Парвус. Часть 2
Шрифт:
Холодный взгляд блондина бороздил по Медее, пока ту привязывали. Когда охранники были уже в двери, Лой приказал принести алкоголь. Девушка вжалась в спинку кровати. Плохое предчувствие подступило к горлу.
В молчании блондин дождался трех бутылок. Заперев дверь за всеми, Лой приблизился. С ничего не выражающим лицом он откупорил бутылку и сделал несколько глотков с горла.
Когда парень присел на кровать, Медея уже отворачивалась.
— Давай, вредина, мне нужна компания, — произнес он, приставляя к ее лицу выпивку. — У меня был плохой день. Не нужно меня злить.
— Напившись, я не сообщу тебе ничего
— Говоришь убедительно, и я бы тебе поверил, но ты уже уничтожила одну мою ферму, — процедил он, поворачивая ее лицо обратно.
Медея смотрела на Лоя прямо. Говорить было сложно из-за того, что тот сильно сжимал ей щеки, удерживая на месте.
— Меня тогда твои люди пытались продать. Мне не оставалось ничего другого, как сбежать.
— И как же ты сбежала? — поинтересовался он, щурясь. — Не при помощи ли Фейта? Это было в его интересах. Мы с ним постоянно колонки делили, а тут такое удачное совпадение. Пока я занимался восстановлением ферм, он вернул себе большую часть колонок.
— Зачем отцу колонки? — вырвался из Медеи недоуменный вопрос.
Лой усмехнулся. Он склонил голову набок, сверля пленницу долгим взглядом. Блондин сделал два глотка и поднес бутылку к девушке. В нос той ударил запах алкоголя. Она умоляюще покачала головой. Лою было все равно на ее потуги. Алкоголь вливался в Медею. Она сопротивлялась. Большая часть содержимого бутылки пролилась мимо, а меньшая достигла цели.
— Так-то лучше, — сообщил деловито парень. — Не люблю пить один.
Красные глаза излучали ненависть. Лой оперся на спинку кровати и протянул:
— Допустим, я тебе поверю. Утверждаешь, что ничего про отца не знаешь?
Медея осматривала синяки на парне. Тот положил голову на ее руку.
— Не знаю, — подтвердила она. — Знаю только то, что все считают, Фейт жив.
Лой между каждой фразой отпивал из горла.
— Утверждаешь, что отец тебя бросил?
— Наверное. — Девушка не знала, зачем Фейт это сделал, но сомневалась, что ради ее счастливого будущего.
— Всегда знал, что мы похожи. Отцы у нас сложные. — После этих слов Лой вновь начал поить Медею. Выполнив задуманное, он вернулся в прежнее положение и произнес: — Представляешь, Велиор до сих пор не объявил, что я преступник. Хотя уже больше двух недель прошло.
Медея вздрогнула. Она не ожидала, что пробыла в заточении настолько долго. «Минимум неделя. Может, чуть дольше», — пролетело беспокойно в голове. Лоя развеселила реакция Медеи.
— Говорил же, что тебя никто не ищет, — сообщил он ехидно. — Меня преступником отец не объявил, а тебя объявил. Забавно, да?
Медея уставилась на говорившего. В глазах Лоя бегали задорные огоньки.
— Ты врешь, — процедила девушка.
— С тобой я всегда честен, — парировал он мгновенно.
Пока блондин пил, Медея не сводила с него глаз. Уверенность, сочившаяся в его словах, раздражала. Лой влил в девушку остаток алкоголя. Стекло парень предусмотрительно поставил к выходу. Там он открыл новую бутылку и направился к комоду. Парень достал оттуда браслет и вернулся на кровать.
Медея не знала, куда деться. Происходящее ее пугало. Голодный организм всасывал алкоголь в кровь с поразительной скоростью. Лой повесил украшение
— Знал, что однажды ты его примешь, — выдал он весело, отпивая из горла.
— Не приму, — едва слышно прошипела Медея, вжимаясь в спинку кровати.
— Твои сопротивления бесполезны, — сообщил Лой, приближаясь. Прямо в ее лицо он произнес: — Ничего больше не осталось. Только ты.
Медея смотрела на него прямо. В надежде, что ужас в ее глазах не настолько очевиден, она быстро заговорила, пытаясь оттянуть неизбежное:
— Ты же Крысий король, что значит ничего? Подумаешь, колонки с Фейтом делишь. Разберешься, как делал это раньше.
Блондин, не отстраняясь, произнес игриво:
— Комплименты в ход пошли? Ты настолько в отчаянии?
— А ты не в отчаянии, если пытаешься воспользоваться девушкой, которую сам же связал и напоил? — воскликнула Медея, теряя самообладание. — Еще и сам напиваешься, чтобы не чувствовать себя при этом последней мразью.
Блондин сверкнул глазами. Он немного подался назад и сделал сразу несколько глотков. Парень вытер рот рукой и широко улыбнулся.
— Хочешь поговорить о моих чувствах?! Отец в двенадцать сообщил мне, что я запасной вариант. Старшего брата я встретил в трущобах. Тот не был со мной таким добрым, как я с тобой, — прошипел блондин Медее в лицо. — Однако он сказал мне важную вещь. Что мир жестокий, но несмотря на это, мне всегда есть куда пойти. Где меня будут ждать. И когда дорогой мне человек, будучи в неясном зависимом бреду, послал меня, брат меня принял. Ирвин дал мне место. Четкое и понятное. Но потом пришел Эйкен. Забрал брата и разрушил только установившуюся стабильность в моей жизни. А потом вернулся на работу как ни в чем не бывало. Даже не извинился. А мне, при всем при этом, еще нужно было ему в лицо улыбаться. — Лой подскочил прямо на кровати. — А теперь Пес забрал последнее! Оставшиеся фермы! Я столько работал над тем, чтобы там все нормально функционировало! Банда не потянет их потерю, к моменту их восстановления Фейт уже обоснуется на Парвусе. Он вытеснит меня. Ничего не останется от банды Грязного!
Медея прикрыла глаза от напряжения. Она понимала, рано или поздно Лой вспомнит, что она спала с Эйкеном. И с ужасом ждала этого момента. Блондин, стоя на кровати, осушил половину бутылки. Он вдруг замер, уставившись на алкоголь. Из его груди вырвался нервный смешок. Лой покачал головой, словно не веря внезапно посетившей его мысли, а затем комната наполнилась звонким смехом.
Девушка сжалась. Связанные ноги невольно подтянулись выше, стараясь отгородить Медею от блондина. Ледяной взгляд упал на нее.
— Ничего не осталось, — произнес блондин себе под нос.
Девушка брыкалась из последних сил, но ноги ее оказались под Лоем. Парень умудрился не выронить бутылку, пока ловил связанные конечности пленницы. В Медею беспощадно вливался алкоголь. Она могла либо покорно пить его, либо захлебываться. Умереть до того, как Лой начет приставать, Медее не казалось ужасной идеей. Жидкость затекла ей в глаза и стекала во все стороны по задранному к потолку лицу.
Когда Лой убрал руки, девушка кашляла и задыхалась. Бутылку он швырнул в стену. Та разбилась. Осколки звонко приземлились на каменный пол. Лой приблизился к Медее. Пару секунд ничего не происходило, словно он не мог решиться пойти дальше.