Парадокс Севера
Шрифт:
А жаль…
— Ты должна биться так, будто от этого по-настоящему зависит твоя жизнь!
— Я и бьюсь.
— В облаках ты, Солнцева, летаешь, а не бьешься, — выругался он, закрывая оборудование в шкафчик. На улице стемнело. И почти все зал покинули. Остались лишь некоторые студенты, оплачивающие дополнительные часы занятий, да я. — У нас новый парень. Перешел из другой команды. Покажи ему пока тренировочный бой. А я сейчас подойду.
Я кивнула и, погнув ботинком шпагу, чтобы чуть поправить, вернулась в зал.
Новичок стоял поодаль от других,
— Эй, — крикнула я. — Не советую так делать.
Он обернулся. Это был парень. Высокий, стройный, с длинными ногами и узкими бедрами. Вот только симпатичный ли, я не видела. На лице его была плотная маска.
Тренер конечно часто бурчал, что надо быть готовой к тому, что соперники будут выше и крупнее меня, но не до такой же степени, чтоб уже ставить меня с парнями.
Я бросила взгляд на то, что в его руке. Рапира.
Прекрасно.
В рапире здесь мне нет равных. Среди девушек по крайней мере. Посмотрим кто кого.
Заменив оружие, я встала напротив. Не говоря ни слова, он сделал шаг назад, восстанавливая между нами расстояние в боевой стойке.
Да что это вообще за стойка такая? Как будто ему было лень даже встать нормально.
Я ухмыльнулась. Если он собирается заниматься здесь, из него эту самодовольную дурь быстро выбьют.
Вытянув руку, я сосредоточилась на кончике клинка, измеряя между нами расстояние. Оценивая, под каким углом подобраться. Руки у него длинные — достать будет тяжело. Видимо, тренер решил меня с небес спустить. «Слишком самоуверенна ты, в последнее время, Диана. А это верная примета к поражению». Ничего у него не выйдет.
Я первая сделала выпад, рассчитывая нанести укол в грудь. Новичок отступил, закрываясь. Скорость у него не страдала. Но поза, боже, что это за поза такая вообще?
Откуда он? Из какой фехтовальной школы?
Я сделала пару шажков вперед, обманчиво приближаясь, специально сокращая между нами расстояние, но что-то было не так. Впервые стоящий передо мной противник не собирался нападать.
Думает, раз я меньше, не смогу его уделать?
Насмехается? Мол давай, рыпайся.
Злость застила глаза. Все, что я видела — белый корпус напротив и рапиру, рассекающую воздух. Как танец. Завораживающий. Безумный. Когда-то он мог быть смертельным.
Я наступала, загоняя его все дальше к концу дорожки. Эмоционально выталкивая прочь. Нападая, атакуя. Быстрее, чем скорость звука. Когда шпага — продолжение руки, когда ты делаешь прежде, чем думаешь, когда скорость твоего тела равна скорости мысли. Я парила. Как белая смерть, не знающая пощады и поражения. Проводя атаку за атакой, заставляя соперника пятиться назад.
И вдруг он оступился и упал, схватившись за ногу.
Душа провалилась в пятки, вдруг чётко осознав, кто передо мной.
Он ни сделал ни единого выпада, не потому что издевался… потому что вес в этом случае переносится на колено…
Парень стянул маску.
Из собранных на затылке в пучок волос вырвались пара прядей.
Нет!
Развернувшись, я понеслась к раздевалке так быстро, как могла, но все равно услышала позади шаги.
— Диана, подожди.
Я закрыла глаза, понимая, что все равно не смогу избегать этого разговора вечно.
— Дай мне две минуты, — Север подошёл, вставая напротив, глядя на меня сверху, чуть нахмурившись, до привычной морщинки между бровей.
Я раздражённо спросила:
— Чего тебе?
Мы смотрели друг на друга в упор, но на этот раз я точно знала, что выиграю и эту битву.
— Поговорить.
Я покачала головой.
— Извини, нам не о чем.
Неожиданная, казалось бы давно закопанная обида, снова полоснула по сердцу. Я попыталась уйти, но Север тоже сделал шаг в сторону, преграждая дорогу.
— Ты бегаешь за мной? — спросила я, прищурившись.
Север усмехнулся.
— Всё ещё обижаешься.
— Не льсти себе, — ответила я. — Единственное, чем ты меня обижаешь, так это своим присутствием. И тем, что оскверняешь собой единственное место, которое я люблю. И единственное дело. И да, шпагу ты держишь отвратительно.
— Послушай...
Я вскинула кисть, упирая острие собственной ему в горло.
— А теперь отойди!
— Хорошо, хорошо, — поднял он руки ладонями вперед, сдаваясь. — На самом деле я пришёл не только поговорить. Хотел отдать тебе это.
Он протянул свою рапиру эфесом вперед.
— Зачем она мне? — Я хотела с размаху ударить по его руке, но замерла. На гарде, прямо у рукоятки, причудливо переплетаясь, блестела вязь из букв. «АС». Александр Савин.
Протянув руку, я приласкала рапиру пальцами. Словно к прошлому прикасаясь.
«Зачем ты наносишь на неё свое имя? — рассмеялась я, усаживаясь на низкую скамью и вытягивая ноги. — На соревнованиях они ломаются быстрее, чем краска засохнуть успеет.
Александр макнул тонкую кисточку в серебристую эмаль.
— Во-первых, мы перестанем их путать.
Я закатила глаза.
— Когда мы их путали, Савин?
— Во-вторых, когда будем далеко, — он широко улыбнулся, касаясь моего колена кончиком рапиры, — я просто отдам ее тебе. И ты будешь знать, что я всегда рядом. Что я с тобой...»
Я с тобой…
Голосом слабым, как будто силы до дна выкачали, я прошептала:
— Откуда она у тебя?
На лице Севера не отражалось ни единой эмоции, но в голосе была слышна глухая тоска.
— Я ездил домой. Думаю, он бы хотел, чтобы она принадлежала тебе.
Я зажмурилась до рези в глазах. Попыталась вдохнуть, но не нашла воздуха.
Было бы куда проще, поделись мир на черное и белое. Не пришлось бы разрываться, пытаясь отыскать в чужом сердце правду. Потому что с некоторыми это слишком сложно...