Папины письма
Шрифт:
Да, наверное, так и есть – боль жизни утихает, как страх перед смертью – ты растворяешься в небе, ты сливаешься с дорогой, ты звук в тишине, ты ваза, в которой букет шумов повседневности – больше всего хочется научиться не торопиться, … не произносить… 06.04.2010г.
Свободное качение на двух колесах по городку пустому, но раб я сумерек и боли, как будто двигаюсь по линии отсутствия, по кромки прощания, по кругу невозврата, по хрупкости осенних листьев…26.10.2014г.
Культивируемая бездомность – как отсутствие моей девочки – пассивное не быть,
Твой короткий приезд многое изменил в моей жизни – стало свободней – теперь можно говорить о тебе – кто-то (или Анна или т. Таня) вставил твою фотографию (В Трире у фонтана с Анной, где ты болтаешь ногами) в дверку кухонного буфета, т.е. на самое видное место в нашей квартире, – за чаем ты выглядываешь через мои плечи – я сижу всегда спиной к буфету, но в твой приезд я сидел к окну, где обычно пусто, хотя нет: там кошки, – кто-нибудь из них – вместе они не любят. Я запомнился тебе, пожалуй, болтливым – но это приступы – чаще я же обычно бываю молчалив и наблюдателен как ты, и на лице притаившаяся недоговоренность – на этой платформе ты стояла…6.08.2001г.
Здравствуй, Даша, – это мой ночлег у одной из речушек впадающих в Рейн – бывает страшно, но я путешествую один – я одиночка, я человек одинокий – т.е. человек хорошо помнящий то, что он потерял на этом белом свете и стремящийся туда, где нельзя встретиться, где только дорога, и я не хочу, чтобы моя грусть о тебе сменилась чем-нибудь другим – мне не хватает тебя, как тебе теперь не хватает балета, который стал твоим инструментом миропонимания, твоим языком – ты всегда будешь вдруг обнаруживать тянущийся носочек, и вот смотри даже башенный кран, разве он покатившись, словно погнанный ветром, не перебирает быстро-быстро своими короткими ножками в пуантах туго затянутыми широким атласным бантом. Я пишу тебе грустно, надеясь, что ты мне всё прощаешь – и я теперь легче, чем в институте, где мы познакомились с мамой – легкий как в балете и через яму пустого живота я радуюсь радостью твоих тянущихся мышц.
Идешь давно и не готов к случайному, – как будто бы вода, как будто опускаешь руку – как будто узнаешь, не называешь – как будто ждешь – изгиб реки всегда как ухо, как будто бы немой я – и слово как луна, как половинка, как всегда.01.04.2013
Покой уже не возвращения, уже я знаю навсегда, среди миров смирение. Уже я не спешу, – ночлег случится, глаза закроются, и слов я буду не хотеть, – прощание немое – моим, что, было? 11.03.2015
Мое ноябрьское одиночество – потом уже навсегда, и моя выдержка, и мои два колеса, и случайные ночлеги, возвращаюсь недоговоренностью в ноябрь, и по прежнему осторожно ступаю, – я весь. 01.11.2014
У меня новый спальный мешок Deuter – как твой рюкзак – мне без мешка никак и мне тепло в нем, и я говорю, что мне это подходит – спать в мешке это не выбор, – это было дано мне, – давно и навсегда – и на память моим девочкам. 26.12.2014
Долго держу голову как ты, – когда уже в зеленых носках – ноги …….. я поцелую – но сбросив открытку этот прошедший день весь еще впереди – сбросив открытку вертеть головой по сторонам – т.е. утро – Даша каши краше. 05.11.2001
Год
Я на границе со Швейцарией – здесь живет твой д. Витя, он попал нах Auto в аварию – но кризис уже прошел – все должно кончиться хорошо. Я буду неделю ходить в больницу ухаживать за ним, читать и писать тебе. Сегодня проснулся в квартире племянника – спустил ноги с кровати, сел и сново почувствовал – сижу как ты – но теперь я это легко узнаю – первый раз было трудно понять, что это ты во мне. 7.01 2002
Так голос мой хрупкий, как изгиб реки, жаждал выждать твое имя, как берег сохранял русло – так губы мои сухие хранили дорогу и след, который не мог вернуться и не мог крикнуть. 1.09.2011
Листья зеленого чая, как писчая бумага, как крыша сухая, как волос твой длинный, как ожидание без конца, как в ручную связанные носки, как скамейка ночлежная, как рельеф на шинах велосипеда, как питание в сухомятку, как образ жизни, как наследство мое, как имя… 9.01 2013г
Я привыкший к печалям, печалюсь моих девочках – в тени слов скрыта моя печаль, и ход велосипеда размерено – печальный, и я не гоню его – мы плетемся одиноко по свету и большей частью молчим и произносим девочек имена без ударных слогов – и это как будто немой черно-белый фильм – немая печаль, как потоптанные дороги, где девочки мои… 07.12.2012
Впервые зеленый чай, который взбивается бамбуковой кисточкой – это начальная форма – вкус и линия пиалы несут в себе параллельно какое-то чувство незнакомой родины и неназванного отсутствия и где случайно притаится рядом наше скрытое от нас Я – и это есть не гордое присутствие, а выжидательное согласие, которое разрушится другими потоками форм, света, запахов, воспоминаний. 30.08.2012
Вот здесь я весь, когда мне грустно – карабкаюсь словами вверх к тебе. Стыдливый я жилец, и это глубина моя, и одиночество, и выдержка. И дорого мне долгое прощание, как усталые одежды путника без дома. 04.10.12
Письма к тебе, которые я не узнаю потом, как не узнаю себя назад или вперед, как не было попытки выиграть или себя сохранить и этим спасен – к тебе лицом сейчас, как безвыигрышное прощание и беззвучные шаги, покинув место, где написал, как лежбище короткое, где примятая трава, как повторение. 20.06.2012
Я хотел умереть похожим на птичий клюв, на часть буквы – как заике, мне знакома их разорванность, буква всегда как старый город – где растерянный я споткнусь – не был и не буду на этих улицах – разжимаю и теряю в руке незнакомое.
Мы будем жить от Рейна выше – я буду в гараже писать тебе, я там поставлю стол и буду заново учиться понимать, благодарить и плакать. 10.05.2015
Я скоро переселюсь из-под письменного стола, мы будем жить в квартире, где вас кормили супом и говорили по-английски. Это высоко и с панорамой на этот берег Рейна, где мы долго брели вверх и парили над течением времени. 02.04.2015
Я до сих пор царь. Книга XXXII
32. Дорогой барон!
Фантастика:
юмористическое фэнтези
аниме
попаданцы
рейтинг книги
Черная стрела
Приключения:
исторические приключения
рейтинг книги
