Paradisus
Шрифт:
интересное здание.
Я взглянул на каменных ангелов, целящихся в нас из луков. Огляделся
настороженно.
– Э-ге-гей!
– Что ты творишь?
– накинулся я на девушку.
– Да не бойся, - беззаботно отозвалась она.
– Здесь никого нет. Ого,
посмотри, троллейбус!
Марина исчезла в разинутой гармошке дверей, и через секунду из чрева
машины послышался ее испуганный вскрик. Сдернув с плеча автомат, я
поспешил к ней.
Марина, бледная, стояла
золотые зубы, сидел одетый в кожаную куртку скелет.
Еще с десяток пассажиров мертво таращились на нас из глубины салона.
Я выругался, опуская автомат.
– Извини, Андрей.
– Марина, к чему эта глупость?
– Я же сказала, извини.
Она прошлась по троллейбусу, держась за поручень. Приблизилась к
одному из пассажиров:
– Ваш билет?
Скелет щелкнул зубами и предпочел ехать зайцем. Марина засмеялась. Я
не выдержал и улыбнулся.
– Андрей, не хочешь одолжить вон у того кожанку?
– Мне своя куртка нравится.
– Я думаю, тебе бы подошла кожа. Ты был бы похож на комиссара.
– На кого?
– Потом расскажу.
Мы вышли из троллейбусa.
Б-ррр! Холодно-то как. Лед, кругом лед. А на небе — звезды, эти странные,
маленькие огоньки.
Марина больше не веселилась, задумалась и погрустнела.
Чутьем, вероятно, оставшимся во мне от бывших, я понял причину этой
перемены. Там, в троллейбусе, среди прочих пассажиров, ехал в никуда скелет
ребенка, и девушка, должно быть, представила ту силу, что смела и этого
ребенка, и троллейбус, и людей в нем, и этот город, и еще тысячи городов. Но –
что поделать, никто не виноват…
Среди развалин дул колючий ветер, какого не бывает в Джунглях.
Мы вышли на площадь. Здесь возвышался каменный человек с лысиной и
бородкой. Он протянул к нам руку, словно просил чего-то.
– Ленин, - едва слышно сказала Марина.
– Что?
– Это памятник Ленину. Был такой человек.
– Но зачем памятник?
– Я тебе расскажу … потом,- Марина поежилась.- Давай найдем ночлег, мне
холодно.
Ленин смотрел на полуразрушенный дом из красного кирпича с
множеством окон. Над широким проемом входа - позеленевшая табличка.
– «Администрация города Калуги»,- прочла Марина.
Мы вошли.
Мне не приходилось бывать в таких местах, и я замер в изумлении.
Просторный зал распадался на несколько коридоров. С высоченного,
украшенного лепниной, потолка, свешивались спутанные провода. Наверх вела
широкая каменная лестница, укрытая полуистлевшим ковром.
По ковру
Мы поднялись по лестнице до самого верха. Здесь тоже бесконечная
паутина коридоров.
– Андрей, давай сюда.
И правда, отличная комната для ночлега! Письменный стол, черный и
трухлявый, - это дрова. Из стен торчат разноцветные провода, под потолком -
разбитая люстра.
За столом на вертящемся кресле сидел хозяин кабинета, брат-близнец
пассажиров троллейбуса.
– Вы по какому вопросу?
Это сказала Марина. Засмеялась.
– Наверное, среди бывших он был большим начальником,- она кивнула в
сторону скелета, положив на пол рюкзак.
Я подошел к окну. Над площадью кружился снег, несколько острых
снежинок впилось в щеки. Каменный человек насмешливо смотрел на меня.
Марина распаковала концентрат и, поморщившись, съела щепотку.
– Погоди, я сейчас поймаю крысу.
– Не надо, – испугалась она.
Ясно – пока не готова. Но рано или поздно придется заставить себя есть
все, что посылают Джунгли.
Я не настаивал, тем более, что сильно устал и гоняться за крысами мне
не хотелось. Но без костра нам будет тяжело - подмораживает. Подойдя к
скелету, я отодвинул его в сторону вместе со стулом. Скелет застучал костями и
уронил голову, сердито клацнув челюстями.
Разломать трухлявый стол не составило труда, а вот соорудить костер из
его обломков оказалось сложнее.
Клубы сизого дыма устремлялись к потолку, зависали, словно в раздумье,
нехотя подтягивались к окну и исчезали где-то за крышей.
Наконец, вспыхнул огонь.
Я сел у костра, и, как и прошлой ночью, стал смотреть на склоненное
красивое лицо Марины. Красивое? Никогда не употреблял это слово. Какая, к
черту, в Джунглях красота? А вот Марина восхищалась заснеженным лесом…
Выходит, красота была и есть, но я не видел ее - не умел видеть?
– Марина?
Девушка подняла голову – она заматывала тряпицей ногу.
– Расскажи о Ленине.
– Интересно? – засмеялась.- Погоди, закончу…
– Как мозоль?
– Намного лучше.
Она обулась, протянула ноги к огню.
– В книгах бывших не только про Ленина написано. Оказывается, у них было
много разных героев, плохих или хороших… Ленин, кстати, скорее плохой, – я так
поняла.
– Почему же его вырезали из камня?
– Не знаю,- Марина кашлянула.- Книг бывших осталось мало, да и то они все