Парамедик
Шрифт:
Стэнли фыркнул.
— Никогда не думал, что доживу до того дня, когда Мэтт Эндрюс будет проводить субботний вечер дома, нянчась с ребенком.
— Люди меняются, — проговорила я, словно защищая Мэтта, и Стэнли молча посмотрел на меня.
— Да, — наконец сказал он. — Так бывает. Тебя подвезти?
Я удивленно посмотрела на грубоватого повара.
— Гм, нет, моя машина уже починена. Но спасибо.
— Не за что. Поставь на сигнализацию.
Включила сигнализацию, и мы вышли из закусочной. Стэнли запер ее и обернулся, крякнув от удивления. Повернулась,
Я почти поверила, что он сдался, но мне следовало бы знать его лучше. Эван упрям. Хуже того, он был взбешен. Он мог казаться милым на людях, но я знала его настоящего. Знала, каким мстительным и подлым он мог быть на самом деле.
— Чего ты хочешь, Эван?
— Нам нужно поговорить.
— Уже поздно, и я устала. С утра четверга у тебя имелось много возможностей поговорить.
Он пристально посмотрел на меня.
— Я был очень занят. Моя жизнь не вращается вокруг тебя.
— Моя тоже не вращается вокруг тебя, — произнесла я. — Ты не можешь просто приходить ко мне на работу, когда захочешь поговорить.
— Что? Ты злишься, потому что твой парень-придурок не здесь, чтобы защитить тебя?
— Следи за своим языком, сопляк, — прорычал Стэнли. — Ты можешь думать, что теперь ты большая шишка со своей дорогой одеждой и стрижкой за триста долларов, но я помню, когда ты был сопливым маленьким ребенком. Продолжай так с ней разговаривать, и я выбью из тебя все дерьмо.
Стэнли хрустнул костяшками пальцев, и я подавила нервный смех, когда Эван отступил на пару шагов. Эван был на четыре дюйма выше и весил не меньше тридцати фунтов, но он, как и я, знал о прошлом Стэнли в качестве боксера-чемпиона.
— Мне нужно поговорить с тобой несколько минут, — обратился ко мне Эван.
— Отлично, — сказала я. — Говори.
— Уверена? — Эван уставился на Стэнли. — Это личный разговор.
— Хочешь, чтобы я остался, Нат? — Стэнли снова хрустнул костяшками пальцев.
Порывисто встала на цыпочки и поцеловала седую щеку Стэнли.
— Нет, я в порядке. Но все равно спасибо.
Стэнли снова посмотрел на Эвана.
— Я подожду в своей машине и не уйду, пока не увижу, как ты садишься в свою и уезжаешь.
— Как хотите, — сказал Эван.
Стэнли кивнул мне и пошел к своей машине. Когда он захлопнул дверь, Эван проговорил:
— Ты что, весь город обманула, выставляя себя беззащитной хрупкой куколкой?
— Чего ты хочешь, Эван? — устало спросила я. — У тебя есть пять минут, а потом я сяду в машину и поеду домой.
— Я хочу, чтобы ты порвала с Мэттом Эндрюсом. Немедленно.
Я фыркнула от смеха.
— Ты серьезно думаешь, что имеешь право указывать мне, с кем я могу встречаться, а с кем нет? Возьми себя в руки, Эван.
— Да, когда это касается моей дочери.
— Мэтт прекрасно
— Ерунда. Я здесь уже четыре дня, Наталья, и весь чертов город говорит о тебе и Мэтте Эндрюсе. И знаешь почему? Потому что он самый большой кобель этого городишки. По моим сведениям, он переспал с тремя четвертями женщин в этом городе. А теперь ты живешь с ним и подвергаешь нашего ребенка черт знает чему.
— Прошлое Мэтта именно таково, — сказала я. — Его прошлое. Люди меняются, Эван.
— Нет, не меняются, — ответил Эван. — Ты думаешь, раз ты сейчас раздвигаешь ноги для Мэтта, он не устанет от тебя и не пойдет искать что-то другое? Так и будет. Если только ты не сделаешь то же самое, что сделала со мной, и не попытаешься заманить его в ловушку с чертовым ребенком.
У меня отвисла челюсть, и я недоверчиво посмотрела на Эвана.
— Презерватив порвался, идиот. Ты был там, когда это случилось, и если бы ты позволил мне принять чертову таблетку, как я хотела, я бы не забеременела. Но знаешь что? Я рада, что это не так, потому что Фиби — лучшее, что когда-либо случалось со мной. Ты даже не представляешь, какая она удивительная, забавная, милая и умная, потому что тебе на нее наплевать. Всегда так было.
— Чушь собачья. Я всегда...
— Нет, — отрезала я, — не смей пытаться исказить эту реальность. Правда в том, что ты никогда не интересовался Фиби, и это не изменилось. Ты можешь, не переставая, говорить о том, как хочешь проводить время со своей дочерью, но мы оба знаем, что это не более чем мелочная и мстительная выходка. Ты используешь Фиби, чтобы наказать меня.
— Ты понятия не имеешь, о чем говоришь, — проговорил Эван. — Если ты не порвешь с Мэттом, я получу полную опеку, Наталья. Не подталкивай меня к этому. Я не потерплю этого человека рядом с моей дочерью. Он плохо влияет.
Я горько рассмеялась, прежде чем вытащить ключи от машины из сумочки.
— Ты просто злишься, потому что я посмела заменить Великого Эвана Фиалана кем-то получше.
— Лучше? Он гребаный шахматный ботаник! — рявкнул Эван.
— А ты конченый школьный квотербек, — выплюнула я. — Ты — ничто. Твоя работа не имеет значения, твои деньги не имеют значения, твои прежние славные дни в качестве глупого квотербека средней школы не имеют значения. Ты не имеешь значения. Мэтт спасает жизни, Эван. Он вносит изменения в этот мир и делает его лучше. А ты? — Я бросила на него презрительный взгляд. — Ты просто воняешь, как кучка мусора.
— Ты сука, — выдохнул Эван.
— Пусть так. Ты предупреждаешь меня, чтобы я не давила на тебя, но, Эван? — Сделала несколько шагов вперед, посмотрела в его сердитое лицо и сказала тихим, но уверенным голосом: — Фиби и Мэтт — единственные, кто имеет для меня значение, и если ты попытаешься отнять их у меня, я уничтожу тебя.
— Теперь ты мне угрожаешь? — недоверчиво переспросил Эван. — Это не поможет тебе, когда я потащу тебя в суд, чтобы получить полную опеку.
Отступив назад, мягко улыбнулась ему.