Парадокс веры

Кулишов Михаил Олегович

– Нужно скорее отнести ее в лагерь, - взволнованная Кира присела рядом.

– Нет, нельзя. Она ведьма, паладин сразу это почувствует и тогда ей будет еще хуже.

– Тогда, что нам делать?

– Ты же Скорбящая, можешь хотя бы обработать раны?
– Конечно, полноценной аптечки, они с собой не носили, но простейшие предметы первой помощи всегда находились при них.

– Слишком поздно, - обреченно произнесла Анна.

– Не слушай ее. Она бредит, - засучив рукава, юноша просканировал сверхчутьем ее повреждения, готовясь приступить к лечению.

Увы, ран оказалось слишком много, будто она наткнулась на стаю разъяренных ежей, у которых вместо иголок были ножи. Удивительно, как ей удалось добраться сюда в таком состоянии.

Большинство из них не являлись смертельными, однако их количество с лихвой это компенсировало. Жить ей оставалось совсем недолго. От невозможности чем - либо помочь, парень в расстроенных чувствах опустил голову.

– Помнишь наш договор, когда я отвела тебя к матери?

– Ты не совсем исполнила свою часть, - на его лице изобразилась улыбка.
– Сначала попыталась меня убить, а потом когда Гавриил прижал тебя к стене, решила сотрудничать.

– Умеешь ты поддержать умирающую подругу, - девушка иронично усмехнулась.
– Мать. Прошу тебя, освободи ее душу.

– Ты же знаешь, мне известен только один способ очищения грешников. Если это тебя устраивает, то даю слово демона.

– Спасибо тебе, Грид. Ты самый добрый демон, которого я встречала, - ощущая приближение холодных объятий смерти, Анна болезненно скривилась.
– Может, мы еще увидимся. В другой жизни.

Лихорадочно глотая последние капли воздуха, она закрыла глаза и уснула вечным сном. С наступившей тишиной, в сердце экзорциста появилась какая - то пустота. Тяжело вздохнув, экзорцист перекрестил ее и бережно опустил на землю. Хоть и не подавал виду, горечь от потери друга острым ножом терзала его душу. Об этом также свидетельствовала подавленная аура воина. Странно, чтобы демон испытывал жалость к человеку, пусть и отступнику. Обычно они предпочитали видеть людей в земле, желательно, собственноручно разорванных на части. Своим поведением, юноша ломал все стереотипы о ненавистных Скорбящей существах.

– Вы были хорошо знакомы?
– После длительной паузы спросила она.

– На первом самостоятельном задании мне повстречалась одна ведьма. Поначалу она хотела меня убить, чтобы спасти свою мать некромантшу от надоедливых церковников. А потом мы подружились. Я даже позволил ей уйти от паладина.

– Ты пожалел ведьму?
– Удивленно переспросила Кира.

– Не по - мужски убивать слабую девушку, пусть и владеющую магией. Именно по этой причине, иногда, мне хочется свернуть шею Святому Отцу. В нашем королевстве полно могучих демонов и духов, с которыми веселятся паладины. А старик отправляет нас на какие - то бредовые задания по изведению мелких бесов и совершенно безобидных обладателей необычной силы, - экзорцист печально усмехнулся.
– Но я рад, что встретил ее. Анна стала моим первым другом вне стен Святой Церкви.

Неожиданно для себя Кира узнала Грида с другой стороны. Демонам также были не чужды жалость и сострадание. Она еще никогда не слышала, чтобы воин Святой Церкви отпускал еретиков на свободу. С самого детства ее учили, что все, кто не почитает Всевышнего - грешники, а смерть наилучший способ очистить их порочные души. Хоть парень и пытался скрывать все в себе, воительница видела, как ему тяжело. Наверное, даже демоны горевали, когда теряли дорогое для себя существо. Церковники убили родителей Грида, только он не проникся к ним ненавистью. Более того, стал лучшим охотником на своих собратьев. Теперь - то она и поняла разницу между ними. Скорбящая жила прошлыми обидами, в то время как напарник жил сегодняшним днем. Только настоящее, и уж тем более будущее, похоже, не особо его волновало. Он вообще казалось, все время витал где - то в облаках. Почти ни с кем не общаясь и ни чем не интересуясь, экзорцист, словно одержимый проводил целыми днями за тренировками. Или сном. Больше ничего ему не было нужно. Подобно настоящему воинственному демону, коим и являлся, Грид очень любил драться. В бою, особенно с сильными противниками, девушка часто замечала

восторженный блеск в его глазах. Будто у ребенка, получившего долгожданную игрушку. Осознав, наконец, свою предвзятость в отношении потустороннего соратника, на щеках Киры навернулись слезы. Действительно, он никогда не давал ей повода усомниться в собственной человечности, и, несмотря, на некоторую холодность, в глубине души был искренним добряком.

