Параллельный спецназ
Шрифт:
– Ничего, сойдет, если будете кормить, я у вас, пожалуй, поживу маленько.
На следующий день Алекса привели в кабинет, видно, что к начальнику может даже самому главному здесь.
– Будешь у нас жить, пока мы не поймем, что ты из себя представляешь. Всех кто появляется в безлюдной пустоши, приводят к нам. Если в тебе есть, хоть какие-то зачатки магии, мы постараемся в тебе их пробудить. И позволим тебе у нас учиться. Если нет, то тебе прямая дорога в мир, а там уж как себя проявишь, но ничего хорошего тебя
– Что его хорошее может там ждать, языка то он не знает.
– Я магистр магии, это наивысшее звание, его редко кто заслуживает. Здесь все подчиняются только мне, и ты, тоже будешь слушаться меня, и делать только то, что тебе говорят. Если будешь полезен, то останешься в школе. Тебе все понятно?
– Понятно-то понятно, только, что я у вас делать буду.
Алекс переводил взгляд с одного говорившего на другого, фигуры говорящих были будто размыты.
Когда говорил магистр, было все понятно. Речь же Синеля, - местного лекаря, не сопровождалась переводом.
Удивительно, но от магистра не исходило никаких полупрозрачных полосок или пятен. Алекс уже привык замечать изменения ауры магов, когда они произносили заклинания. Наблюдать за магами во время их занятий было интересно. Конечно, маги не произносили вслух заклинаний, все магическое здесь делалось молчком, но происходила смена цвета ауры, ее направленность.
– Скажи, почему ты представился посланникам как Ниче, а здесь сказал, что тебя зовут Алекс?
– Извините магистр, меня на самом деле зовут Алекс ну, во всяком случае, друзья.
– Интересно, а как тебя зовут враги.
– Чаще всего я прихожу незваный, так интересней и неожиданней. Скажите, а Синель нас понимает? Мне кажется, он просто хлопает ушами, и делает вид, что так и надо.
Магистр глянул на Синеля, и вдруг рассмеялся. Этот первый смех, услышанный здесь Алексом, был столь неожиданным, что тот вздрогнул. Посмотрев на магистра, Синель произвел кольцо понимания, и вокруг него засуетились шарики.
– Что ты умеешь делать? В какой области твои познания наиболее сильны?
– Не знаю, на какой стадии находятся ваши научные разработки, но боюсь, что мои знания математики, физики, или других наук - очень поверхностны. К тому же практического применения, без соответствующей производственной базы, они все равно иметь не будут.
Руками же могу сделать все, от ложки до матрешки. Я думаю, что вам как главе школы известны наиболее узкие места, где не хватает рук. Я мог бы приложить свои силы на этом поприще. Единственный нюанс, который меня беспокоит, это непонимание, то есть, незнание языка.
– Я не понял больше половины из того, что ты сказал. Ну что же, мы подумаем, как лучше тебя использовать, а пока можешь помогать на кухне.
– Интересно, а могу ли я отказаться, эээ, не потому что мне это претит, просто есть ли у меня хоть какой-то выбор.
– Нам
– Магистр вы поняли, что он сказал? Когда он говорил про знания, он употребил слова мне неизвестные.
Магистр произнёс, не оборачиваясь.
– Наблюдайте за ним постоянно, не оставляйте его одного. И еще, Синель, я бы хотел, чтобы вы лично попробовали определить его на магическое присутствие.
Когда Алекс вернулся в свою комнату, Тоо уже не было. Алекс осмотрелся и заметил, что кровать Тоо, она же по совместительству - сундук опутана какой-то прозрачной паутинкой розового цвета.
– Ну, надо же, и тут магия!
Алекс осторожно дотронулся до паутинки, в пальце ощутимо стало покалывать, будто под ноготь заноза попала.
– Ах, ты, ссссука.
Алекс попытался мысленно сделать брешь в паутинке, но та, только растягивалась.
– Надо же, воздействовать могу, а убрать не получается.
– Алекс представил, как он руками раздвигает паутину, вставив пальцы в наиболее крупные ячейки. Паутина раздвинулась, Алекс мысленно обмотал ее вокруг одной спинки кровати.
– Так, посмотрим, что тут у нас.
В сундуке лежали вещи Тоо штаны сапоги большой нож в ножнах. Нож Алекса заинтересовал, широкое лезвие, почти на длину ладони, в длину клинок был сантиметров тридцать.
– Нефункциональный, зачем такой расход металла, можно два таких из одного куска сделать.
Алекс провел лезвием по кромке сундука, легко без нажима срезал почти в пол сантиметра щепку.
– Ни чего себе! Надо будет иметь в виду, с ножами тут у них все в порядке, значит, и владеют ими отменно. Ну, что ж, запишем в актив, с ножом они опасны, может даже очень, если только это не для харакири. Сейчас сам себя запугаешь, а окажется, они этими ножами только себя и режут после неудачных опытов с магией.
В сундуке была еще одежда, разворачивать ее Алекс не стал рубашки, кальсоны, черная куртка из кожи, маленький мешочек, его Алекс развязал:
– Денюжки местные, только квадратные и ромбические. Еще не научились от подделок защищаться, ну-ну, какие ваши годы.
Была там еще шкатулка, ни отверстия для ключа, ни кнопок, и так и сяк крутил, нажимал на все выпуклое и впуклое, открыть так и не получилось.
– Ндаа, блины оладьи, тут они меня перещеголяли, не могу с высоты двадцать первого века открыть то, что эти аборигены закрыли. Ладно, хватит, а то припрется хозяин, объясняй ему потом, зачем я сюда полез.