Пара-норма
Шрифт:
– Тогда ешь! – усмехнулась Варька.
Сегодня они никуда не ходили, а просто валялись на кровати и пялились в телевизор. Прямо, как настоящая семейная пара с двадцатилетним стажем.
Семен не мог оторваться от экрана, но и Варьку облапил и от себя не отпускал.
– Нет, ты посмотри!! Баронов-то какой молодой!! – удивленно смотрел он на выступление известного певца. – И шевелюра такая! Молоденький такой…
– Да какой же молоденький! – не соглашалась с ним Варька. – Это же повтор последнего новогоднего
– Да? А я что-то… мне показалось, что вроде как свеженький такой… Ого! А Богатская-то!! Не узнать!!
– Ну почему? – снова не понимала Варька. – Нормально она выглядит, чего уж прямо и не узнать…
– Правильно! Это я потому тут никого узнать не могу, что у тебя телевизор… Чего экран такой маленький? Он у тебя старенький, да?
Еще бы не «да»! да ей его отдала соседская бабушка снизу, потому что ей сын купил новый, здоровенный, цветной… А Варьке и этот нормально… хотя, Семен прав, в нем скоро ни одного артиста не узнаешь.
– Сейчас ведь маленьких нет… – что-то пробубнила Варька. – А большой… куда мне его ставить? Он столько места займет, а комнатка у меня… сам видишь…
– Понятно, – с готовностью кивнул Семен. – Прости дурака, не подумал.
– А на втором канале кино идет, может лучше его? Там никого узнавать не надо…
И они стали смотреть какую-то серию любовного мыла. Фильм Семену очень понравился. Правда, он совсем не видел, что там на экране делается, зато у него очень хорошо получалось инсценировать реплики киногероев.
– «Любимая! Я столько лет мечтал прижаться к твоей руке! Дай я ее поцелую!» – доносилось с экрана и Семен хватал Варькину руку и тянул к губам.
– Варя, ну не мешай, дай же руку! Слышишь, дяденька мечтал о руке… Вот ненормальный, почему только о руке-то?
– «Ах, милый! Я вся сгораю!! Целуй же меня! В моем сердце пылает страсть! Я сейчас испепелюсь, как ветка сакуры.» – вторила своему любовнику кинодива.
– Варя! Ну давай, проси меня скорее, чтоб я тебя поцеловал, – тормошил Варьку Семен.
Варька только хохотала и визжала от щекотки.
– Семка!! Ну я сейчас задохнусь, отпусти!!
– Варвара!! Относись серьезнее! Там таких слов не было! Давай, как там…! Я вся сгораю, целуй же меня!», тоненьким таким голоском… Давай!
– «Боже мой! Твои руки такие сильные!» – неслось с экрана.
– Ну погодите! Видите, мы не вписываемся в сценарий! – ворчал Семен, не выпуская Варьку. – Варвара!! Все кино насмарку!! Теперь говори, что у меня руки сильные… хотя, это можно пропустить… Здесь нет руководства к действию.
Конечно, и эту ночь поспать не удалось. Да и разве об этом кто-то жалел?! Единственное, что печалило, так это то, что ночи такие короткие! Только начинаешь верить, что ты не один, а уже надо
– Варь, мне пора, – потерся о ее голову лбом Семен. – Я скоро приду, ты не будешь скучать?
– Буду, – честно отвечала она.
– И я буду… – вздыхал он. – Но… Я что-нибудь придумаю.
– Придумай… – потянулась она к нему и мурлыкнула котенком. – Пр-р-ридум-м-м-ай, а то… как там тетка говорила? Я засохну, как ветка сакуры.
– Она испепелиться обещала, не умаляй трагизма!
Сегодня Варька прибежала на работу с опозданием. И как такое получилось, сама не поняла, вроде и встала рано, может потому, что уселась перед зеркалом, да так и застыла перед ним. Все думала – и что же он в ней нашел такого удивительного, ее Семен? А потом красилась. Долго, тщательно. У нее и косметики-то стоящей не было, но много ли надо, когда тебе всего лишь девятнадцать, когда у тебя глаза горят так, что их ни какой тушью не пригасишь, когда румянец полыхает заревом, даже если он и вовсе не нужен, а губы…
– Ты чего это? – испуганно уставилась на нее Юлька. – Ты заболела что ли?
– Нет, а что случилось? – тоже переполошилась Варя.
– Так опоздала ж! на целых… Ого! Да на час почти!
– Я ж вам говорила – мужик у нее! – подала голос Наташка. – она скоро и вообще на работу приходить перестанет, если богатенький попадется.
– Варенька, не слушай ее, – сразу же защебетала тетя Аня. – женщина не должна себя терять! Помимо кастрюль у нее должно быть свое дело, только тогда она достойна уважения!
– И ведь нет бы сказала – «вместо кастрюль», – ядовито поддела Наташка. – А то «помимо»! То есть, крутись, женщина и с кастрюлями, и с грязным бельем валандайся, и с тряпкой, но при этом не вздумай себя потерять!
– Ой, девочки! А мне и не тяжело с кастрюлями, для любимого-то человека… – проболталась Варька.
Наташка замерла. Честно говоря, она и сама не верила, что у Варьки может завестись какой-то там мужик, мышка серенькая, куда ей, а та!..
– Теряем сотрудниц, вот что я вам скажу, – усмехнулась Ирина Павловна. – Варенька, ищи обязательно богатого. И… черт с ним, можно и себя потерять, если по большому счету. Можно подумать мы вот здесь, возле этих машинок какое-то там уважение заработали! Есть возможность – сиди дома!
– Юлька, а ты уже на работу вышла? – повернулась Варя к подруге.
– Да нет, я договорилась с Ирмой, работу на дом буду брать, она ж понимает, что мне сейчас хоть разорвись. А ты бы меня пока измерила, а то сейчас Ксюшка приедет, и как ты без меня кроить станешь?
Варя только удивлялась. Юлька уже плотно приклеила к себе безотказную соседку, и та теперь возила ее куда только Юленьке вздумается, будто у Ксении ни своих дел, ни интересов, ни родственников не имелось.
Ксения и в самом деле скоро приехала.