Пантера из Голливуда
Шрифт:
Навахо Гаррисон смотрел в иллюминатор, как проплывают облака. Все происходящее превосходило уровень его понимания, и он умирал от страха.
Патрисия уселась рядом с Малко. Ее глаза были налиты кровью, жесты стали неверными. Она припала к нему и зарыдала.
– Я сейчас покончу с собой, – заявила она. – Я больше не могу от этой жизни. Я буду счастлива подохнуть…
Малко безуспешно искал способ высвободиться. Он уже думал о том, чтобы открыть аварийный выход и вызвать тем самым внезапное падение
Он посмотрел на Патрисию.
– Почему бы вам не попытаться вести обычную жизнь? – спросил он. – Вы еще сможете быть счастливой…
– Мне скучно, – сказала она вяло. – Вы можете это понять?
И тихо добавила:
– Но на этот раз все получится. Я их наглоталась достаточно. Я хочу покоя.
Она откинула голову на подголовник и прошептала:
– Я буду счастлива умереть.
Малко собирался было ответить, но едва не вскочил с места. Его внимание привлек иллюминатор: рядом с самолетом возникли три истребителя. Они летели так близко, что Малко мог различить пилотов.
К несчастью, их успокоительное присутствие было чистой воды формальностью: они не могли заставить "Лерджет" развернуться. Они уже с четверть часа летели над Карибским морем.
К нему подошла Ирэн, направив свой пистолет. Она предусмотрительно остановилась в метре от него.
– Ваши друзья – кретины, – заявила она. – Они угрожают сбить нас, если мы не повернем обратно… Бесполезно вам говорить, что мы продолжаем полет. Они блефуют. Кстати, через четверть часа мы будем в Гаване.
– Ошибаетесь, – сказал Малко. – Они не блефуют.
Губы венгерки побелели.
– Хорошо. В таком случае мы будем прыгать вместе.
Впереди послышалось рыдание взахлеб. Сью ломала себе руки, находясь во власти нервного срыва. Она вопила:
– Я не хочу умирать! Я не хочу умирать!
– Замолчите, – жестко сказала Ирэн. – Или вы умрете сейчас же.
Запуганная Сью умолкла и проглотила свои рыдания. Джо Макенна миролюбиво созерцал Ирэн, словно она устраивала заседание.
В кабине царила мертвая тишина. Ирэн вернулась в переднюю часть самолета.
Истребители грациозно танцевали вокруг "Лерджета". Внезапно у них из-под крыльев вырвались маленькие облачка дыма. Они испытывали свое оружие на борту. Малко привстал. Ирэн подняла дуло пистолета.
– Они сейчас собьют нас. Позвольте пилоту развернуться. Смерть ни к чему вас не приведет.
– Вы боитесь? – с ненавистью оборвала его Ирэн. – Если вы продвинитесь на сантиметр, я всажу вам пулю в живот. А на Кубе не очень-то будут о вас заботиться.
Патрисия рядом с Малко что-то шептала, мотая головой. Она посмотрела на Ирэн, словно видела ее в первый раз.
Внезапно в мозгу Малко пронеслась мысль. Но это было чудовищно и жестоко. И он тотчас же ее
Голова сразу опустела, и он услышал свой вопрос.
– Почему вы не пойдете и не скажете ей все, что о ней думаете?
Девушка вперилась в него своими расширенными зрачками и медленно произнесла:
– Постой, а ведь это хорошая мысль!
Малко на секунду закрыл глаза. Он посылал Патрисию на смерть. Но это было единственное решение. Ирэн слишком боялась его: она бы никогда не позволила ему приблизиться на расстояние, достаточное для какого-нибудь действенного маневра. С Патрисией у него был маленький шанс обезвредить Ирэн благодаря свалке.
Он испугался. ЦРУ оказало на него свое влияние. Это было единственно правильное решение, которое мог выдать компьютер в ответ на поставленную проблему. Никто никогда не упрекнул бы его за это решение, напротив. Но он никогда об этом не сможет забыть. От него уходил маленький кусочек его самого. Он ненавидел свое ремесло, которое ставило его в подобные положения.
Его глаза стали совершенно зеленого цвета. Патрисия говорила сама с собой.
– Чего вы ждете? – грубо спросил он.
Она подпрыгнула.
– Чего?
– Дайте ей хороший урок. Она ненавидит вас. Она сказала мне, что вы выглядите ужасно.
– Она это сказала! – прошептала Патрисия.
Малко почувствовал, как к горлу подкатывает комок. Через иллюминатор он увидел, как истребители отступают: им нужно было пространство, чтобы атаковать.
– Она сказала мне, что вы потаскуха, – продолжал он.
Патрисия издала странный звук, наподобие шипения. Алкоголь сделал ее чрезвычайно агрессивной.
– Я сейчас выцарапаю глаза этой твари!
Она одним рывком поднялась с места.
– Тварь, трепло! – завопила она в адрес Ирэн.
– Сидеть! – крикнула Ирэн.
Она взвела курок. Патрисия сделала шаг вперед и остановилась. Ее гнев поутих. Она повернулась к Малко, и к ней разом вернулась смелость.
Тогда она медленно пошла на венгерку, вытянув длинные руки вперед, как сомнамбула.
Ирэн подняла пистолет. Малко увидел черное отверстие дула и мысленно попросил у Патрисии прощения. Жизнь – штука ужасная.
– Сядь немедленно, – повторила венгерка.
На этот раз она испугалась. Малко почувствовал это по тону ее голоса. Он тихо привстал со своего места, стараясь спрятаться за Патрисию.
Та была уже не дальше метра от Ирэн. Она не видела направленный на нее пистолет. Только гримасу Ирэн, лицо которой было искажено ненавистью.
– Убирайся на место, или я стреляю!