Параллельный мир № 1
Шрифт:
— Откуда ты знаешь, что они алые?
— Утром я бываю в саду, а оттуда хорошо видно твоё окно.
— И ты в него, конечно, заглянул?
— Не специально. Цветы стояли возле самого окна. Они были такие яркие, что сразу бросались в глаза. Не заметить их было просто невозможно.
— Вот видишь, ты сам подтвердил, что цветы есть.
— Цветы есть, верно, только это не апатиадальская роза.
— И, что же это?
— Это просто роза. — Заметив недоумение на лицах девушек, Натан продолжил. — Апатиадальская роза — огромна, как дерево, большое дерево. Оно не поместится в моём доме.
Девушки дружно расхохотались.
— Сейчас, сейчас, мы уже подходим к Башенной площади. Вокруг неё растут апатиадальские розы. Вы всё увидите сами.
На планете
Маша уже успела привыкнуть к статусу первой леди и к тому, что её стали величать не иначе, как Её Величество королева Мария. Её главным увлечением стала внешняя политика. Стоит ли говорить о том, что в первую очередь политика королевства была направлена на укрепление отношений с Антаром и Апатиадалем.
Всем Котовским очень нравилось на Янгре. Изумительная, не испорченная цивилизацией природа — отличительная особенность планеты. Каждый нашёл здесь занятие по душе и смог обустроить личную жизнь. То обстоятельство, что Маша и Наташа жили далеко от родителей и друг от друга не сильно беспокоило — всегда была возможность не только созвониться, но и телепортироваться в гости. Все увлечённо занимались своими делами: Наташа изучала историю Апатиадаля, иногда выходила с Натаном в море. Клавдия, как богиня мудрости, боролась с безграмотностью. Николай занимался техническими чудесами. Иногда наведывался к своему другу детства. Сделал себе второй КПК (это не представляло сложности — все детали первой модели, которой пользовался Илья, были продублированы и хранились в надёжном месте). Большую часть времени он посвящал изучению звездолёта.
Единственной общесемейной проблемой оставался Антон и его учёба. Учиться ему не хотелось, а Маша и Наташа, в связи с ожидаемым расширением семейства, вынуждены были перейти на заочное обучение. Маша находилась на третьем месяце беременности, а Наташа на восьмом. Присматривать на Земле за Антоном стало некому. Мотивируя этим, смекалистый парень периодически нажимал на родителей, и всячески пытался избавить себя от посещения школы. С ним становилось всё труднее и труднее.
Пока Василиса гуляла в саду с годовалым ребёнком, Илья занимался своим любимым делом — реконструкцией выделенного под их семейное гнёздышко меньшего крыла королевского дворца. Король Всеволод, под нажимом жены и собственных родителей, и ввиду тяжёлого послевоенного положения в стране, любезно согласился предоставить молодожёнам некогда главную достопримечательность дворца — маленькое крыло с примыкающим к нему живописным садом. Разумеется, эта часть здания была самой старой. В саду было две главных реликвии королевской семьи. Обе они считались божественными и охранялись богиней мудрости. Легенды об этих реликвиях передавались из поколения в поколение на протяжении многих веков, счёт которым был потерян уже давно. Наиболее божественным считался большой фонтан природного происхождения, который находился в самом дальнем уголке сада там в земле лежала огромная каменная глыба и мощная струя воды била прямо из неё, взмывая вверх на добрый десяток метров. Спускаясь по каменистому жёлобу мелкими водопадиками, вода устремлялась прочь от дворца. Через несколько тысяч вёрст она становилась самой длинной и самой полноводной на Янгре рекой. Второй по значимости считалась резная беседка из железного дерева, неизвестно, кем и когда построенная и чем вырезанная, так как дерево это не режется ни одним известным металлом. По легенде ей столько же лет, сколько фонтану. Когда далёкие предки Всеволода начинали строить дворец, беседку хотели снести. Своим весёлым незатейливым видом она портила будущий
Мысли о неминуемом разрушении реликвий угнетали Всеволода, и он всячески старался помешать работе Ильи, но опасаясь громких скандалов, делал это скрытно. Илья же всё прекрасно понимал и уже давно собирался подобрать такой момент, чтобы раз и навсегда расставить все точки над i. Сегодня пробил его счастливый час.
