Папины сыночки
Шрифт:
Мелькор, радостно: – Да!
Феанор, морщась: – Да погоди ты! Я звоню узнать, как ты там. Ты же забрал Гора?
Мелькор: – Ну да.
Феанор: – Он хорошо себя ведет?
Мелькор, удовлетворенно улыбаясь: – Не жалуюсь.
Феанор: – Хорошо. Значит, можно поднимать сервер.
Мелькор хохочет.
Феанор: – Ну ладно, пока. – Выключает телефон и пробует кашу.
Мелькор садится за стол и достаёт из пачки ещё одну сигарету.
Воспоминание Мелькора,
Свадьба Феанора. Вечер. Невеста танцует с отцом, подружки сентиментально плачут.
Феанор уходит, Мелькор поднимается из-за стола, извинившись перед Финвэ, которого оборвал на полуслове, и следует за другом.
Феанор стоит в туалете и смотрит в зеркало, опираясь на раковину. Лицо у него бледное, под глазами синяки.
Мелькор подходит, останавливается у него за спиной. Вид у него совершенно безумный, глаза как у безнадежно больного, перед которым маячит последняя надежда.
Феанор молча поворачивается к нему.
Мелькор несколько секунд смотрит на него, кладет руки ему на плечи и наклоняется к нему. Феанор с болезненной улыбкой закрывает ему рот ладонью и отстраняет.
Мелькор истерически всхлипывает, вздрогнув, как от судороги.
Феанор обнимает его за плечи и гладит по волосам, всё так же ничего не говоря.
Мелькор, сорванно: – Я... дурак... прости...
Феанор, с усмешкой: – Конечно, дурак. – Невесомо скользит губами по его виску, так, чтобы Мелькор этого не почувствовал. Друг сдавленно плачет, судорожно сжимая его плечи.
Квартира Фингольфина.
Фингольфин развалился на диване в расстёгнутой рубашке и с бокалом в руке, рядом ютится Финарфин с шоколадной конфеткой. Махтан разливает виски в ещё три бокала.
Махтан: – …и тут мне этот пи… полицейский и говорит…
Входит Феанор с кастрюлей каши, завёрнутой в полотенце.
Махтан: – О! Каша!..
Феанор, ухмыляясь, ставит кастрюлю на столик и раздаёт всем по ложке.
Фингольфин: – От твоей бывшей такого деликатеса не дождёшься!
Феанор, ехидно: – Вас послушать, так надо было на мне жениться!
Махтан: – Почему, вот я бы тебя усыновил!
Феанор, хихикая: – Уволь, усынови лучше Мелькора!
Фингольфин: – Кстати, почему Мелькор всё ещё не здесь? Или я просто не знаю, что он тебя пасёт на лестничной площадке?
Феанор: – Ему не до того. И я же не изверг… что, я бы ему каши в блюдечко не налил?
Фингольфин и Махтан ржут, Финарфин смущённо кусает свою конфетку.
Махтан, зачерпывая из кастрюли: – Ммм! Аромат разгула!
Феанор, отпивая виски из бутылки: – Только у тебя, наверное, дух пшённой каши ассоциируется с разгулом!
Махтан, наставительно: – Дух пшённой каши есть дух бунта!
Фингольфин тоже тянется к кастрюле.
Махтан, торжественно: – Поднимем же ложки
Звонок в дверь.
Фингольфин, напряжённо: – Некоторые всё-таки могут. – Встаёт и, опираясь на костыль, ковыляет в прихожую. Феанор молча следует за ним.
Лестничная площадка.
У двери в квартиру Фингольфина стоит разъярённая Индис и жмёт на кнопку звонка.
Щёлкает замок, дверь открывается. Фингольфин в расстёгнутой рубашке, бледный и немного растрёпанный, стоит в тёмной прихожей, держась за стену,.
Индис: – Финарфин у тебя? – Пытается пройти, но Фингольфин загораживает ей дорогу костылём.
Фингольфин, с печальной улыбкой глядя на мать: – Рад тебя видеть, мама. Я думал, ты хотя бы раз спросишь, как я себя чувствую.
Индис вскидывает голову: – Я волновалась за вас. Ты уже взрослый мужчина…
Фингольфин: – Да надо же.
Индис: – А твой брат – рохля и тюфяк, и я…
Фингольфин, с угрозой наклоняясь вперёд и зло глядя ей в глаза: – Больше ни слова о моём брате!
Индис, от неожиданности теряясь, отступает назад и хватается за перила лестницы, высоким голосом: – Что у вас тут происходит?!
Из темноты прихожей появляется Феанор и молча обнимает Фингольфина за плечи.
Индис, задохнувшись, возмущённо вскрикивает: – Что?!
Феанор: – У нас тут оргия, извини. – Ядовито глядя на неё, закрывает дверь.
Чуть смазанные воспоминания Фингольфина в холодных тонах.
Приоткрытая дверь в кабинет отца. Слышен приглушённый разговор.
Высокий взволнованный голос Индис: – …мне врать, я всё знаю…
Тихий безразличный голос отца: – Тем лучше. Не надо тебе объяснять, почему я ухожу.
Фингольфин, которому лет пять, стоит в тёмном коридоре и смотрит в щель на поникшую мать.
Фингольфину лет пятнадцать. Он собирается в колледж, делает себе завтрак. За столом сидит Финарфин, ему лет восемь. Он подавленно смотрит в тарелку, Индис, нависнув над ним, выговаривает: – Если ты не будешь есть, ты не вырастешь, станешь как твой отец – тощий, ни на что не годный слизняк!
Мать уходит, Финарфин тихо, обращаясь больше к себе, бормочет:
– Потому он и ушёл… я бы тоже хотел уйти…
Фингольфин молча берёт свой завтрак и уходит, руки у него дрожат.
Оживлённая улица, поздний вечер. Фингольфин под руку с Нэрданэль выходит из театра и неожиданно сталкивается с отцом. Тот постарел, но выглядит отлично для своих лет, за его локоть цепляется очередная молоденькая любовница. Фингольфин вскидывает голову и проходит мимо, не повернувшись. Отец коротко взглядывает на него, не замедлив шаг и даже не кивнув. Нэрданэль и любовница отца окидывают друг друга оценивающими взглядами.