Шрифт:
Пролог
– Я могу соблазнить любую девушку!
– сделав глоток бренди, самоуверенно заявил Брендон, смотря на своего друга Говарда Солсбери, шестого герцога Миллигана, который расположился за столом в кабинете с бокалом горячительного.
Еще два часа назад Брендон трясся в коляске вместе сестрой, а сейчас, наконец, мог расслабиться и поведать другу о своих успехах на любовном фронте.
Особую гордость у двадцатитрехлетнего молодого человека вызывало последнее приключение в лице ослепительной красотки Джипси,
Ох, сколько же за ней увивалось богатых и влиятельных поклонников, но выбрала она Брендона Нельсона - не самого состоятельного, но весьма привлекательного мужчину. Его уверенность в себе не знала границ, и он вовсю демонстрировал другу, что теперь все женщины в его власти.
Говард же смотрел на Брендона как на только что оперившегося цыпленка и кривил рот в снисходительной улыбке. Разница в семь лет позволяла Говарду не только давать Брендону советы и выступать в роли наставника, но и испытывать того на прочность. Вот и сейчас он хотел того же. Не мешало немного сбить с Брендона спесь, а заодно и развлечься, ведь для этого он и пригласил в свое поместье кучу гостей.
– Тогда предлагаю пари. Я выберу какую-нибудь девушку, за которой мы с тобой приударим, и тот, кто первый ее соблазнит, получит приз.
– Это будет одна из твоих служанок?
– сделал Брендон логичное предположение.
Горвард отпил бренди, приподнял бокал и, поворачивая его вокруг своей оси, принялся ловить янтарным напитком лучи весеннего солнца, проникающие в комнату. Лицо его выражало смесь из надменности, высокомерия и пренебрежения.
– Все они и так уже соблазнены мной. Нет, мы выберем благородную даму.
– Но тогда мы рискуем быть втянутыми в скандал, или ещё хуже - оказаться под венцом!
– Не волнуйся, мы остановимся на той, у кого нет ни богатства, ни связей. Для которой внимание сразу двух джентльменов будет верхом счастья. Сегодня вечером я выберу девушку и назову ее имя.
– А что я получу, если обойду тебя?
– все таки заинтересовался Брендон предложением друга, и даже подался вперед, желая поскорее узнать предмет спора.
– Моего коня.
– Что?! Ты отдашь мне Зевса если я выиграю?!
– не мог поверить молодой человек своему счастью.
Говард поднес бокал к губам и, прежде чем отпить, утвердительно хмыкнул, искоса наблюдая за молодым человеком.
– Я не верю!
– воскликнул тот, а потом откинулся на спинку стула и вытянул шею, словно ему перестало хватать воздуха.
– Это же лучший конь во всей Англии! Да он же мечта любого наездника! Тогда готовься, - поднял он руку и высунул указательный палец, - отсюда я уеду только верхом на твоем жеребце!
– Ну а если выиграю я, - ровным тоном продолжил Говард, - то ты позволишь мне немного поухаживать за твоей сестрой.
– Что?!
– Не волнуйся, я не собираюсь влюблять ее в себя. Немного танцев, комплиментов и, если она позволит, один единственный поцелуй.
– Один поцелуй?!
– Не думаешь же ты, что она еще ни с кем не
– Прекрати! Ты говоришь о моей сестре!
– начал кипятиться Брендон.
– Она благочестивая скромная девушка! Я не соглашусь на твое условие!
– Я же сказал - если она позволит. А раз, по твоим словам, она так благочестива, то и волноваться не о чем. Я поцелую ее только с ее разрешения. На такое условие ты согласен?
Брендон довольно долго раздумывал, но соблазн в виде племенного жеребца все же перевесил чашу весов и он, поднявшись с кресла, протянул Говарду ладонь.
– Хорошо. За то теперь у меня появился еще больший стимул не допустить твоей победы. Совсем скоро я стану обладателем не только какой-нибудь ослепительной красотки, но и великолепного коня.
– Желаю успеха, - встал Говард следом за ним и скрепил уговор крепким рукопожатием.
– Ты умеешь заключать выгодное пари.
***
Стоя в стороне, герцог Солсбери и виконт Нельсон рассматривали незамужних дев, коих оказалось не менее трех десятка. Все они прибыли по приглашению хозяина дома, который раз в год устраивал у себя разного рода развлечения.
Многие родители из кожи вон лезли, чтобы их дочери оказались в числе приглашенных. Они даже готовы были по нескольку недель жить в ближайших гостиницах, лишь бы каждый день бывать в поместье и пользоваться благосклонностью герцога.
В свои тридцать лет он до сих пор был не женат и слыл самым завидным женихом округи. На его скверный нрав и отвратительный характер многие предпочитали закрывать глаза, так как огромное состояние, большая власть и притягательная внешность сглаживали любые его недостатки.
Говард же бессовестно пользовался своим положением и нисколько не старался скрыть пренебрежение к пресмыкающимся перед ним людишкам. Циник, лишенный всяких теплых чувств - вот кем он себя считал. И меняться не собирался.
Женитьба волновала его меньше всего. Зачем связывать себя обязательствами перед одной дамой, когда можно иметь их сколько угодно. А ребенок? Пусть после кончины шестого герцога Миллигана его наследство разорвут по частям многочисленные дальние родственнички. Грызня будет знатная, а он и после смерти заставит еще долго говорить о себе. Последние слова отца перед тем как испустить дух о святой обязанности единственного сына сохранить наследство и передать его своим детям, он воспринял как волю, которую никогда не исполнит. Власть старшего Солсбери закончилась, и никогда больше Говард не сделает так, как хотел его отец.
– Может мисс Клэптон?
– в который раз озвучил Брендон имя хорошенькой особы и поднял глаза на друга, с надеждой смотря в его непроницаемое лицо.
Говард отрицательно качнул головой.
И тут в зал вошли две девушки, держа друг друга под ручку. Одна сразу обращала на себя внимание своей утонченной красотой и легкой походкой, а вот вторая лишь отталкивала взор, имея два весомых недостатка: некрасивое лицо и хромоту. Хромота хоть и была небольшой, но лишала девушку грации и изящества.