Парамедик

Грей Рамона

— Отнесу автокресло в дом, — сказал я.

— Нет, нет, ты не должен этого делать...

Я уже вылез из машины и отстегивал Фиби от сиденья. Снова укутал ее в свою куртку. До трейлера совсем недалеко, но я не хотел, чтобы она снова замерзла. Фиби одарила меня широкой улыбкой, прежде чем обнять меня за шею и поцеловать в подбородок.

— Пливет, Мэтти.

— Привет, Фиби.

– Фиби, милая, иди к маме. — Наталья стояла рядом со мной, и я вдыхал ее запах — смесь жира и несвежей еды из закусочной, который совсем

не казался сексуальным, но все же заставлял меня хотеть схватить ее и отнести на ближайшую кровать.

— Я хочу, чтобы меня нес Мэтти.

— Я понесу твое автокресло, милая, — сказал я, прежде чем передать ее Наталье. — Оно слишком тяжелое для твоей мамы.

— Эмм, — сказала Фиби. — Мама сильная. Да, мам?

— Конечно, милая, — не стала спорить Наталья.

Сейчас она не выглядела сильной. Наталья выглядела усталой, измученной и на грани слез. Моя неуместная похоть умерла и сменилась желанием ее утешить. Крепко обнять и заверить, что все будет хорошо и что с Фиби все в порядке.

Вместо этого я последовал за ней к трейлеру, держа в одной руке автокресло, а другую вытянув перед собой, чтобы предотвратить падение Натальи, если она поскользнется на покрытом льдом тротуаре.

— Он твой или снимаешь? — спросил я, когда она отперла входную дверь.

— Снимаю, — сказала она.

Я последовал за ней в трейлер. Он выглядела потрепанным, но безупречно чистым, и Наталья нервно улыбнулась мне, когда я опустил автомобильное сиденье.

— Ладно, еще раз спасибо. Не могу выразить, как я тебе благодарна...

— Почему я вижу твое дыхание?

Она покраснела и еще крепче прижала к себе Фиби.

— О, я, э-э, поддерживаю низкую температуру днем, когда нас нет дома, чтобы сэкономить деньги.

— Вниз, мама, — попросила Фиби.

Наталья поставила ее на пол, и Фиби сбросила с мою куртку, прежде чем побежать по коридору и исчезнуть в комнате.

Минуту я изучал Наталью, прежде чем подойти к термостату, который заметил на стене. Наталья немедленно встала перед ним, закрывая его от моего взгляда, и я выгнул бровь, глядя на нее.

— Дай мне посмотреть, Наталья.

— Тебе, наверное, лучше уйти. Уже поздно, и мне нужно приготовить Фиби ужин и искупать...

Она тихонько пискнула, когда я обнял ее за тонкую талию и оттащил в сторону. Наглый ход с моей стороны, но я не чувствовал никакой вины за это.

Я уставился на термостат.

— Отопление не включено.

— Разве нет? — нервно спросила она. — Странно. Ладно, еще раз спасибо. Ну, пока.

— У тебя что, отключили отопление? — спросил я.

Она не ответила, но ее щеки стали ярко-красными, как пожарная машина.

— Мама? — Фиби вернулась, держа в руке куклу. — В моей комнате опять холодно. Мне это не нлавится.

— Фиби? — Я присел перед ней на корточки и улыбнулся. — Что ты думаешь о том, что ты и твоя мама переночуете

сегодня у меня дома? Там хорошо и тепло, и ты можешь взять свои игрушки. Я приготовлю спагетти на ужин. Ты любишь спагетти?

— Я люблю псжетти! — закричала Фиби.

Я взглянул на Наталью, ожидая увидеть огонь и гнев в ее темно-карих глазах. Вместо этого они оказались полны слез, и она выглядела невероятно грустной. Я встал и, подавив желание заключить ее в объятия, неловко похлопал по плечу.

— Собери кое-какую одежду и что еще нужно. У меня есть свободная спальня, в которой вы с Фиби можете оставаться так долго, как захотите, и я не работаю завтра, поэтому смогу отвезти тебя на работу, а Фиби к Нане. Хорошо?

Ее плечи поникли, и она, выглядя совершенно разбитой, кивнула.

— Да, хорошо. Спасибо.

— Пожалуйста, — я сжал ее плечо. — Все будет хорошо, Наталья.

***

— Мэтти! — В кухню вбежала Фиби, одетая в пижаму с нарисованными на ней маленькими желтыми утками, с куклой, зажатой под мышкой, и с мокрыми светлыми волосами, прилипшими к голове. — Знаешь что?

Я закрыл посудомоечную машину и улыбнулся ей.

— Что?

— Я покакала! — Она радостно посмотрела на меня, прежде чем обнять за ногу.

— Хорошая работа, Фиби, — похвалил я.

— Спасибо. — Она встала на мою ногу и схватила меня за руку, откинувшись назад и раскачиваясь взад-вперед. — Я покакала, а потом приняла ванну. У тебя очень большая ванна. Мама принимала ванну вместе со мной.

Пот выступил у меня на лбу при мысли об обнаженной Наталье в моей ванне. В гостевой ванной комнате имелся только душ, поэтому я предложил Наталье купать Фиби в хозяйской ванной, пока я убираюсь после ужина.

— Фиби? Горошинка, где ты? — Наталья вошла в кухню, и я залюбовался ее видом.

Одетая в синие леггинсы и длинную серую футболку, раскрасневшаяся после ванны, она собрала свои влажные волосы, точно такого же оттенка, как у Фиби, в пучок на макушке. Мой взгляд упал на ее грудь, и я быстро отвернулся, когда Наталья скрестила руки на груди.

Мне хотелось врезать себе по башке за то, что я подпитываю ее веру в то, что я всего лишь извращенный плейбой, но, черт возьми, когда находился рядом с ней, едва мог ясно мыслить.

— Фиби, перестань беспокоить мистера Эндрюса, пожалуйста, — сказала Наталья.

Фиби хихикнула.

— Его зовут Мэтти, мама.

— Его зовут мистер Эндрюс, — ответила Наталья.

— Она может называть меня Мэтти, я не возражаю, — сказал я. — Она слышала, как Мия называла меня Мэтти, а это ведь проще, чем мистер Эндрюс?

— Ты в самом деле не против такого обращения? — удивилась Наталья.

Как ни странно, я почувствовал, что краснею.

— Да, иногда.

Все еще держа мою руку в своих, Фиби уперлась ступнями мне в голень и взобралась по моей ноге.