Параллельность
Шрифт:
– Пистолет возвратил на место Чернышев. Сказал, что брал его домой, чтобы получше изучить. Однако Лена утверждала, что Владлен вернул экспонат только после того, как она забила тревогу.
– Муляжи?
– Полная инвентаризация
– Чернышев мог снова подменить их, – присвистнул Руслан. – Налицо мотив…
– Не думаю, что общественник-пенсионер станет убивать старшеклассницу из-за орденов.
– Милая! Под угрозой оказалась репутация этого человека! А из твоих слов я понял, что Чернышев не из тех, кто легко сносит пощечины! Я хочу своими глазами увидеть вашего Владлена.
– Он не станет говорить с тобой. Это, во-первых…
– А во-вторых?
– Лена сказала, что старик собирается ей все объяснить и даже сожалела о том, что ошиблась. Они должна была встретиться с Владленом и решить все мирно, но…
– Но была убита? Спасибо за информацию, Александра, мне пора!
– Руслан!
Не обращая внимания на окрик Кондаковой, Говорчук двинулся к воротам музея. Итак, Чернышев! Никто в городе, кроме Владлена не был заинтересован в смерти сестры. Или он горячится, спешит с выводами? Разве мог старик, пусть и партийный жулик со стажем убить девочку с таким зверством? На ум пришли слова Пронькина о сыночке-наркомане.
Руслан решил идти к тетке, чтобы узнать у нее точный адрес Чернышевых, однако по дороге его внимание привлекла одна занимательная сценка.
Вчерашний бомж Борис расхаживал у ворот какого-то дома и старался заглянуть в щели между досками. Говорчук остановился неподалеку. Борис прошелся вдоль ворот в очередной раз и с тяжелым вздохом надавил кнопку звонка над калиткой.
– Яночка! Яна Семеновна! – с неподдельной нежностью пропел он.
– Опять ты? – дверь открыла дородная тетка в засаленном халате с красным лицом и крючковатым носом. – Чего надо?
– Полпузырька в долг налей!
– И не подумаю! – отрезала та, которую бомж называл Яной Семеновной. – Деньги принесешь, тогда и разговаривать будем.
Бегающие глазки тетки засекли наблюдавшего за ходом переговоров Руслана.
– И вообще нет у меня ничего! Ходят тут всякие!
Калитка захлопнулась перед носом Бориса. Раздосадованный бомж поправил ремень своей сумки и хмуро осмотрелся по сторонам.
Конец ознакомительного фрагмента.