Паровой каток
Шрифт:
– Бабочка... Он всегда носит бабочку. В горошек.
Да Сильва направился к дверям. Крамер, перескочив через стол, швырнул его назад.
Вы что, озверели? Здесь человек умирает!
Крамер не сдержал своей ярости и врезал ему. Забыв обо всем, врезал ещё раз. Потом рявкнул:
– Телефон!
Оторвавшись от созерцания посиневшего Фергюссона с вывалившимся языком, кто-то, кажется Форд, показал на столик секретаря. Крамер нашел аппарат, спрятанный в тумбе.
– Центральная? Вызовите "скорую помощь", тяжелый сердечный
– на минутку прикрыл трубку рукой.
– Я хочу, чтобы все ушли до того, как появится Джексон. Куда вы перейдете?
– Ферджи нельзя трогать!
– запротестовал Да Сильва, который оказался крепче других.
– Кроме того, он слишком тяжелый.
Я видел на пленках вас в действии, толстячок, силы у вас хоть отбавляй. Так куда?
Треншоу встал.
– Думаю, в мужскую раздевалку за сценой. Там служебный лифт.
– Алло, станция? Сердечный приступ в мужской раздевалке за сценой. Да. Полиция. Да, что еще? Это срочно? В самом деле? Да, тоща переключите на этот номер.
Да Сильва и Форд уже несли, стараясь держать по-ровнее, Фергюссона.
– Возьмите его за ноги, - сказал Форд Треншоу.
– Я вначале открою вам двери.
– Не эти, Треншоу, боковые в коридор. И оставайтесь здесь, пока не приедет "скорая".
– Что потом?
Да шевелитесь вы!
Его уже соединили.
* * *
Содержание разговоров, тянувшихся по всем двадцати восьми линиям, соединявшим Треккерсбургскую ратушу с телефонной станцией, не стоило того, чтобы отложить журнал для женщин и прислушаться. Все эти бесконечные препирательства о водопроводе и канализации могли быть гораздо короче, если б не большое количество вводных слов. Но одна из бесед оказалась настолько интересна, что запасные наушники натянула даже Мевис, жена сторожа, обеспечивавшая ночную смену крепким горячим чаем.
– Крамер слушает.
– Это вы, лейтенант?
– Поживее, Ван Ниекерк.
– Как это вы меня так сразу узнали? Как там на приеме?
– Говорю вам, живее!
– Минутку, лейтенант, вам кое-что хотел передать полковник...
– Заткнитесь и переходите к делу - мне сказали, что-то срочное?
– В самом деле? Ну, не такое уж и срочное. Надеюсь, вас не оторвали ни от чего важного?
– Сержант, даю вам десять секунд передать, наконец, в чем дело, или я приду и как следует вас вздую. Говорите!
– Слушаюсь, лейтенант. Все дело в том, что ваш кули морочит всем голову.
– Какой кули?
– Приятель Зонди - Муса.
– Ну и что?
– Он трижды звонил и нес всякую ерунду о каких-то краденых сорочках и о Ленни.
– Откуда?
– Откуда звонил или откуда сорочки, лейтенант?
– Осталось две секунды...
– Но должен же я рассказать по порядку... Во всяком случае, я послал Зонди разобраться. Мне это уже осточертело.
– Сержант, я правильно понял? Вы получили сведения о Ленни и послали туда Зонди? Одного?
– Но
– Зонди с ним говорил?
– Вы поручили мне заниматься только звонками, лейтенант.
От следующих семи слов Крамера был разлит чай и сорваны несколько пар наушников. Но те, что дослушали, тут же опомнились.
– Да, сержант Ниекерк, именно это я и имел в виду. И проделаю это я сам-.
– Но за что?
– За то, что вы не только угробили все дело, но и отправили на...
– Да-да? Брошена трубка.
– Лейтенант?
Какая жалость, что из-за деланного стыда кое-кто все это пропустил...
* * *
Крамер медленно подошел к дверям в большой зал. Ничего не было слышно. Видимо, двери специально были сделаны так, чтобы городские тайны не вышли наружу... Шагнув направо, он решительно направился к выходу в коридор: к черту Джексона. И тут же развернулся на пятке: к черту Зонди.
Когда Крамер вышел в бальный зал, закрывая за собой дверь, он понял, как тяжела жизнь супруг городской знати. И, видимо, они так привыкли оставаться без мужей, что, не дожидаясь разъяснений, погружались в бесконечные жалобы на прислугу.
Но тут щебечущий кружок расступился и взялся за Крамера.
– Что это вы там делаете?
– упрекнула его миссис Треншоу.
– Уж не заманили вы туда красотку Филис ван Ренен?
– Пока, к сожалению, нет, мадам. Хорошо, что они рассмеялись. Это, как говорится, позволило ему нащупать почву под ногами.
– Боюсь, произошло что-то важное, - сказал Крамер.
– Ни один из ваших храбрецов не отважился, поэтому послали меня: как вы считаете, сможете сами добраться домой? Конечно, можете взять машины.
– Ну это же надо!
– взвизгнула бесцветная мегера, сжимавшая пальцы с длинным маникюром, словно пытаясь удушить свою горжетку из чернобурой лисы. Ее соратницы испытывали те же чувства.
Крамер им обаятельно улыбнулся, провожая к выходу - у него оставалось не больше минуты.
Тут миссис Треншоу оглянулась.
– Ох, передайте, пожалуйста, мужу, только что его ждал один мужчина. Мы ему сказали, где вы, но он только заглянул в замочную скважину и сказал, что это, похоже, надолго, а он не может ждать.
– Что за мужчина?
– Крамер шагнул вперед.
– Простите? О, он не назвался. Сказал, это неважно.
– Я все время говорю, что "бабочка" некоторым мужчинам идет, решительно заявила все та же мегера, рассчитывая оставить за собой последнее слово.
И тут у неё и всех остальных перехватило дыхание, потому что они никогда ещё не видели такой прыти.
* * *
Ван Ниекерк был прав, ночлежка Армии Спасения была наименее правдоподобным местом, где мог укрыться Ленни. Если Муса так утверждал, похоже было, что он ошибся. Но по дороге Крамер вдруг сообразил, что какая-то логика в этом есть. Такая же, как и в других поступках Джексона.