Панацея
Шрифт:
– Это – ваше будущее! – возвестил Матушкин.
Небеса разверзлись, оглашая горестное знамение:
Это – ваше будущее!
Верховный правитель устало присел на стул. Почесав в паху и поправив микрофон, Матушкин продолжил.
У нас отнимают последнее право – право на смерть! Право на неведение, на неизвестность и любопытство, на веру и неверие, на наивность, на грех и искупление, прощение и избавление, на молитву и мольбу, на богов, которым мы молимся искренне, всем сердцем, или по привычке, повинуясь традиции, на всякий случай… Новое будущее полностью, без остатка,
Настоятельно рекомендую самым стойким агностикам и атеистам поверить в возможность существования или рождения нового рукотворного бога. В привычном понимании этого явления – как силы, безраздельно властвующей над человеком. Этот новый бог сможет внушить вам, что дважды два – пять, что Земля – плоская, поместить вашу сущность в любой круг Дантова ада, или же в новый, придуманный им – новым богом, ад. В чьих руках будет этот новый бог? Кто станет этим новым богом? Кто стоит за созданием этой новой божественной реальности – вашей единственной будущей реальности? Не имеет значения.
Значение имеет вот что: мест в раю для вас не предусмотрено. У вас нет денег на индульгенцию. Ваши финансовые возможности определяют круг ада, в котором вам уготовано вечное «пристанище». Ваше «пристанище» – в аду: и при жизни и, тем более, в новом искусственном бессмертии. Потому что никакой истинный Бог – даже если он существует – больше не получит вашу душу, не «перехватит» ее. И никакого переселения душ более не предвидится. Ваша душа уйдет в другие руки. И вы станете обитателем Преисподней, в которую будут водить экскурсии… А если вы все-таки разбогатеете и заплатите: скорее всего, вас обманут.
Сегодня мы живем в эпоху полубогов. Вы видите (Матушкин указал в небо) логотипы IT-компаний, банков, поисковых систем, социальных сетей, систем платежей… Каста полубогов – условная тысяча человек, стоящая за этими логотипами. Им известно о вас почти все. Они направляют каждый ваш шаг. Они знают, чего вы хотите и чего боитесь. И знают, как сделать так, чтобы вы захотели то, что нужно им. Но песок в часах мерзкого и одновременно благословенного времени полубогов истекает. Ибо ваше земное бессмертие стучится в дверь. Новые боги уже появились на свет, обрели силу и написали правила своего абсолютного господства. Наступает день, когда ваша судьба – вся, без остатка – станет чьим-то достоянием: чьей-то властью и чьей-то игрой. Ибо человек более всего на свете склонен властвовать и играть. И еще – зарабатывать деньги. И еще – приносить жертвы. И вы уже никогда не сможете повлиять на правила этой игры и навсегда останетесь ее жертвой, страдающей стороной…
Что со всем этим делать?
Сделать с этим ничего нельзя. Я обращаюсь к каждому из вас и призываю объективно посмотреть на свою жизнь, свою судьбу, свое будущее. Я никогда не утверждал, что наш мир является худшим из миров. То мне не ведомо. Но определенно наш мир становится все беспощаднее и губительнее.
М
Матушкин сделал паузу и громогласно оповестил.
И все-таки выход есть!
Искусственное эхо резонировало эти слова по всей России. Они заполнили собой все пространство огромной страны.
Ищущий, да обрящет!
Матушкин зашел за ширму, стоявшую на сцене, и через минуту явился обновленным: одетым в холщовую рясу, босой. Он предстал в облачении, в котором приносил клятву при вступлении в должность Верховного правителя Российской империи. Выступление достигло своего апогея. Наступала развязка. Об этом возвестил
Итак, выход есть.
Вспомним нетленное: «Быть или не быть, вот в чем вопрос». Веками всё мусолят и мусолят этот вопрос. Все обсасывают его и обсасывают. А что если дать недвусмысленный ответ на это тягучее, затянувшееся «быть или не быть»? А что, если лучшее, единственно верное – решительное «не быть»?
Матушкин до предела сжимал пружину народного нетерпения.
В своей работе «Самоубийство как жизненное событие» я убедительно продемонстрировал, что суицид в целом ряде случаев является единственным разумным выходом из безвыходной жизненной ситуации. Не буду травмировать вашу психику примерами из жизни моих пациентов. Наша общая коллективная беда и есть пример метафизической безвыходной ситуации.
«Исход» – ключевое слово моего плана. Исход буквальный: без эзопова языка, без иносказательности. Исход вперед ногами.
Преисполнимся мудростью: «Надежды – это нервы жизни; в напряженном состоянии они мучительны, перерезанные они уже не причиняют боли».
Матушкин взял паузу и внимательно смотрел на огромную аудиторию, выхватывая лица, глаза, судьбы.
Нам следует покинуть этот мир!
В оцепеняющем волнении люди внимали Верховному правителю.
Нам следует покинуть этот мир. Уйти. Забыть его как страшный сон.
Но индивидуальное самоубийство требует исключительного мужества, глубочайшего отчаяния, пограничного состояния психики или устоявшейся традиции – по типу самурайской.
Я предлагаю уйти всем вместе – соборно, общинно, взявшись за руки. На основе осмысленного коллективного решения.
Поясню свою мысль.
Я не вижу никакого иного выхода, кроме использования всего потенциала стратегических ядерных сил Российской империи для нанесения удара… по территории нашей Отчизны. Этот удар должен обеспечить мгновенную, безболезненную смерть всем подданным империи от мала до велика. Нашего ресурса хватит с лихвой, чтобы похоронить весь мир, заверили меня военные, ученые, специалисты оборонно-промышленного комплекса.
В небе появилась карта России с визуализацией ядерного удара от Камчатки до Калининграда. Последовала имитация ядерного взрыва, который пронзил сердца собравшихся. Зазвучала некогда популярная песня группы Europe – The Final Countdown («Обратный отсчет»).
Конечно, это предложение будет встречено в штыки «хозяевами жизни», а также их обслугой, их покорными клевретами. Меня начнут шельмовать, назовут сумасшедшим. Но я – не безумец. Это я говорю вам не как Верховный правитель, но как психолог и психиатр. Им есть что терять – ИХ будущее. Нам с вами терять нечего, кроме своих цепей, кроме самого страшного, что только можно себе представить – зависимого бессмертия.