Пантеон

Жгулёв Пётр Николаевич

Часовой успел привыкнуть к тому, что тут ничего не происходит и, похоже, рассматривал пост как некую синекуру. Хорошо, что не спал, но и по стойке смирно тоже не стоял, обустроив себе довольно уютный уголок. С чайником, кружкой и лапшой… Причем, похоже, последнюю кто-то притащил из затопленного города. Мародерство, в самом невинном его проявлении. Или нет?

– Японские? Откуда дровишки?

– Парни наткнулись на какой-то склад, командование приказало забрать. Беженцев в пути кормить чем-то надо, да и дальше им будет нелишним.

Я кивнул, решив не

углубляться в тему. Хотя уверен, те, у кого была возможность, прихватили что-то по существеннее. Не мне их осуждать, владельцам в любом случае уже ничего не вернется, а оставлять все это богатство слаймам тем более ни к чему.

Тем не менее, я прошелся по трюму, рассматривая тюки, контейнеры и прочее в том же духе. Из-за эвакуации, в которой участвовал и наш флот, народу в корабли набилось многовато, и сюда утрамбовали часть груза. Главное ничего взрывающегося тут нет, а живых пленников и биологические остатки и вовсе везли на “научном” корабле.

– Ладно, происшествий не было?

– Никак нет, все спокойно.

– Хорошо. Если что – сообщай немедленно. Эволюция ворона вскоре должна завершиться.

Солдат был из “особого отряда”, приписанного к нашей группе, так что был в курсе деталей. Поэтому, собственно, здесь и стоял.

***

Еще одной проблемой было сдержать информацию о Подземелье. Несмотря на то, что это изначально было тайной, информация просочилась и особисты были заняты тем, что собирали бумажки о неразглашении.

Досадно, но что знают двое – знает и свинья, а тут у нас было гораздо больше народу. К счастью, большинство из них мало что знали о том, куда я отправлялся и что делал. Гоблинов большей части держали в изоляции и за пределы камер выпускали только в сопровождении игроков и охраны.

Для основной части экипажа я просто вернулся с какой-то уникальной миссии. Но о результатах, на данный момент, знало только высшее руководство. Даже члены моего отряда были не в курсе всех открывшихся перед нами перспектив. И если я хотел, чтобы так и оставалось, то следовало разобраться с гоблинами и запретить им болтать лишнего.

– Ты… вернулся…

– Зовите меня Владыкой.

Гоблины словно опомнились и упали на колени, ткнувшись лбами в пол. Похоже, они слабо верили в мой успех.

– Приветствуем нового Владыку.

– Встаньте. Если помните, я обещал вам возможность вернуться домой...

– Да, Владыка…

Судя по взглядам гоблинов, они были одновременно рады и при этом не очень-то верили в свое счастье. Или, наоборот, неудачу? Не похоже, чтобы они рвались обратно в пещеры. С учетом того, что гоблины могут скрещиваться с людьми, я бы на их месте вообще предпочел эмигрировать. Да и психологи должны были неплохо поработать, обеспечивая их лояльность. Корзина печенья и бочка варенья, все по классике…

– У вас есть выбор – либо вы вернетесь туда навсегда, либо примете мою метку и вам будет позволено остаться в нашем мире. Посетить пещеры вы тоже сможете. Выбирайте.

Сложный выбор. При прошлом Владыке в его сотне состояли по сути смертники, однако сейчас ситуация изменилась.

Иногда лучше прожить день львом, чем сто лет – овцой. Познав блага цивилизации сложно добровольно вернуться к былой нищете.

– Я готов! – первым из гоблинов рухнул на колени Тоо.

Его “жест” повторили еще двое, нескладно уверяя меня в своей вечной преданности, и я трижды поставил метку. Последний из гоблинов колебался, но я не собирался его уговаривать.

– Ты сделал свой выбор. – равнодушно пожал я плечами.
– Тебе запрещено покидать пределы комнаты. Вскоре я верну тебя обратно в пещеры.

– П… погодите, Владыка. Я тоже согласен.

Я поморщился, но все же взмахнул рукой, накладывая четвертую метку. И все же мне нужно было учиться на дипломата. Такой талант пропадает…

***

Вскоре после моего возвращения эскадра двинулась обратно. Основная работа была проделана, своих целей мы достигли, смысла находиться в территориальных водах Японии никакого. По оценкам аналитиков, даже если охотничья зона ограничена островами, то перенестись на миссию можно будет и из Владивостока. Что, кстати, ставило под угрозу наши островные территории – Курилы почти незаселенны, да и на Сахалине народу не густо.

Впрочем, для начала предстояло доставить к точке эвакуации тысячи беженцев. Хонсю находился в руинах, так что спасенных везли на Хоккайдо. Основной точкой эвакуации был город Хакодате, но “наших” мы довезли до новой временной столицы, которой стал город Саппоро.

Здесь, как я и ожидал, большая часть спасенных сошли на берег, но часть согласились на предложение наших дипломатов и попросили убежище на территории Российской Федерации. Таких было немного, но около сотни японцев предпочли уехать из ставшей негостеприимной страны. В том числе несколько местных игроков, включая Юки. Её брат сошел на берег, но не похоже, чтобы они поссорились…

– Почему ты решила уехать?

– Это ты? – вздрогнула девушка.
– Это было совместное решение, нашу родину ждут тяжелые годы. Промышленность разрушена, монстров все больше, а на помощи других стран нельзя жить вечно. Наши родители, скорее всего, погибли. По крайней мере, в списках эвакуированных их тоже нет. Однако у нас есть и другие родственники. Не думаю, что они уедут, но лучше, чтобы у нашей семьи был путь к отступлению. Сейчас подходящее время, чтобы это обеспечить, ты так не думаешь?

– Твой брат несовершеннолетний.

– Он игрок и правительство дало ему все права совершеннолетнего. Уверена, он не пропадет.

Я кивнул – японских игроков забрали правительственные машины. Нет сомнений, что тем, кто решит остаться, отклонив щедрые предложения конкурентов, предоставят немало льгот.

– И это все?

– Охотничья зона. Миссии почти не прекращаются, а у Японии нет сумок третьего уровня.

Я сильно подозревал, что у её брата сумка контрабандиста как раз была – по крайней мере парень выпросил у меня огнестрельное оружие. И я даже подыскал ему подходящее. То, которое нельзя будет, случись что, связать с нашей страной…