– Почему ты плачешь? Вообще - то умерла моя подруга.

– Прости меня. Я обвинила тебя чуть - ли не во всех смертных грехах, толком не разобравшись в себе. Когда демоны убили моих родных, я возненавидела весь их род и поклялась очистить мир от зла, которое они несут. Но ты не такой, как твои собратья. В тебе гораздо больше человеческого, чем в некоторых людях. Прости меня.

– Расслабься. Я все понимаю. Демонам и людям нелегко найти общий язык. В детстве я тоже злился на Гавриила и даже, несколько раз, пытался его убить. Бесполезные попытки глупого ребенка. Но после одной произнесенной им фразы, мое мировоззрение кардинально поменялось.

Грид нечасто рассказывал о прошлом. Зная его сдержанный характер, он бы не обсуждал подобное с кем попало. То есть, парень ей доверял! Сердце Киры буквально выскакивало из груди от радости. Они снова стали друзьями. А может и чем - то большим.

– Думаю, теперь мы можем безболезненно отнести ее в лагерь и похоронить, как следует, - положив руку на плечо напарника, девушка добродушно посмотрела на него.
– Злого духа ведь в ней больше нет.

Усмехнувшись, экзорцист согласно кивнул. Досадно, пока еретик дышал, церковники были готовы часами над ним измываться и унижать. Однако когда умирал, вновь становился простым человеком, коего закапывали в землю со всеми почестями. По версии Инквизиции, смерть искупала все мыслимые и немыслимые грехи. Значит, и гибель ведьмы воспринималась как своеобразное очищение ее души от скверны колдовства. Взяв Анну на руки, Грид вместе с Кирой направились обратно в лагерь. Паладин, наверняка, будет в какой - то степени рад их 'улову'.

***

– Куда мы идем?
– Наконец спросила Ультима. Они с Кримсоном уже довольно долго шли по пустынной равнине.

– Собираюсь познакомить тебя с еще одним членом Согрецу. Он поможет нам вернуться в Деградо.

– Но зачем?
– На лице воительницы читалось одновременно непонимание и легкая радость. После долгого отсутствия, она снова вернется в родное пространство.

– Люди собираются пробудить того, кого не следует. В Подземном мире его называют Люцифером, один из Повелителей демонов древности. Он стремился получить запретную силу Дьяволов, но впоследствии потерял рассудок и чуть не угробил свой мир. Тогда, мы с отрядом смогли запечатать ее, погрузив демона в глубокий сон.

– А какое отношение имеет демон из другого мира к безопасности Амадеру?

– Именно сила Богини сдерживает Дьяволов в Верховном Аду. За всю нашу историю, покинуть этот мир, не считая Багровых Лисов, удалось всего двум существам. Один из них сейчас правит царством демонов в Хроморосе, а судьба второго потерялась в глубине веков. Найдя способ покинуть свою тюрьму, Амадеру им будет больше не нужна. А против объединенной силы всех Дьяволов не выстоять даже нам. Поэтому, мы должны помешать пробуждению или же, если это случиться, упокоить его навсегда.

Через некоторое время, добравшись до крупного оврага, Кримсон и Ультима увидели стройную фигуру в сером плаще, лицо которой скрывал капюшон. Ее окружал десяток каменных гигантов с длинными белоснежно - седыми волосами. Трехметровые, мускулистые исполины, явно, не просто так находились здесь. От них исходила какая - то угрожающая аура.

– Лаэрт. Невидимый клинок нашего отряда и по совместительству, лучший друг Отшельника, - в голосе парня слышалась гордость за своего подчиненного.
– Он всегда на несколько шагов впереди. Именно благодаря его действиям, некоторые враги просто не добираются до нас.