Пара Рейна

Гоуэр Хэйзел

— Я тоже помогу, и Джейми.

Рейн выругался, когда повернулся, чтобы увидеть, как к нему присоединяются его брат Кейн и Джейми. У Кейна был дикий взгляд на лице, как будто он только что что-то сделал.

— Какого черта ты сделал, Кейн? Ты альфа, а не военный. Ты даже не был на полевой службе. Ты был в военной медицине.

Кейн усмехнулся.

— Это то, что я позволял всем думать. Я серьезно. Мы все будем помогать, и я показал генералу и паре другим руководителям армии, кто здесь главный.

Рейн и Каллен выругались.

—

Кейн, нам нужно быть в хороших отношениях с ними.

Если вообще возможно, улыбка Кейна стала еще шире.

— О, мы в наилучших позициях, и то, что я собираюсь вам рассказать, чрезвычайно засекреченно. Я не рассказал бы, если Фейт не сказала мне, что все вы должны знать. Пять людей у верхушки власти... Три из пяти являются оборотнями, а двое сверхъестественными, и это только в Австралии. Большинство людей, находящихся у власти в Америке, также являются оборотнями или сверхъестественными. У каждой страны на том континенте есть как минимум два оборотня у власти.

Вау. Рейн знал, что они проникли повсюду, но не так же далеко. Прежде чем у него появилась возможность обдумать все, что только что сказал Кейн, Девлин присоединился.

— Тогда почему, черт возьми, они были такими назойливыми, давая нам пятьдесят новобранцев для обучения, если власть у оборотней и сверхъестественных?

Кейн вздохнул.

— Потому что мы все еще должны слушать других, и наша задача защищать человечество, но они должны, по крайней мере, быть в состоянии помочь защитить себя. Фейт сказала мне сегодня утром, что нам нужно расти и развиваться, если мы собираемся выиграть в этой войне.

Все пять оборотней застонали, потому что знали, что, когда Фейт говорит такие вещи, их ожидают большие перемены.

***

Кирби с благоговением смотрела на завершенный дом. Было утро пятницы, и она не могла поверить, что смотрела на тот же дом. Дом выглядел так, как будто месяцы назад был построен, даже оконные выступы были покрашены. Желтые маргаритки заполнили весь путь до навеса, который был рядом с двойным гаражом.

Руки Рейна обняли ее.

— Это гостевая автостоянка. Ну, на самом деле это парковка для твоих родителей, так как все, кого мы знаем, живут достаточно близко, чтобы ходить.

Кирби обернулась, встала на цыпочки и опустила его лицо так, чтобы могла поцеловать его. Улыбаясь, он поднял ее. Она взвизгнула, когда он схватил ее задницу, сжимая ее.

Кирби засмеялась.

— Я люблю тебя. Ты так добр ко мне. Мне нравятся все мелочи, которые ты делаешь для меня. Я люблю тебя.

Руки Рейна застыли, даже улыбка застыла, единственное, что двигалось, были его глаза, они ярко сияли, когда он изучал ее лицо. Казалось, он ушел в себя, тогда ей стало страшно, что она сказала что-то не то, но это просто выскочило из нее.

Он улыбнулся так широко.

— Повтори.

Кирби вздохнула с облегчением и усмехнулась.

— Повторить

что?

Рейн усмехнулся, припал ртом к ее и, не торопясь, исследовал ее губы, прежде чем всосать ее нижнюю губу. Он зарычал, когда она укусила его нижнюю губу и встретила его язык, подражая танцу любви. Рейн переместил их к входной двери, затем снял ее сарафан через голову. Потом последовала его собственная рубашка, упав где-то на землю. Она не могла быстро расстегнуть пуговицы на джинсах и облегченно вздохнула, когда их расстегнули. Его толстая эрекция выскочила. Вздрогнув в ожидании, она погладила рукой вверх и вниз по его мускулистому груди и слегка ущипнула его соски, любя, когда он сходил с ума. Кирби любила, когда он доминировал во всем.

Он оторвал свой рот от ее и посмотрел ей в глаза.

— Женщина, ты меня сводишь с ума, каждый раз, когда я прикасаюсь к тебе, я завожусь.

Рейн зарычал, подтолкнул ее к двери и набросился на ее киску. Ее голова упала на дверь, когда он сосал ее, потянул в свой рот, рыча, из-за чего прошла дрожь через ее тело. Она почувствовала, как ее киска сжалась, и поняла, что она мокрая. Боже, она любила его рычащим, это было так сексуально.

Он застонал напротив ее киски, когда пил ее соки.

— О, Рейн, пожалуйста, я собираюсь ... О, заставь меня ...

Рейн снова зарычал и добавил толстый палец к его языку.

Ее рука спустилась, чтобы схватить его за волосы, когда он укусил ее клитор и добавил второй палец, который заставил ее кончить, выкрикивая:

— Ах, я люблю твой рот.

Рейн улыбнулся ей, и она увидела, что его губы блестят от ее соков. Она вздрогнула, когда он облизнул губы, затем поднял пальцы, облизал их начисто, застонав.

— Ням, ты так хороша на вкус.

Она подтянула его за волосы, чтобы показать ему, насколько она ценит его. Прижимаясь ртом к его, она расположила свою киску напротив его члена и опустилась вниз. Пробуя его рот и себя на нем, она терлась своим телом об него.

— Мне все нравится в тебе, Рейн. Твое тело может заставить ревновать даже греческого бога, — она усмехнулась. — Мне нравится, что это все мое, ты весь мой. Ты подходишь мне идеально.

Она сжала свою киску, и его лоб упал на нее. Он застонал.

Она продолжила, желая дать понять, что чувствует.

— Мне нравится, как ты всегда убеждаешься, что я счастлива прежде всего, но то, что я больше всего люблю - это твоя любовь ко мне во всем, — она посмотрела ему в глаза. — Мне нравится, как ты относишься к моим братьям, особенно, к Логану. Помогаешь мне с моей борьбой, готовишь для меня, и просто делаешь такие вещи, как ставишь навес и делаешь тайный проход, чтобы мои родители могли приезжать. Это лишь некоторые из многих причин, почему я люблю тебя.

Он усмехнулся и прижал ее к двери снова. Его руки сжали ее грудь и медленно начали двигаться к ее лицу. Она посмотрела в его голубые глаза, они искрились, когда он заговорил.