Прогуливаясь вдоль окон зала, где Илья хранил свои инструменты, Всеволод поглядывал внутрь, пытаясь разглядеть там Илью. Убедившись, что его нет, быстро перемахнул через распахнутое окно и тотчас оказался в зале. Схватив мешок гвоздей, Всеволод направился обратно к окну. Сделав пару шагов, он остановился. Справа от окна на полу сидел Илья и что-то записывал.
— Доброе утро, Ваше величество! Как поживаете? Сегодня тоже будете картины прибивать?
— Да, — нашёлся Всеволод, — последняя осталась.
— Вы мне лучше скажите, — Илья встал и подошёл к королю, — до каких пор между нами будет противостояние? Мы же теперь одна семья.
— Да нет Илья никакого противостояния, просто я не хочу, чтобы ты мне дворец разрушил.
— Тогда идёмте, я посвящу Вас в свои планы.
Илья во всех подробностях описал Всеволоду план реконструкции маленького крыла. Внимательно выслушав его, Всеволод удивился, насколько у Ильи продуманные и дальновидные идеи, он даже изъявил желание лично поучаствовать в этой работе, чем немало поразил всех родственников, особенно Василису.
Утром всех разбудил Всеволод. Сегодня он проснулся слишком рано, намного раньше обычного.
— Вставайте, вставайте… Сколько можно спать?
— Что случилось, — удивилась его жена королева Глафира?
— Мы в гости идём.
— Какие гости? Ночь на дворе.
— У меня есть одна проблема, и она мне спать не даёт, всё время чувствую, что делаю что-то не то. Поэтому надо, чтобы богиня мудрости устроила мозговой штурм, у неё это неплохо получается. Мы решим эту проблему и всем будет хорошо: мне — потому, что я успокоюсь, тебе — потому, что прогуляешься, Даше — потому, что увидит много интересного, Василисе — потому, что сменит обстановку, а Котовским — потому, что увидят внучку.
— А Илье?
— А Илья вчера вечером отправился в Апатиадаль за какими-то редкими камнями, — вмешалась вошедшая в комнату Василиса. Через пару дней должен вернуться.
Когда королевское семейство вышло на улицу, все сразу оценили идею Всеволода. Утренний воздух был свеж и прекрасен. Тишину нарушало лишь пение ранних птиц.
— Пойдём короткой дорогой, — сказал Всеволод, — и через час будем на месте.
— Нет, — возразила Глафира, — это через лес. Там в лесу полно всякого зверья, а у нас ребёнок.
— У нас ещё и это есть, — Всеволод обнажил меч, виртуозно покрутил его в руке и ловким движением вернул в ножны.
— Она может испугаться, — попыталась возразить Глафира.
— Она ничего не испугается — это же моя внучка. Я понесу Дашу сейчас, а когда будем подходить к лесу, вы у меня её заберёте. Там леса-то небольшой кусочек — за пять минут его пересечём. В основном дорога идёт полем. Всё, вперёд, — сказал Всеволод тоном, не терпящим возражений, и двинулся в путь.
Василиса не возражала — она знала, что спорить бесполезно.
— Этот лес совсем не страшный, — сказал Всеволод, передавая ребёнка Глафире, — и к тому же уже почти светло.
Вопреки опасениям Глафиры, через лес и правда, оказалось идти совсем не долго. Всеволод гордо шествовал впереди, готовый изрубить на куски любого, кто посмеет выпрыгнуть из лесной чащи на тропу и зарычать. За ним следом шла Глафира с ребёнком на руках и опасливо озиралась по сторонам. Ребёнок, похоже ничего не боялся, но тоже с удовольствием крутил головой в разные стороны. Замыкала колонну с отставанием на несколько метров Василиса. Она не думала ни о зверях, ни о том, что они идут по лесу и была всецело поглощена сбором грибов.