Папа для Лисички
Шрифт:
Они обе выходят, а Юлька аплодирует мне стоя.
— Браво, подруга! Вот это я понимаю, человек с больничного вернулся! Вот это тебя «вылечили»! Ты мне телефончик этого доктора скинешь?
— Юль! — хочу оборвать ее строго, но губы самовольно расплываются в улыбке.
— Нет, нет! Я не претендую! — смеется Юлька. — Просто рада за тебя.
— Да нечему особенно радоваться, — вздыхаю я. — С Максимом мы расстались.
— Жаль, — поджимает губы Юлька. — И все равно ты изменилась. Так что подумай, может еще не все потеряно?
—
День пролетает быстро. Работы накопилось много, и каждые пять минут мне хочется вернуть Драконихе ее слова про бардак в документах, который устроила ее неподражаемая Зиночка! Но Эва Эдуардовна к нам вернулась всего на пять минут, чтобы забрать свои вещи и обдать меня ненавистным взглядом. А потом они вместе с Зиночкой куда-то умотали.
Без них однозначно легче дышится и работается, чему я очень рада. Работа отвлекает от тревожных мыслей, которые все равно не отпускают.
Максим так и не перезвонил. Домой нас отвозит все тот же водитель. Меня подмывает спросить, все ли хорошо у его шефа, но понимаю, что это будет некорректно, да и едва ли водитель что-то знает. Поэтому просто благодарю его и выхожу из машины.
Идем к подъезду, но вдруг слышу сзади:
— Олеся!
Оборачиваюсь. Светлана.
— Привет, — произношу удивленно.
— Привет! Я хотела бы поговорить с тобой, — выдает напряженно.
У меня сердце тут же заходится от беспокойства.
— С Максимом все в порядке?
— В том-то и дело, что нет.
— Что с ним? — не получается скрыть в голосе волнение.
— А мы можем поговорить не на улице? — хмурится Светлана.
— Эм, — немного теряюсь, но быстро прихожу в себя. — Да, конечно. Пойдем.
Мы поднимаемся в квартиру. Хорошо, что лифт сегодня работает. Не думаю, что Светлана привыкла к забегам по лестницам, особенно если вспомнить, что она в положении.
Приглашаю Свету на кухню, ставлю чайник, присаживаюсь напротив. Она с интересом осматривается, но все еще молчит.
— Так что с Максимом? — тороплю ее.
— Все плохо, — драматично вздыхает Светлана. — У него разбито сердце.
Я зависаю на несколько секунд, переваривая сказанное. Понимаю, что зря волновалась.
— Светлана, — начинаю строго.
— Олесь, ты меня извини, — поднимает она примирительно ладони. — Я понимаю, что лезу не в свое дело и все такое. Просто Максим для меня очень близкий человек. И мне больно видеть, как ему плохо. Поэтому, — она делает паузу для глубокого вдоха, — я хочу рассказать кое-что. А дальше, решай сама.
— Хорошо, говори.
— Я не знаю, как давно вы познакомились, и сколько времени были вместе, но как я поняла, не очень долго, — тараторит она, явно волнуясь. — Я уверена, что Максим не рассказывал многое о себе, а есть важные вещи, которые, как мне кажется, ты должна знать.
— Я слушаю, — внимательно смотрю на нее.
Светлана продолжает:
—
— Сочувствую. Я не знала.
— Да. Это было большое потрясение для нас. Автокатастрофа. Их не стало в один миг.
А дальше Светлана рассказывает о сложных отношениях Макса с отцом, о том, что родители не жили вместе много лет, и только в последний год перед аварией снова нашли друг друга, о проблемах в бизнесе, которые свалились на них после смерти отца.
— Так вот, к чему я все это, — подытоживает Светлана. — Максим ожил рядом с тобой. Я ненадолго снова узнала в нем моего любимого брата. А сейчас… Я наблюдаю жесткий откат. Плюс, на них снова посыпались большие проблемы в бизнесе. И я переживаю, что сейчас он не выгребет, понимаешь? Я очень хочу ему помочь.
— Свет, это похвально, — поджимаю губы. — Только я не пойму, что ты от меня хочешь?
— Я знаю, у вас что-то случилось на том вечере в ресторане, — продолжает она. — Игорь видел, как к вам подходила эта вульгарная девка. Я подозреваю, что она сказала какую-то гадость. Я знаю, Макс встречался с ней. Но ты же умная девушка, Олесь, ты должна понимать, для чего мужики заводят такие связи, — впивается в меня взглядом.
— Я понимаю. И?
— Я хочу, чтобы ты знала. Она ничего не значит для Макса, — многозначительно проговаривает. — Какую бы чушь эта курица ни несла, она это делает из злости, ревности, меркантильности, понимаешь?
— Понимаю, — усмехаюсь в ответ. — Но это ничего не меняет.
— Почему? — удивляется Света. — Почему тогда ты отталкиваешь Максима? И еще скажи мне одну вещь. Ты беременна?
— С чего ты взяла? — мне становится очень неприятно от этого разговора.
— Ну, — начинает нервничать Света, — просто… Макс звонил, просил телефон моего гинеколога. Я подумала, это для тебя, — смотрит растерянно.
— Нет, — усмехаюсь грустно. — Это не для меня. Это как раз для Марины!
— Что? — вытягивается лицо Светланы. — Эта курва залетела?
— Вот это тебе лучше уточнить у Макса. Но по ее словам — да.
— Да она врет сто процентов! — всплескивает Светлана руками. — И даже если это так, надо еще проверить, кто отец. Там такой послужной список, что вариантов точно хватает! — эмоционально доказывает она.
— Свет, ты от меня что хочешь? — я уже изрядно устала от этого бессмысленного разговора. — Максим это все сам знает. Мы так и договорились. Наши отношения на паузе, пока он не решит эти проблемы.
— Да решит он, как же! Олесь, ты что! Разве можно его бросать в такой момент? Ты хочешь, чтобы эта Марина пудрила ему мозги? Да там такая ушлая змея, что она на все способна!