Парцифаль
Шрифт:
Его безмерно поражает
Неутолимой скорби вид.
Здесь все о смерти говорит.
Дороги вздыблены, разрыты,
Гербы на зданиях разбиты,
И раненых протяжный стон
Доносится со всех сторон:
Их с поля битвы ввозят в город, -
И мы их видим пред собой:
Один лежит мечом распорот,
Копьем насквозь пронзен другой...
О, сколь судьба неумолима!
Сколь осажденный город нищ!..
Хромых коней проводят мимо
Давно неприбранных жилищ,
Где, корчась на своей постели,
Хозяин
Какой ему поможет врач?..
Стенанья, вопли, женский плач...
Такою с самого начала
Сия страна пред ним предстала...
Он принят был персоной важной.
Бургграф 12 – рубака преотважный,
Родного города оплот,
Охранник городских ворот -
Его с любовью ввел в свой дом,
Попотчевал вином
И ласково приветил...
Здесь много раненых он встретил.
12
Бургграф – комендант крепости, замка в средневековой Германии.
И в самом деле: не один
Высокородный паладин
Носил на перевязи руку,
Бинт окровавленный на лбу,
Познав военную судьбу,
А также бранную науку...
И, гостя юного обняв,
Расцеловал его бургграф:
"Наш избавитель долгожданный!
Ты в этом доме гость желанный!
Моею вотчиною всей
Распоряжайся и владей!"
Он в раззолоченную залу
Повел его к жене своей:
«Се – отпрыск славных королей!»
Она его поцеловала.
И к королеве во дворец
Бургграф отправился с докладом:
"К нам прибыл доблестный боец!
Спеши к нему! Спасенье рядом!
В наш край явился Гамурет,
Защитник нашего народа!.."
"Скажи, он княжеского рода?
–
Она промолвила в ответ.
–
Должна я точно это знать:
Могу ль его поцеловать?"
"О королева, этот воин
Самим Баруком удостоен
Высоких званий и наград!
Могу побиться об заклад,
О нем прослышал я впервые.
В сраженье при Александрии.
Мне говорили: это – он,
Кем урезонен Вавилон!
К тому же славный рыцарь сей -
Дитя анжуйских королей,
Но держит это под секретом.
Иди! Встречай его приветом
От имени родной земли,
Чтоб с ним вовек не разлучиться.
И всем придворным повели
Как подобает облачиться..."
И маршал 13 , прискакав домой,
Промолвил юному герою:
"Пред королевою самой
13
Маршал. – В данном случае это не военачальник, а придворный, ведавший приемами, распорядком и вообще всеми внутренними делами двора.
Сейчас предстанем мы
Тот словно солнышко зарделся,
Весьма богато разоделся.
Червонным золотом горя,
На нем сверкали якоря -
Герб достославного Барука,
Нетленной верности порука.
Затем, доспехами звеня,
Он сел на гордого коня,
Который, как другие кони,
Ему достался в Вавилоне.
Затем садятся на коней
Бургграф со свитою своей
И ко дворцу стрелою мчатся,
Чтоб с королевой повстречаться...
Меж тем владычица их ждет,
Навстречу рыцарю идет
В сопровождении пажей,
И государственных мужей,
И величавых дам придворных,
Очаровательных, но черных...
...И королеву в знак приязни
Герой целует без боязни.
Она, ступивши чуть вперед,
Героя за руку берет
Своей нежнейшею рукою,
Ведет его в свои покои,
Где в окна мягкий льется свет.
И вот на бархате дивана
Сидят отважный Гамурет
И королева Белакана.
Он знал высоких жен немало,
И та, сидевшая пред ним,
Всем королевам остальным
Нисколечко не уступала:
Ни горделивою осанкой,
Ни речью властной, ни умом.
И лишь черна была лицом
Та, что владела Зазаманкой.
Но ярче звезд на небосклоне
Сиял рубин в ее короне.
. . . . . . . .
И дама рыцарю сказала:
"О вас мы слышали немало,
О вашей славе неспроста
Молва идет из уст в уста.
Вы слабым женщинам опора.
И, полагаю, без укора
Вы мой воспримете рассказ
О том, что столь печалит нас".
И Гамурет сказал: "Поверьте,
Я предан вам до самой смерти,
И я на поединок выйду
С любым, кто вам нанес обиду,
Посмев нарушить ваш покой.
Но кто же, кто же он такой,
Подвергший вас жестоким бедам?
Увы, он мне пока неведом!..
. . . . . . . . .
Скажите прямо: кто ваш враг?
Откуда? Из какого стана?"
И королева Белакана
Герою отвечала так:
"Узнайте жребий мой ужасный:
Служил мне юноша прекрасный,
Чистейшим сердцем наделен,
Душою девственно-невинной,
Он обладал отвагой львиной
И был... Он был в меня влюблен.
Да, пылко, слепо, беззаветно
И, признаюсь, не безответно:
Я втайне любовалась им,
Отважным рыцарем моим,
Моим вернейшим паладином,
Ценя его высокий сан, -
Его отец был властелином
Одной из мавританских стран. 14
14
...был властелином // Одной из мавританских стран... – В немецком тексте сказано, что отец Эйзенгарта, Танканис, был королем Ассагана (Азалука).