Память душ
Шрифт:
Здесь было весьма… некомфортно. Казалось, ты сунул пальцы почти к самому огню, почти к самому льду, к лезвию клинка, к искрящейся дуге молнии – и все это одновременно. Тенье искрило так сильно, что Турвишар предположил, что Бессмертные могут собираться все вместе лишь в таком месте, как это, освященном Аргасом, подобно тому, как Инистхана – Таэной.
Таэна повернулась к сыну и спросила:
– Что случилось?
Но прежде, чем он успел ответить, Джанель упала на колени:
– Это моя вина, моя госпожа. Я должна была разгадать обман, задуманный Релосом
Турвишар скривился. Волшебник знал очень многих верховных лордов, которые не могли разгадать обман, задуманный Релосом Варом. Верховных лордов и – он окинул взором фигуры на острове – по меньшей мере восемь богов [10] .
Кирин усмехнулся.
– Так, погоди. Это ты разнесла тюрьму Вол-Карота, а потом потеряла Уртанриэль? Мне запомнилось это иначе.
Джанель напряглась.
10
Да, восемь. Я включаю сюда и Саррика, чья наивность по отношению к брату и привела нас ко всей этой неразберихе. Мне жаль, Кирин, но это так.
Глаза Таэны вспыхнули, и она жестом велела Джанель встать. Глаза богини горели столь ярко, что один только взгляд в ее сторону наполнил Турвишара сильнейшим и глубочайшим ужасом. Ее существование никогда еще не казалось столь многообещающим. Все тело Таэны вибрировало от едва сдерживаемого гнева.
Тем временем Таджа, Богиня Удачи, взяла стул, шагнула вперед, а затем, повернув его задом наперед, села на него верхом. Аргас нахмурился, словно она нанесла ему личное оскорбление.
– Это было обязательно? [11]
11
Подозреваю, что стулья были расставлены в каком-то особом порядке, распознать и изучить который у меня не было времени. Похоже, это какая-то давняя, затаенная обида.
– Мне все равно, чья это вина, – заявила Таджа, не обращая внимания на упрек Аргаса. – Какая удивительная мысль! Релос Вар обманом заставил кого-то сделать за него грязную работу. Я так удивлена. – Она прижала руку к щеке.
Галава прошлась по площадке, оставляя за собой расцветающие цветы, и бросила укоризненный взгляд на Таджу:
– Сейчас не время для шуток, дитя мое. – Омфер скользнул к ней, мягко обнял, и Галава остановилась.
– Он еще не освободился, – пробормотал Тераэт. – Пока что.
– Я почувствовал, как он проснулся, – ответил Кирин. – Я почувствовал.
– Бодрствовать – это не то же самое, что быть свободным. – Хоред снял красный шлем, под которым обнаружился чернокожий ванэ из Манола. – Вол-Карот все еще заперт в центре Пустоши.
– Надолго ли? – прогремел в огромном гулком зале голос Таэны. – Надолго ли, если Релос Вар изо всех сил работает над тем, чтобы разбить остальные семь кристаллов и выпустить Вол-Карота на волю? Надолго ли, если Уртанриэль у этого ублюдка? – Она бросила на Кирина взгляд, полный ненависти. – Кстати, ты молодец. Ты сам отдал меч или
Кирин вздрогнул.
– О звезды, – сказала Таджа. – Ты такая сука, когда боишься.
Таэна, сверкнув глазами, повернулась к ней. Напряжение вибрировало в воздухе, цеплялось за нервы, подобно кристаллам льда.
Турвишар никогда раньше не видел, как сражаются боги, и никогда не хотел этого видеть. Казалось, еще несколько секунд, и начнется битва.
– А я просто в ужасе, – призналась Тиа. Она закуталась в вуаль, глядя куда-то вдаль. – Вол-Карот убил нас с такой легкостью, несмотря на все наше могущество, и ему это ничего не стоило. – Богиня Магии глянула на Кирина. – Видишь ли, мы не знали, что произошло. Все, что мы знали, – это то, что что-то пошло не так: случился какой-то огромный, катастрофический взрыв. А потом… появился он. Подобно дыре во вселенной. Он знал, что делать. Сначала он убил Таджу, потом Галаву и Таэну…
Галава издала тихий болезненный стон и схватила Омфера за руку.
– Хватит. – голос Таэны звучал сухо и напряженно.
Аргас покачал головой.
– На этот раз все по-другому. – Бог изучающе смотрел на Кирина. – Раз ты находишься здесь и сейчас – все будет по-другому. Мы не те, кто может уничтожить Вол-Карота. В отличие от тебя. Нам просто нужно выиграть для этого достаточно времени.
– Я? Не могу даже представить…
– Я и ты когда-то были друзьями. – Аргас указал на богинь, которые чуть не подрались, Таджу и Таэну. – Кто-нибудь из них говорил тебе, что мы были друзьями?
– Нет, я… – Глаза Кирина сузились. – Подожди. Я тебя знаю. И совсем не по прошлой жизни. Откуда я тебя знаю?
Аргас усмехнулся:
– Я часто заходил в «Вуаль» проведать тебя, когда ты был ребенком.
Настала очередь Таджи сверкнуть глазами:
– Проклятье, Аргас. Мы ведь обсуждали это! Ты обещал держаться от него подальше.
Смех Аргаса звучал издевательски:
– Это ты обещала. Я просто не стал себя утруждать тем, чтобы поправить тебя.
Кирин вздохнул и страдальчески прижал пальцы к вискам.
– Я бы пошутил насчет ссорящихся родителей, – пробормотал он, – но…
Турвишар посмотрел на Джанель и Тераэта:
– Но так уж получилось, что для некоторых из нас это правда.
– Ага, – согласился Кирин.
– Так какой у нас теперь план? – спросил Тераэт, пытаясь перевести разговор на один континент с продуктивностью. – Ритуал Ночи?
Тиа и Хоред переглянулись.
– В этом нет необходимости, – сказала Таджа.
– В этом была необходимость по отношению к любой другой расе, – сказала Галава. – А значит, это необходимо и на этот раз.
– Ритуал никогда не был ничем, кроме как отсрочкой… – начал было Хоред.
– Теперь все по-другому, – сказал Аргас. – Вол-Карот стал другим. Теперь он слабее. – Он указал на Кирина. – Возможно, это впервые, когда его можно уничтожить, но только не в том случае, если он сбежит до того, как мы сможем это сделать. Мы должны держать его взаперти. Хотя бы совсем немного – и этого будет достаточно.