Парень на уикенд
Шрифт:
— Какое мерзкое зрелище. Сын, я всегда думала, что у тебя есть вкус на женщин.
— А мне казалось, что тебе не чуждо понятие приличий. Я просил тебя не появляться здесь без приглашения.
— И я тоже обозначила свое нежелание видеть вас в своем доме, — спокойно добавляет девушка.
— Этот дом не твой, дорогуша, — едкий комментарий матери, наверное, должен был поставить на место Кейт, но девушка только хмыкает и спускается, встав на одну ступеньку со мной.
— Мистер Коуп, простите, я пыталась ей объяснить, но… — если наш внешний вид
— Все в порядке. Можете накрывать на стол, мы с Кейт скоро придем завтракать. Вот только проводим нашу незваную гостью до машины. — Провожаю взглядом удалившуюся в сторону кухни женщину и обращаюсь к матери. — И да, мама, ты не права. Этот дом принадлежит Кейт. Вернее, он оформлен на моего сына, но Кейт по праву опекуна имеет право распоряжаться здесь абсолютно всем.
— Твоего сына!
— Ты купил этот дом?
Два удивленных возгласа невольно заставляют меня улыбнуться. Поворачиваюсь к Кейт и киваю:
— Да, с первого дня этот дом — собственность Харви. Я же обещал заботиться о нем.
— Да ты слышишь себя вообще? — мамин визг больно бьет по ушам, я даже приседаю от неожиданности. Никогда не замечал за ней столь впечатляющих вокальных данных. — Какой сын? Эта мерзавка обвела тебя вокруг пальца, а ты и рад этому!
— Прекрати орать, — холодно обрываю этот пассаж, все еще надеясь на благоразумие женщины, которая меня родила.
— Элен рыдает и собирает вещи! Ты бросил ее ради дешевой девки, с которой когда-то переспал на пьяную голову! А теперь она вертит тобой и манипулирует, заставляя воспитывать чужого ребенка!
Мама поднимается к нам и чуть ли не швыряет мне в лицо бумажки, которые до этого держала в руках.
— Полюбуйся!
Спокойно разворачиваю лист и пробегаю глазами по тексту. В самом низу — выделенное жирным заключение, которое заставляет меня вздрогнуть: «Вероятность отцовства составляет 0,1 процента».
Чувствую, как по позвоночнику словно острые иглы прошлись. В висках начинает стучать, а перед глазами застыла эта цифра. 0,1. Харви не мой сын.
Сразу огромное количество вопросов вспыхивают внутри, обжигая своим ядом. Кейт меня обманула? Или не знала? Или не знала изначально, а потом продолжала лгать?
Нет, она на такое не способна. Скорее всего, и для нее эта новость станет потрясением.
Девушка протягивает руку, чтобы взять лист, но я не двигаюсь, глядя на ее спокойное лицо. И внезапно понимаю — мне плевать. Даже если Кейт ошиблась в моем отцовстве и я несколько месяцев любил не своего сына… Я просто не могу отключить свою привязанность к нему, и плевать на набор ДНК.
Потому что я люблю не только его, но и Кейт. Пусть чувства только зарождаются, но они уже достаточно крепки для того, чтобы понять — ребенок любимой женщины не может быть чужим.
Я отдаю Кейт результаты теста и не отвожу взгляд от ее лица, пока она читает текст. Но последовавшая через несколько секунд реакция удивляет и меня, и мою мать.
— И тебе хватает наглости так себя вести? — практически шипит мама, пытаясь дотянуться до девушки с попыткой вцепиться в ей волосы, не иначе. Я осторожно пресекаю ее жест и закрываю Кейт собой.
— Даже если эта бумажка не лжет, мне плевать.
Мама ошарашенно округляет глаза, хватаясь за сердце:
— Ты сошел с ума, не иначе. Даниэль, одумайся, тобой пользуются! Я не позволю этой проходимке и дальше манипулировать своим сыном!
— Я достаточно умен, чтобы понимать, кто и как мной пользуется. Кейт к таким людям я отнести не могу. А теперь покинь дом и больше никогда сюда не заявляйся! Это нелепое похищение детской пустышки — отвратительный и мерзкий поступок. Если ты хочешь и дальше общаться хотя бы со мной, то прекрати лезть туда, куда не просят!
— Боже, Дэн, — слышу я затихающий смех Кейт. Она встает, вытирая тыльной стороной ладони пару слезинок. — Поздравляю, твоя мама заплатила несколько тысяч долларов, чтобы выяснить, что Эмили — не твоя дочь.
Я хмурюсь, мама бледнеет, а Кейт продолжает улыбаться, наблюдая за нашей реакцией. Быстро пожимает плечами и поясняет:
— Эми пыталась понять, почему Харви отказывается от дорогой и по всем параметрам качественной соски, ну и… протестировала ее.
И снова заливистый хохот, после которого Кейт неторопливо поднимается наверх. Я пытаюсь переварить новую информацию, а мама подхватывает с пола листок и с отвращением кивает в ту сторону, куда ушла девушка.
— И ты поверишь в эту нелепую чушь? Когда ты утратил способность мыслить разумно? Еще не поздно выгнать эту девку на улицу и попросить прощения у Элен, бедняжка места себе не находит!
— Мы с Элен расстались окончательно. И я снова прошу тебя перестать лезть в мою личную жизнь. Мама, мне очень сложно сейчас сдерживаться и не грубить тебе, поэтому выполни мою просьбу и уезжай.
— Ты в точности как твой отец.
Эта фраза звучит как оскорбление и настоящее проклятье, но я нахожу в себе силы не вестись на провокацию и не усугублять конфликт. Просто беру ее за руку и заставляю спуститься вниз, подталкивая к входной двери.
— Возьмите, — доносится сзади. Кейт подходит к нам и протягивает соску в пакетике. — Клянусь, ее не облизывал никто кроме Харви. Вы ведь не успокоитесь, пока не убедитесь в том, что он ваш внук.
Мама сжимает губы, но пакет забирает, а затем с высоко поднятой головой выходит на улицу. Я закрываю за ней дверь и облегченно выдыхаю. Смотрю на улыбающуюся Кейт:
— Зачем?
— Потому что мне надело дергаться каждый раз, когда она обвиняет меня в обмане. Пусть уже получит доказательства и катится к черту. — Охает, прикрывая ладошкой рот, и виновато смотрит в пол. — Прости, нельзя так говорить, она же твоя мать.
— Все в порядке. Вся эта ситуация действительно отвратительна и ты имеешь право на выражения и похуже.