Парадокс
Шрифт:
– Почему ты спрашиваешь про него? Ты же знаешь, он в поездке.
– Да так, вдруг что-то новое?
– Сынок, ты тоже, что-то чувствуешь? Мне сегодня очень страшный сон приснился. Даже вспоминать страшно. И про отца и про вас с Аней.
– Ну-ка поподробней пожалуйста.
– Они оба присели рядом с Любовью Сергеевной.
– Да что рассказывать то?
– Она тяжело вздохнула.
– Приснилось мне, что Иван, отец твой, уже подъезжая к городу, въехал в машину председателя горкома. Представляешь? И будто посадили твоего отца в тюрьму. А он якобы умер
— Нас, как видела? — прервал её сын.
— А вот так и видела. Поехал ты в деревню какую-то, там вы на мотоцикле катались. Потом вижу, как вы с обрыва падаете в какую-то яму.- Любовь Сергеевна чуть не плакала.
– А потом вижу вас в белых простынях в каком-то морге. Ой, прямо страшно. Проснулась и не спала больше.
И Аня, и Ваня обняли её и незаметно переглянулись. Похоже, они начинали понимать, для чего они оказались здесь.
– Ты, мамуля, не расстраивайся, пожалуйста. Успокойся. Всё будет хорошо. А ты как про Аню узнала? Что я к ней поехал? Я же не говорил тебе об этом? А встретила сразу сказала, что невесту привел. Тоже во сне видела — засмеялся Иван и вдруг по сыновьи поцеловал мать.
– Ты же сам мне вчера сказал: «Поехал за той, кого люблю. Приедем вдвоём». Что, уже не помнишь?
– Нам надо с тобой очень серьёзно поговорить, мама. Очень серьёзно. Пожалуйста, выслушай нас, Любовь Сергеевна.
Иван подставил стул и сел напротив неё. Аня присела рядом с ней на диван и нежно взяла её руку в свои ладони.
– Только прими как есть. То, что ты видела про нас во сне - это правда. Так оно все и было. Мы только сегодня ночью очнулись с Анечкой в морге...
И с самого начала, подробно, ничего не утаивая, они рассказали ей все, что произошло с ними за последнее время. Начиная с аварии в двадцать первом веке.
Несколько раз, капая корвалол в стакан с водой, они давали паузу в рассказе. Отвечали на возникшие вопросы, иногда рассказывая, каким будет город через полвека. Это было мучительно трудно как для них, так и для женщины.
– Значит, ты не мой сын? Ваня, но я же вижу тебя?
Женщина то брала за руку Ивана, то вдруг отбрасывала ее и плакала. Наконец, успокоившись и вытерев слезы, она взглянула на Ивана и спросила:
– А мой Ваня? Он сейчас там? В будущем? С твоими родителями?
– Мы не знаем. Мы здесь. А где он и Аня, мы не знаем. Просто нам этот старичок сказал, что мы забудем все, что принесли с собой. И будем знать только то, что есть в настоящем. Нам надо торопиться, а что делать, мы не знаем. Нам он сказал, чтобы шли к вам. А вы нам поможете.
– Я то чем вам смогу помочь? Только от вас все узнала? Мистика какая-то. Разве такое возможно?
– Давайте вспомним, что могло предшествовать этому. Почему такое могло случиться? Зачем нас надо было отправлять в прошлое? Может, что приснилось? Стоп!
Все переглянулись.
– Сон! Все почти одновременно выдохнули
– О Господи! Неужели мой Ваня? Твой отец , - Любовь Сергеевна посмотрела на Ивана. Провела ладонью по его щеке, стушевалась.
– Прости, я забыла, что ты не мой сынок. Ты же сейчас в его теле.
Слезы катились не только у матери Вани. Анечка также всхлипывала и вытирала бежавшие по щекам слезы.
– Отставить сырость! Вдруг раздался голос и все мгновенно повернулись на него. Возле двери неожиданно появился тот самый старичок в широкополой старомодной шляпе.
Любовь Сергеевна внезапно откинулась на спинку дивана в обмороке. Старик покачал головой, посмотрел на удивленных Ивана с Анной и улыбнулся.
– Мистика говорите? Может и так. Сейчас Люба придет в себя и я все расскажу. Анечка, поухаживай за дедушкой, налей чайку мне пожалуйста.
– И усевшись на диван, рядышком с Любой прикрыл глаза.
– Все расскажу.
Часть вторая
Глава первая
Прихлебывая из небольшой, но красивой и удобной кружки душистый ароматный чай, старичок молчал и чему-то мило улыбался. Шляпа его лежала рядом и привлекала взгляды своей необычностью. Он обратил внимание на заинтересованность Ивана и Ани и спросил их:
— Что, шляпа моя понравилась? Это целая история. Между прочим, эта шляпа ручной работы самого Джузеппе Борсалино. Да, да! Как сейчас говорят у вас в двадцать первом веке — один из наиболее известных брендов. Лично он сам в 1880 году сшил её и подарил мне за небольшую услугу. Но это личное. Опустим это.
И Аннушка, и Иван, немного приоткрыв рот, что со стороны выглядело слегка забавно, молча смотрели на старика. Он же, допив чай и поставив кружку на столик, стоящий рядом с диваном, повернулся к Любе и покачал головой.
– Любушка, пора очнуться. Время не ждет.
Он пальцем слегка дотронулся до кончика ее носа, и женщина незамедлительно приоткрыла глаза. Она выпрямила спину, огляделась и, взглянув на старика, произнесла:
– Ты как вошел? Я что, дверь не закрыла? Ты всегда появляешься в крайних случаях. Говори, зачем пожаловал?
Старичок улыбнулся, - очухалась? Сейчас все попробую объяснить.
Но тут произошло то, что никто не ожидал:
– Так вы знакомы? Вы получается знаете друг друга?
– Анна вдруг как-то преобразившись посмотрела на них. Затем резко встала и начала осматривать комнату где все они сейчас находились.
– Где я? Вы вообще кто? Ваня, где мы и кто это? — Она смотрела на Ивана как-то строго и неучтиво. Иван лишь недоуменно смотрел на нее и не мог произнести хоть слово.
Анна резко вышла из комнаты, прошлась по коридору в другую, заглянула в кухню и вернулась к сидящим. Все молчали и смотрели на девушку, удивляясь ее перемене. Из скромной, добродушной и вежливой она вдруг превратилась во вздорную, взбалмошную фурию.
Старик надел шляпу, встал и подошел к окну. Затем посмотрел на Ивана и, выдохнув, произнес: