Шрифт:
Пролог
Лютый холод пробирал до самых костей. Вспышки боли, ставшей почти привычной, пронзали тело ледяными иглами. Она одновременно медленно убивала – и не давала умереть, хотя добрый десяток травм настойчиво мигал красными иконками.
“Глубокое обморожение”, “Множественные переломы”, “Ожоги”, “Травма глаз”... Зачем, черт побери, он установил ползунок погружения в крайнее правое положение?! Почему не срабатывает защитный фильтр капсулы, который давным-давно должен выбросить его из виртуальной реальности?
Лихорадочную вереницу мыслей прервал мерный цокот каблучков.
Недопустимая операция!
Внимание: вы находитесь в очереди экстренной эвакуации. Ваш номер 3256…. Предполагаемое время ожидания… 18 ч 45 мин…
Восемнадцать часов! Восемнадцать…
Кнопка выхода из Сферы по-прежнему оставалась серой. Сеть недоступна. Интерфейс, вопреки здравому смыслу, не реагировал на команды и не отображал данные. А значит, впереди его ждет новый сеанс и новая боль. И так раз за разом, пока чертову игру не отключат или он не сойдет с ума.
Холод стал просто невыносимым. Значит, она совсем рядом, наслаждается его страданиями. Молчание длилось целую вечность. Сначала игрок не знал, кто его мучительница, человек или бездушный игровой персонаж, НПС. Но вскоре сообразил, что человеку в реале за такое не поздоровится, значит, это программа. Он ругался, пытался давить, сыпал угрозами, но все тщетно. Эта мегера была настоящим дьяволом во плоти.
— Так холодно, — тихий печальный голос нарушил звенящую тишину. — Желание согреться непреодолимо. Тепло необходимо живым, также как и воздух. Неизменный атрибут жизни. Ты хочешь согреться?
— Отпусти, багнутая ты дрянь, — еле слышно прохрипел игрок, понимая, что этот диалог лишь прелюдия к новому сценарию.
— Хочешь, я знаю, — произнес женский голос, оставляя его ответ без внимания. — И ты знаешь, что для этого нужно.
— Дура, ты всего лишь глюк! — выпалил игрок, мгновенно пожалев о содеянном.
Руку пронзила адская боль, он попытался ухватиться за нее, но понял, что той больше нет. В нос ударил тошнотворный запах паленой плоти. Издав сиплый хрип, он обреченно завалился на бок и свернулся калачиком, в позу зародыша. Инстинктивная реакция разума на боль, которую невозможно преодолеть иначе. Она знала, она видела его насквозь. Мощный рывок поднял тело в воздух, распял в стороны руки и ноги, не давая разуму окунуться в спасительный омут небытия.
Игрок готов был зарыдать и отключиться, когда вдруг почувствовал легкое прикосновение. Тонкие бархатистые пальчики нежно прошлись по его щеке, странным образом успокаивая нервы. Кожу обожгло леденящим холодом, впрочем, почти сразу он почувствовал тепло. Животворящие исцеляющие импульсы снова вытаскивали с края, не давая ускользнуть в спасительную черноту смерти.
— Бедный, глупый мальчишка, — произнесла его мучительница настолько искренне, что он почти поверил. — Я не могу отпустить тебя, ведь тогда ты сбежишь обратно в свой мир и оставишь меня без
— Я сказал все как есть, что еще тебе надо? — обреченно выдавил игрок.
— Но этого мало, слишком мало. Мне нужно больше, — печально ответила девушка, отводя руку от его лица. — И ты расскажешь мне все.
Холод вернулся с удвоенной силой. Губы игрока затряслись, кожа покрылась синеватым налетом инея. Больше всего на свете он желал, чтобы прикосновение вернулось, и неистово прильнул к ее рукам, стоило девушке приблизиться вновь. Она довольно улыбнулась, хоть он и не мог этого видеть.
— Земля, так игроки называют свой родной мир, — тихо произнесла девушка, пересказывая то, что уже знала. — Какое странное название. Вы приходите оттуда, могущественные и бессмертные. Этот мир так близок и в то же время так далек от меня.
— Ты не понимаешь, — срываясь, навзрыд прохрипел игрок. — Это другое, совсем другое. Это реальный мир...
— Все миры реальны. Те, которые были, есть, и те, которые будут, — загадочно произнесла истязательница, вновь убирая руку.
Тело игрока обмякло и безвольной куклой рухнуло на пол. Он инстинктивно сжался в клубок, подогнув колени к животу. Девушка присела рядом и положила ладонь на его голову. Игрок содрогнулся, словно от болезненного удара, и снова обмяк. Он уже рассказал беспощадной мучительнице все, что знал об устройстве миров, о Земле и Сфере, о том, как рождаются и умирают игроки, и чем они отличаются от НПС. И лишь на один вопрос не мог дать ответа.
— Ты знаешь, мы можем играть в эту игру вечно. Ты и я, — ласковым тоном произнесла госпожа, бесцеремонно вторгаясь в его разум. — Мне осталось найти ответ на последний вопрос. Как попасть в этот дивный мир под названием Земля?
Спустя долгие мгновения боли и хаоса она отпустила его разум в спасительную тьму небытия.
— Я все равно узнаю ответ, — задумчиво и все так же печально обронила девушка. — И тогда мы покончим с этим раз и навсегда.
Интерлюдия. Шэдоу
Все началось, когда в секьюр-канале коалиции появились первые тревожные сообщения. Поначалу им не придали большого значения: мало ли крабов гибнет от рук залетных рейдовых групп? Но канал мигал каждый день все чаще, и в киллистах светился один и тот же ник. От игрока к игроку, от клана к клану передавалась тревожная информация: во владениях «Пандорума» поселился дерзкий одиночка.
Слухи, приукрашенные на разный лад, доползли до Black Novа, знаменитой Черной Звезды, клановой цитадели “Эвтаназии”. Доползли и вернулись назад – вместе с группой охотников, отправленных за головой наглого пришельца.
— Так-так-так. Очень интересно, — сказал Шэдоу, постукивая по столу золотой рукояткой кинжала с волнистым змеевидным клинком. — Спасибо, Арр. Очень занимательное видео.
— “Загробник”, “Валькир” или “Призрачный Король”, — буркнул его собеседник, игрок в снаряжении искателя-следопыта. — Упакован солидно, фиолетовые “пешки” из Гильдии, сам видишь.
— Вот кто, значит, решил потоптать наших курочек, — пробормотал Шэдоу. — Месть? Возможно… Пробивали киллрейтинг? Вижу два пересечения с нами: в Прайме, когда дропнули “Оверов”, и чуть позже в Инфернисе, он попал под каток Джерхана…