала, было ради того, чтобы покинуть родных и начать жить заново. Все, о чем я мечтала, чувствовать себя в безопасности. Но родители не могли дать мне этого.
К тому времени теплоходный бизнес нес убытки из-за высоких цен на топливо. Правительство вложило денежные средства в организацию авиаперелетов по маршруту до Аляски. На борту теплохода было не так много развлечений, так что я находила любую возможность занять себя.
С Люком мы встретились в первую же ночь, как вышли в море. Он был самым красивым парнем, которого я встречала. И самым опасным. Со своей кожаной мотоциклетной курткой и бородкой в стиле Марлона Брандо. Я знала, что пропала, когда наши взгляды встретились. Мы общались на любые темы, и он изменил мой взгляд на мир. А я изменила его видение некоторых вещей. Мы проводили вместе день и ночь - до тех пор, пока не приходило время возвращаться в каюты. Мы вместе отправились на экскурсию к водопаду и ледникам. Он держал меня за руку во время всех пугающих подъемов, и когда мы двигались по навесной переправе, то были в одной связке. Его руки обнимали меня, даря чувство безопасности. Это было самой пугающей вещью, которую я совершала. И в тоже время, я никогда не чувствовала себя в большей безопасности.