Парад теней
Шрифт:
— Предназначенное расставанье… — Он взял ее руки в свои.
— Обещает встречу впереди. — Она освободила руки, обняла его за шею и в открытую поцеловала в губы.
Артем понимающе улыбнулся.
Константин вышел за ограду и махал рукой до тех пор, пока Даша не ушла в дом. Оглядываясь, проследовал за ней и Артем.
Константин по проулку миновал два забора (первый Дашин) и остановился у калитки третьего. За добротным, тщательно покрашенным штакетником стоял бревенчатый с занятным мезонином и веселой в разноцветных стеклах верандой
— Добрый день, Александр Иванович! — зычно то ли приветствовал, то ли позвал Константин. Обернувшийся Смирнов тотчас принял классическую позу человека с лопатой: поочередно уложил обе ладони на черенок, а подбородок на тыльную сторону верхней ладони. Присмотрелся, узнал:
— Так уже к вечеру ближе, Константин.
— Тогда добрый вечер. Вам и вашим дамам, — бодро поправился непрошеный визитер.
— Я так понимаю, ты поговорить со мной хочешь? — Смирнов задал вопрос, который можно было и не задавать.
— Если можно, конечно, — подтвердил Константин. Смирнов оторвался от лопаты, обернулся, распорядился:
— Кончай шуровать, начинай вкалывать! Бросайте лопаты, бабы! Идите знакомиться.
7
Кирилл Евгеньевич подробно рассказывал перспективному покупателю о стилистических особенностях и высоком качестве яркой и жизнерадостной (как излагал Горбатов) картины "Игра в снежки" постпримитивиста Суханова. Покупатель сосредоточенно смотрел через горбатовское плечо, но не на картину и не на по сетителей. В себя, где производились сложные операции пересчета. Стоявший за его спиной агент сочувствующе улыбался Горбатову. Покупатель-предприниматель вдруг резко повернулся и осмысленно глянул на агента. Тот быстренько сделал соответствующее лицо.
— Слушаю вас, Эдуард Эдгарович.
— Берем? — подозрительно, как на допросе, спросил у него Эдуард Эдгарович.
— Надо, надо брать, — озабоченно посоветовал агент.
— Ну а потом продать ее можно будет? — продолжил допрос покупатель.
— Когда это — потом? — осведомился агент.
— Ну когда мало ли что… — неопределенно объяснил Эдуард Эдгарович.
— Можно, можно, — успокоил его агент. — А то и с прибытком.
— Берем! — решил предприниматель и небрежно, как у продавца галантереи, спросил Горбатова: — Куда платить?
— Прошу в кабинет, — пригласил Кирилл Евгеньевич.
Галина Васильевна встретила их, стоя у своего драгоценного бюро.
— Здравствуйте, дорогие гости! — пропела она. — Кофе, чай или покрепче чего-нибудь?
Предпринимателю Галина Васильевна очевидно понравилась. Всеми потрохами ощутил родное и духовно близкое. Да и стати бабоньки опасной породы "оторви да брось" ласкали взор.
— А что? — как бы в раздумье изрек он и обратился за поддержкой к агенту: — Выпьем, Гена?
— Халява,
Галина Васильевна нажала на кнопку, и в дверях появилась длинноногая секретарша.
— Слушаю вас, Галина Васильевна.
Из предложенных напитков Эдуард Эдгарович выбрал виски с содовой, и Светлана удалилась выполнять заказ. Эдуард Эдгарович глянул на циферблат своих золотых на золотом браслете «Картье» и сообщил всем, что у него есть только пятнадцать минут. Галина Васильевна с улыбкой заверила его, что они все успеют. В ожидании Светланы покупатель внимательно оглядел убранство кабинета и похвалил хозяев:
— Богато живете.
— Неплохо зарабатываем, — с достоинством ответила Галина Васильевна. Втроем они сидели за круглым, карельской березы столом. А Кирилл Евгеньевич отделился, устроившись за своим бюро, и делал вид, что спешно изучает важные бумаги.
— Удачно, значит, торгуете, — продолжил беседу покупатель.
— Точно и хорошо работаем, — поправила Галина, но, чтобы доставить удовольствие гостю, согласилась: — И удачно торгуем, тут вы правы.
Беседу прервала Светлана с подносом. Быстренько его разгрузив, она еще раз проверила, все ли на месте. Все было на месте: и бутылка "Чивас регал", и сосуд с содовой, и чаша со льдом, и блюдо с фисташками, и соответствующие стаканы.
Разливала Галина Васильевна.
— Что ж, обмоем покупку! — Эдуард Эдгарович поднял наполненный стакан.
— Приобретение, — поправила Галина и, не оборачиваясь, спросила: Кирилл Евгеньевич, а вы?
— С удовольствием, но — увы! — печень последнее время пошаливает, отговорился Кирилл.
— С Богом! — напомнил, что пора уже и выпить, нетерпеливый Гена.
С удовольствием выпили по второй и только изготовились к третьей, как опять объявилась Светлана и молча застыла на пороге.
Галина подняла голову.
— Да, Света?
— Он пришел, — почти зловеще сообщила Светлана.
Кирилл Евгеньевич развернулся вместе со стулом и произнес непроизвольно:
— Джон Бойтон Пристли.
— Иностранец, значит, — понял Эдуард Эдгарович. Агент Гена, не выдержав, хихикнул и тут же закашлялся.
— "Он пришел" — пьеса знаменитого английского писателя Пристли, холодно объяснил Кирилл Евгеньевич.
— Ага, — кивнул Эдуард Эдгарович и, отодвинув стакан, кинул взор на «Картье». — Ну, нам пора.
— Посошок на дорожку, — предложила Галина. — Налито уже.
— Милое дело, — быстро согласился Гена. А его наниматель просто поднял стакан, выпил вместе с Галиной и Геной и деловито задал свой главный вопрос:
— Куда платить?
— У Светланы все готово, — заверила Галина.
— Тогда пошли, Геннадий, — скомандовал Эдуард Эдгарович.
Света на мгновение задержалась для получения инструкций.
— Быстренько здесь прибери посуду и… — Галина приподняла бутылку виски. Оставалось больше половины. — … чистые стаканы принеси. А потом с покупателем займешься.