Память
Шрифт:
«Только если поймают». Вся его жизнь строилась словно именно по этому принципу; он сбежал от убийц, врачей, устава Службы, от ограничений, налагаемых форским титулом… Он сбежал от самой смерти, а это кое-что доказывает. «И от тебя, Иллиан, я тоже сбегу….»
Он поразмыслил о нынешней дислокации независимых наблюдателей Иллиана на дендарийском флоте. Одного он откомандировал обратно к основным силам флота, второй служил офицером связи на «Ариэле». Их не было ни на борту «Перегрина», ни вне его, в десантных отрядах. Никто не сможет опровергнуть его слов.
«Кажется, мне над эти
Звякнула дверь каюты. – Да?
– Это Баз и Елена, – донесся из интеркома женский голос.
Майлз убрал все с комм-пульта, снова натянул форменную куртку и и командой «Войдите» разблокировал дверной замок. Развернувшись на вращающемся кресле, слегка улыбаясь, он наблюдал за вошедшими.
Баз – это был дендарийский коммодор Баз Джезек, главный инженер флота и номинальный заместитель Майлза. Елена – капитан Елена Ботари-Джезек, жена База и нынешний командующий «Перегрином». Оба были из числа немногих барраярцев, служащих в Дендарийском флоте. И оба были полностью осведомлены о его двойной личности – адмирала Нейсмита, бетанского наемника, который немного не в ладах с законом, и лейтенанта лорда Майлза Форкосигана, исполненного долга тайного оперативника барраярской СБ, – поскольку оба знали его еще до создания флота. Долговязый, лысеющий Баз стоял у самых его истоков, будучи еще дезертиром в бегах, которого Майлз подобрал и (как он тайно считал) возродил. Елена… совсем другое дело.
Она была дочерью барраярца-телохранителя Майлза, выросшей в доме графа Форкосигана, и практически его, Майлза, сводной сестрой. На родине, на помешанном на армии Барраяре, она страстно желала быть солдатом, но барраярская военная служба была недоступна женщинам. Майлз нашел способ дать ей желаемое. Теперь она выглядела совершенно как солдат: стройная, столь же высокая, как муж, одетая в свежую, хрустящую серую дендарийскую форму. Темные, стриженые волосы с выбивавшимися из-за ушей прядями обрамляли бледные черты орлиного лица и настороженные темные глаза.
Насколько по-иному сложились бы их жизни, ответь она «да» на страстное, застенчивое предложение Майлза выйти за него замуж, сделанное когда обоим было по восемнадцать? Где бы они сейчас оказались? Вели бы в столице комфортабельную жизнь форов-аристократов? Были бы они счастливы? Или все больше наскучивали бы друг другу, жалея об утраченных возможностях? Нет, тогда они даже не знали бы, что именно за возможности потеряли. Может, были бы дети… Майлз оборвал эти мысли. Пустое занятие.
И все же, погребенное в самой глубине майлзова сердца, что-то по-прежнему ждало… Елена казалась вполне счастливой тем, какого мужа она себе выбрала. Но жизнь наемника – как он только что убедился – это несомненный риск. Противник чуть сместит прицел – и это может обратить Елену в скорбящую вдову, жаждущую утешения… не считая того, что Елена видела больше сражений, чем Баз. Так что этот гнусный замысел, который Майлз тайно вынашивал в мозгу в ночные часы, имел серьезный изъян. Ну, мысли свои обуздать нельзя.
Елена улыбнулась в ответ, и оба офицера расположились на вращающихся креслах по другую сторону комм-пульта. В том, как они сели, было что-то непривычно официальное. Баз открытой ладонью сделал жест Елене, уступая первое слово ей, – верный знак того, что последует какая-то хитрость. Майлз напрягся, подобравшись.
Начала она с банальности. – Теперь ты хорошо себя чувствуешь, Майлз?
– О, все нормально.
– Отлично. – Она сделала глубокий вдох: – Милорд…
Вот еще один признак чего-то необычного: Елена обращается к нему в терминах их барраярских отношений «сеньор-вассал».
– …мы хотим подать в отставку. – К замешательству Майлза, улыбка ее сделалась еще шире, будто она только что сказала что-то крайне ему приятное.
А Майлз чуть со стула не упал. – Что? Почему?
Елена посмотрела на База, и тот перехватил нить разговора. – Я получил предложение работы. В инженерной должности на орбитальной верфи Эскобара. Собираются платить достаточно, чтобы мы оба могли уйти в отставку.
– Я… я и понятия не имел, что вас не устраивает уровень оплаты. Если дело в деньгах, можно что-нибудь устроить.
– Дело не в деньгах, – ответил Баз.
Этого-то он и боялся. Нет, было бы слишком просто…
– Мы хотим выйти в отставку и завести детей, – договорила Елена.
Что же такого было в этом простом, разумном заявлении, отчего на Майлза накатило воспоминание: вот выпущенная снайпером иглограната разрывается у него в груди, разметав клочья по всему полу? – Гм…
– Как дендарийские офицеры, – продолжала Елена, – мы, конечно, можем просто подать соответствующий рапорт и уйти в отставку. Но как принесшие присягу вассалы, мы обязаны подать прошение об оказании нам Особой Милости.
– Э-э… я… я не уверен, что флот готов потерять сразу двух старших офицеров одним ударом. Особенно База. Когда я отсутствую – а меня половину времени здесь не бывает, – то полагаюсь на него. И не только в отношении техники и снабжения, но чтобы контролировать происходящее. Чтобы быть уверенным: наши частные контракты не ущемляют ни одного из интересов Барраяра. Чтобы быть в курсе… всех секретов. Не понимаю, как я смогу его заменить.
– Мы посчитали, ты можешь разделить нынешние обязанности База на две части, – подсказала Елена.
– Да. Мой заместитель по инженерной части вполне готов к повышению, – заверил Баз. – Формально он даже лучше меня. Моложе, знаешь ли.
– И всем известно, что ты вот уже много лет готовишь Элли занять командный пост, – продолжила Елена. – Она жаждет повышения. И готова к нему. Думаю, она более чем доказала это за последний год.
– Она… не барраярка. Может, Иллиан примется дергаться по этому поводу, – тянул время Майлз. – Это такой решающий пост…
– До сих пор он этого не делал. Безусловно, к нынешнему моменту он достаточно хорошо ее знает. И в штате СБ есть множество агентов – не-барраярцев, – ответила Елена.