Память моего сердца

Южная Влада

Никто и никогда еще не смотрел на Алекс так. Она даже засомневалась, что этот взгляд предназначается именно ей. С чего бы? Приехав в Литл-Пойнт-Рок чуть более суток назад, девушка еще не успела обзавестись знакомствами, найти друзей, а, тем более, врагов. Алекс даже украдкой оглянулась, в надежде, что просто стоит с кем-то рядом. С кем-то, кого этот мужчина желает прожечь взглядом на месте. Но позади девушки было пусто, рядом стоял Кевин, и вряд ли незнакомец так смотрел на него.

Ненависть. Вот что говорили глаза мужчины. Я ненавижу тебя. Я хочу стереть тебя с лица земли. Хочу развеять твой прах по ветру так, что от него не останется и следа. Хочу, чтобы твое имя навсегда было забыто людьми. И вместе с тем… Алекс сглотнула,

не уверенная в своих догадках… интерес? Узнавание? Девушка почти физически ощутила, как взгляд незнакомца шарит по ее фигуре, изучая каждую складку ткани, каждый изгиб тела. Как будто это уже не взгляд его, а пальцы. Алекс почувствовала, как мелкие волоски на руках встают дыбом. Да кто он, черт его возьми, такой?!

Ни скрыться, ни игнорировать этот взгляд не хватало сил. Оставалось лишь гадать, как давно мужчина тут стоит. Алекс предположила, что давно. С того места, где она разговаривала со Стеллой Хартли, увидеть его было невозможно – обзор закрывал высокий склеп, явно построенный с расчетом на целую семью. Теперь, когда Алекс стояла рядом с Кевином, она видела кладбище по обе стороны от склепа. Незнакомец не двигался и не сводил с нее глаз.

Девушка попробовала убедить себя в том, что всему виной ее вновь расшалившиеся нервы. Мужчина мог все же прийти именно на похороны Клер, но просто не хотел показываться на глаза другим людям и разозлился, что его заметили. Алекс похолодела от своей догадки. Зачем ему скрываться? Кто он? Преступник? Она в который раз пожалела, что совсем не знала сестру и не может даже предположить, была ли та замешана в преступлении.

Да, их мать частенько упоминала, что Клер считали трудным подростком. Однажды сестра украла бутылку виски из супермаркета. А в другой раз ее в составе целой компании пьяных парней поймали в угнанном автомобиле. Но оба раза ей удалось отделаться штрафом. А что-то более серьезное? Что-то, связывавшее Клер с таинственным мужчиной с холодными глазами? «Не твое дело, мелочь», – сказала бы Клер. Сколько Алекс себя помнила, сестра всегда называла ее так: «мелочь». Любила показать, что старше и умнее. И конечно никто из семьи по-настоящему ее не знал, даже родители.

А Кевин? Он точно не ведал ни о чем подозрительном, иначе поделился бы догадками о причинах смерти жены. В этом Алекс не сомневалась: муж сестры был простым и открытым человеком. Но для Кевина смерть Клер оказалась полной неожиданностью, обезоруживающей и шокирующей новостью.

Клер покончила жизнь самоубийством, а, значит, для этого нашлись причины. Жаль, что она никому так и не сообщила о них. Может, этот холодный и дьявольски красивый мужчина преследовал ее? Алекс поймала себя на мысли, что пытается представить сестру в его объятиях – и это получается без труда. Девушка покраснела. О чем она только думает, когда рядом верный, любящий и такой несчастный Кевин! Клер всегда была остра на язык и несдержанна. Отшила бы любого. Да и лучше Кевина никого просто не может быть!

В этот момент Алекс опомнилась, с ужасом понимая, что оборвала фразу на полуслове, и пауза затянулась до неприличия. Сколько не силилась, она никак не могла вспомнить, о чем хотела сказать дальше! Люди смотрели на нее с удивлением, даже Кевин округлил глаза. Растерянная девушка с мольбой посмотрела на Стеллу Хартли, и та снова пришла ей на помощь.

– Нам хотелось бы поблагодарить всех собравшихся, – женщина подошла к Алекс и взяла ее за руку, сжав пальцы в знак ободрения, – и предоставить слово тем, кто хотел бы добавить что-то в память о Клер.

