Папины сыночки

Гейфилд

Нэрданэль: – Адэль, всё так вкусно! Вы ведь поделитесь со мной рецептом вот этого, того и ещё вон того в фарфоровой мисочке?

Адэль, сияя: – Конечно же, дорогая! Ты любишь готовить?

Махтан, фыркнув: – Я люблю.

Хайнрих улыбается.

Адэль, прижимая руки к груди в умилённом жесте: – Как здорово! Хури, у твоей возлюбленной хорошая наследственность! Женись на ней поскорее, пока за ней не приударил кто-нибудь ещё! Только подумай, как славно вы с ней заживёте вместе! В твоей квартире будут

царить чистота и уют…

Феанор делает вид, что задумался, и прикрывает рот рукой, пытаясь не ржать. Мелькор сосредоточенно ест яичницу.

Адэль: – …будет вкусно пахнуть с кухни…

Феанор, напряжённо: – Извините, мне нужно отойти. – Выходит через смежную дверь на веранду, оттуда в сад, огибает дом и, убедившись, что его никто не услышит, сползает по стене, держась за живот и согнувшись от хохота.

Воспоминание Феанора.

Кухня.

Феанор: – Я купил тебе кухонный комбайн, мясорубку и блендер. Сам я обходился и так, но раз тебе придётся на целых полтора дня остаться с Мэдди, я решил обзавестись техникой. Не хочу, чтобы они питались из баночек.

Нэрданэль: – М-м-м… а как это работает?..

Феанор: – Вот, смотри, открываешь здесь, кладёшь яблоки и морковку, закрываешь, нажимаешь кнопочку, на выходе получаешь пюре.

Нэрданэль: – Это слишком сложно. – Вздёргивает нос и удаляется, гордо хлопнув дверью.

Феанор, который держит на свободной руке маленького Маэдроса: – Блин. – Достаёт телефон и звонит Махтану.

Сонный голос Махтана: – Чего хочешь от меня ты в столь ранний час, о незнакомец?

Феанор: – С добрым утром! Уже пять вечера, пора вставать.

Махтан, оскорбленно: – Какая рань!

Феанор: – Не буду рифмовать при ребёнке. Я понимаю, что это неожиданный вопрос, особенно в такое время суток, но я всё-таки хочу его задать.

Махтан: – Нет, ты мне никогда не нравился… как мужчина.

Феанор, хихикнув: – Я о другом.

Махтан: – Мелькор тоже. Но он обаяшка, и пару раз…

Феанор, хохоча: – Да я не о том! Нет, замолчи! И не о Финвэ тоже! И не… Слушай, Нэрданэль хоть раз заходила на кухню?

Махтан: – Неоднократно.

Феанор: – И что она там делала?

Махтан: – Искала что-нибудь поесть в холодильнике или бросала в раковину использованные ватные диски. Ну и… ещё что-нибудь.

Феанор: – Я так понимаю, о кухонной технике она не имеет ни малейшего понятия.

Махтан: – Обижаешь, я научил её открывать холодильник… когда ей было двенадцать. Мысленно я до сих пор отмечаю этот день. Шестнадцатого июля, как сейчас помню.

Феанор: – Так. А до того как она жила?

Махтан, писклявым голоском: – «Па-а-а-апа-а-а-а-а, найди мне что-нибудь пое-е-е-есть!»

Феанор вздыхает.

Махтан: – А я тебе говорил, говорил, не женись! Попроси её

быть биологической матерью! Хотя… не уверен, что смог бы ухаживать за ней так, как ты.

Феанор: – Мои дети должны были родиться в браке.

Махтан: – Ты такой старомодный.

Феанор: – Какой есть. Ладно, придумаю что-нибудь.

Махтан: – А что происходит?

Феанор: – Да мы тут с Финвэ уезжаем на два дня… ничего не могу поделать, ехать надо, а Мэдди оставить больше не на кого. Она опять будет кормить его из баночки… хорошо, если на этот раз собачьи консервы хотя бы окажутся свежими.

Махтан: – Читать упаковки она тоже не умеет. Собачьи консервы не только Маэдрос ел.

Феанор стонет.

Махтан: – Может, мне приехать и проконтролировать?

Феанор: – Ты меня очень обяжешь.

Махтан: – Ну чего ж ты сразу не сказал. – Кладёт трубку.

Феанор смотрит на девятимесячного Маэдроса и гладит его по голове: – Паштет для такс – это, конечно, не худший выбор, но я всё-таки предпочитаю, чтобы мой сын питался эльфийской едой.

Нэрданэль: – Видишь, как хорошо быть женатым! – с удовольствием ест очередной вкусный и питательный салат.

Хайнрих: – А как вышло, Махтан, что у вас такие разные сыновья?

Махтан: – Да они все просто вылитый я! Мне кажется, даже Мелькор на меня чем-то похож.

Мелькор радостно кивает.

Вернувшийся Феанор садится рядом с другом и трепетно сжимает его руку: – Это потому что я выбирал мужчину, похожего на моего любимого папочку!

Манвэ: – Думаю, я в своё время поступлю так же.

Адэль, розовея: – Какое нежное признание в любви к родителям! – Сурово смотрит на Гортхаура: – Нэрданэль ведь похожа на меня?

Гортхаур, ядовито: – Нет, я выбирал женщину, похожую на папу!

Хайнрих от души смеётся.

Адэль: – Фу, как некрасиво, тем более при гостях.

Мелькор пытается не улыбаться и ищет, чем бы себя отвлечь.

Феанор, нежным голосом: – Передать тебе сахар? У тебя ведь кофе несладкий… – Сам кладёт Мелькору в кофе три кусочка сахара и размешивает.

Адэль сразу забывает про непутёвого сына и всё своё внимание обращает на воркующего Феанора.

Мелькор, с лёгкой опаской: – Спасибо.

Феанор, накрывая ладонью его пальцы: – На здоровье.

Гортхаур, побагровев, с яростным звоном размешивает свой кофе.

Нэрданэль, обняв его за плечи: – Милый, я же тебя просила, не надо так на них смотреть. Они стесняются.

Феанор, многозначительно посмотрев на Гортхаура: – Да.

Адэль: – Махтан, ваши дети такие милые! Манвэ, а чем вы занимаетесь?

Манвэ: – Я танцор. Думаю, нужно пригласить вас с Хайнрихом на моё выступление. Если, конечно, вы не против современного искусства.