Папины сыночки
Шрифт:
Финарфин, вздохнув, снова садится рядом: – Я для тебя не могу сделать ничего полезного.
Фингольфин: – Не глупи. Хочешь персик?
Палата Гортхаура.
Гортхаур и санитар сидят рядом на кровати с ноутбуком. Санитар водит пальцем по панели: – …проходишь вот эту локацию и видишь…
Гортхаур, горящими глазами глядя в монитор: – Да, да!..
Санитар: – И вот, там такая шняга… получаешь ману и ещё всяких прибамбасов…
Гортхаур: – А вот у нас…
В палату заглядывает медсестра и осведомляется: – Эй, ты не
Санитар: – Отстань!
Медсестра: – Тебя уволят на хрен!
Санитар, неохотно поднимаясь: – Ладно, ты тут играй, а я когда вернусь, ещё тебе расскажу…
Гортхаур хватает ноутбук и с воплем восторга заходит на любимый игровой сервер.
На весь экран выплывает надпись кровавыми буквами: «С выздоровлением, родной! Завтра на работу. Феанор».
Больницу оглашает леденящий вопль.
Медсестра, флегматично: – Опять звук выключить забыл.
Квартира Феанора.
Маэдрос надевает на Амроса курточку: – Следи за Кэлегормом, чтобы он вёл себя хорошо.
Амрос: – Я за ним присмотрю.
Кэлегорм вертится рядом, то и дело посматривая на стоящего в углу Фингона, и довольно улыбается.
Маэдрос: – Финни!
Куруфин выходит из своей комнаты со скелетом радиоприёмника под мышкой и отвёрткой.
Маэдрос: – Нет, приёмник лучше дома оставь. Вдруг его не позволят пронести через металлоискатель.
Куруфин, возмущённо: – Но он же совсем на бомбу не похож!
Маэдрос: – Это только тебе видно. Ну и ещё папе.
Амрод, уже одетый: – А Мелькор с нами не пойдёт?
Амрос, серьёзно: – Он же занимается блядством.
Амрод: – А-а-а.
Кэлегорм, поперхнувшись, смотрит на близнецов. Маэдрос ехидно на него косится.
Кэлегорм, правильно истолковав его взгляд: – Нельзя про блядство вслух говорить!
Маглор, протискиваясь мимо младших братьев: – Ага. Только на ушко и шёпотом, лет так через двадцать пять.
Кэлегорм, истерически: – Почему через двадцать пять?!
Маглор: – А ты думаешь, на тебя кто-нибудь позарится уже через десять?
Маэдрос, устало: – Амрод, присмотри за Маглором.
Маглор, наклоняясь к Амроду, делает страшные глаза: – И ты увидишь в моих глазах смерть!
Амрод смотрит на него выпученными глазами.
Амрос, солидно: – Ну, с этим ты явно поторопился.
Маглор улыбается и снова замирает у двери. Раздаётся звонок.
Маглор: – Папа! – распахивает дверь и повисает на шее у Мелькора.
Гневный вопль Амроса: – Моё!..
Мелькор, с хохотом обнимая юношу: – Боюсь, малыш, у тебя неправильная информация.
Феанор отпихивает друга в сторону и обнимает сына: – К моему прискорбию, дети, проще поехать в кино с Мелькором, чем убедить его, что мы и сами доберёмся.
Мелькор подмигивает Маэдросу и берёт на руки близнецов, которые принимаются дёргать его за волосы: – Да, я такой, я настырный! Ну, все вниз, искать мою машину, там шоколадки
Маглор с возгласом: «Череп?!» кидается вниз по лестнице, остальные срываются следом, Мелькор тоже уходит. Феанор обнимает первенца, гладит по голове Фингона и говорит: – Твой папа в порядке, я звонил, узнавал, выздоравливает не по дням а по часам. Мы идём в кино, потом ещё в кафешку заглянем, завтра выходной, так что вы нас не ждите, ложитесь спать… близнецы и Финни, если что, в машине поспят. Доброй ночи. – Целует сына в щёку, подмигивает Фингону и выходит.
Фингон: – До свидания!
Маэдрос: – Пока, папа! – Едва закрывается дверь, прижимает Фингона к стене и целует, крепко обняв. – Не будем терять времени… пошли пить чай!..
Здание кинотеатра. На стоянке паркуется джип Феанора, оттуда высыпают четверо детей, затем выходят Финвэ и Мелькор с близнецами на руках, причём Амрод намертво запутался руками в его волосах. Хлопает дверца водителя, к компании присоединяется Феанор.
Феанор: – Мел, спасибо, конечно, что не давал Амросу нажимать на кнопки…
Мелькор: – …спасибо Амросу, что он хотя бы смог выпутаться к концу поездки!
Феанор быстро и ловко освобождает второго малыша, сумев даже не повредить причёску друга. Мелькор спускает близнецов с рук и отряхивается.
Феанор: – Ну, спасибо за компанию, мы пойдём. А тебе ещё к Гортхауру идти.
Мелькор, со вздохом: – Ну ладно. – Жмёт всем руки, но не уходит. Финвэ понимающе зовёт детей за собой, и они входят через большие стеклянные двери в освещённый холл.
Феанор, проследив, чтобы все вошли и никого не прищемило дверью, напряжённо: – Ну что ещё?
Мелькор, кладя руку ему на плечо: – Спасибо. Я благодаря тебе с Гором помирился, ну и… вообще.
Феанор, подозрительно на него глядя: – Что «вообще»?
Мелькор, с улыбкой: – Я рад, что ты есть.
Феанор хмыкает. Мелькор ещё секунду тепло смотрит на него, потом поворачивается и, сунув руки в карманы, идёт прочь по освещённому тротуару.
Воспоминание Феанора в золотистых тонах.
Феанор, сутулясь, не в лучшем расположении духа стоит около какого-то клуба. Ему на вид можно дать лет восемнадцать. Мелькор стоит рядом, в рваных джинсах и байкерской куртке, звучит песня Синатры «Strangers in the Night».
Мелькор: – Обожаю эту песню, она такая романтичная…
Феанор мрачно зыркает по сторонам.
Мелькор: – Тебе купить что-нибудь? Ну, шоколадку?
Феанор немного смягчается, это видно по едва уловимому изменению мимики. Мелькор хлопает его по плечу и, сунув руки в карманы, идёт по тротуару к освещённому киоску вдалеке… Феанор смотрит ему вслед, едва заметно, неумело улыбаясь. Мелькор оборачивается на ходу и дарит ему полную обожания улыбку. Феанор тут же отворачивается, но улыбается шире, мечтательно и растроганно, как не улыбался, наверное, никогда.