Откашлявшись, вперед выступил шериф, высокий и грузный мужчина, по вискам которого текли капли пота. Он заговорил о том, какой порядочной и честной гражданкой была Клер, но Алекс уже его не слушала. Когда она посмотрела в сторону загадочного незнакомца, то обнаружила, что у клена никого нет.

– 2-

Стивен

со скучающим видом обошел припаркованный на обочине серебристый «Додж Челленджер», зевнул и пнул помятую жестяную банку из-под колы, валявшуюся в траве. Торчать на солнцепеке было чертовски жарко, несмотря на то, что он давно скинул куртку, оставшись в джинсах и белой футболке с надписью «The King» на груди. Деревья словно отпрянули от обочины, оставив густую тень в чаще и позволив укатанной широкой полосе земли выгорать. Кроме того, сверкающий новенький «Додж» смотрелся по меньшей мере странно на старой торфяной дороге, которой давно никто не пользовался. Разве что иногда могла проехать машина утилизации бытовых отходов, отвозившая всякую дрянь на свалку, расположенную в нескольких милях от города (здесь был самый короткий путь), да периодически заглядывал кто-нибудь из добровольцев-скаутов, чтобы убедиться, что лес не горит. Пожары, особенно летом, были в этой части пригорода не таким уж редким явлением: всему виной торф.

Еще старая торфяная дорога пользовалась дурной славой. Все дело в том, что с развилки в пятиста метрах от того места, где стоял Стивен, можно было попасть на кладбище, если вовремя свернуть влево. Множество страшных историй, баек и «рассказов очевидцев» связывали этот участок старой торфяной дороги с потусторонним миром. Никто не знал, почему ею перестали ездить, но все помнили в какой именно день полнолуния тут можно встретить призрака Вильгельма Четвертого или Жозефины Бонапарт.

Сейчас все предпочитали пользоваться ровным и удобным асфальтированным шоссе, шум которого можно было услышать со старой дороги в погожий безветренный день: их разделял всего-то небольшой лесок. В этом леске и предпочитали уединяться жаждущие острых ощущений парочки, а также замыслившие недоброе преступники. Стивен переживал, что как раз к преступникам его и могут отнести, если увидят на этой дороге, стоящим у обочины, словно он приехал сюда закопать труп. Поэтому он вздохнул с облегчением, заметив приближавшуюся мужскую фигуру в черном.

Тот, кого Стивен так долго ждал на солнцепеке, шел походкой уверенного в себе человека. Самовлюбленная надменность сквозила в каждом движении подтянутого тела и в выражении лица. Стивен всегда поражался, скольких женщин это, оказывается, привлекает.

– Ну наконец-то, Джер! – с упреком произнес он, когда мужчина приблизился на расстояние, достаточное, чтобы услышать. – Тебя хоть за смертью посылай!

– А что, малыш соскучился по мамочке? – мрачно усмехнулся Джеральд, который, судя по тяжелому взгляду, вернулся еще в худшем настроении, чем когда Стивен доставил его на это место.

Он открыл дверцу «Доджа» со стороны пассажирского сиденья и плюхнулся внутрь, забарабанив пальцами по приборной доске.

– Как все прошло на кладбище? – поинтересовался Стивен, занявший место водителя.

– Отвратительно. Я присел на могилку, не посмотрев на надгробие. Это оказалась какая-то похотливая старушенция, чей фантом пытался ущипнуть меня за зад. Если бы это была молодая девица, я был бы только рад, а так…

Джеральд демонстративно поежился. Стивен давно привык к его манере отшучиваться вместо прямых ответов на вопросы. Поэтому он зашел с другой стороны.

– Ты узнал, что хотел?

Джеральд вздохнул, и ухмылка сползла с его лица.

– Да. Я узнал, что потратил уйму времени и сил на ведьму Питерс только для того, чтобы вместо нее здесь появилась младшенькая!

– Она заметила тебя?

Джеральд задумался.

– Из того, что я увидел, могу сделать вывод, что девчонка вряд ли поняла, что происходит. Мне кажется, она вообще еще не поняла, что происходит с ней. Зато я наткнулся на Совет Трех в полном составе. Такие печальные лица у могилы! Как будто им не плевать, что ведьма умерла. Ну конечно, надо было сразу догадаться, что они не пропустят такое событие!